с одной стороны, по недостатку числительных и положительных данных о денежном обращении не только в России, но и в других государствах, а с другой стороны – потому, что
некоторые Члены Гос. Совета высказали готовность представить свои письменные соображения по данному вопросу. В следствие этого Гос. Совет положил возвратить всё дело на рассмотрение Соединенных Департаментов Законов и Экономии, куда и направить записки Членов, кои пожелают изложить по данному предмету своё мнение.
Ряд записок, представленных по данному вопросу отдельными Членами Гос. Совета, привел к полному выяснению необходимости преобразования, а затем и к разработке, по соглашению с Министром Финансов, самого проекта реформы системы… Первым представил свою записку адмирал Грейг, указав в особом мнении, от 8 декабря 1837 года на бесполезность введения билетов депозитной кассы, без учреждения в то же время повсеместно разменных касс на серебро». А вот теперь то, что было подтасовано. Отвечая в последствии на приведенный в возражениях Канкриным вопрос: «зачем с единицею гнаться за ассигнациями, т.е. основывать единицу на размере не постоянном?» – адмирал Грейг объяснил: «затем, что в погоне легче поймать то, что под руками, нежели то, что вдали… Русский народ, – писал Грейг, – давно привык называть рублем то, что содержит в себе 100 копеек: за этим не нужно гнаться, потому, что сие уже в руках и составляет меру всех товаров». Где здесь слово «липнет»? Но чтобы очернить Грейга, все средства хороши, поэтому и была написана только первая, искаженная часть того, что говорил адмирал, а вторую, умышленно упустили. Грейг был не одинок, свои записки подали: граф Мордвинов, князь Друцкой – Любецкой. 12 февраля 1839 года Директор Департамента Гос. Казначейства граф Кушелев – Безбородко передал записку о монетном обращении скончавшегося накануне графа Сперанского. «Новый план Министра Финансов, существенно отличавшийся от первоначальных его предположений. Если ранее Министр заявлял, что он не видит каких-либо важных недостатков в существующей денежной системе… то после двухлетнего обсуждения вопроса, под влиянием вышеизложенных мнений отдельных Членов Гос. Совета, граф Канкрин значительно изменил свои взгляды»[199]. М. М. Сперанский говорил: «… нет у нас, во всем государстве, человека, способнее Кан-крина быть Министром Финансов»[200]. Но мы же со всей своей дури и министра финансов обгадили, оказывается тоже был подонок и вор, да и чему удивляться, он же «сын литовского раввина», еврей. Так и написано: «Во главе российской финансовой системы стоял в ту пору сын литовского раввина граф Канкрин. Финансистом Канкрин был опытным. При этом Канкрин не забывал и о своих единоверцах, всячески помогая им внедряться в российскую финансовую систему. Особую протекцию он оказывал барону Штиглицу. Именно в 20–30-х годах банкирский дом немецкого иудея барона Штиглица становится крупнейшим в России».
Надо отдать должное Шигину, состряпать такую фальшивку-это ж каким талантом нужно обладать! Видимо был лучшим студентом в политическом училище. Придумано умно! Нигде нет имени баронов, поэтому непонятно, о ком идет речь. Если о Людвиге Штиглице, то он был придворным банкиром и Александра I и Николая I. Основал свой банкирский дом в Петербурге ещё в 1803 году, за 20 лет до того, как Канкрин стал министром финансов. К 1813 году у него кроме крупных денежных капиталов, были сахарные заводы, свечной завод, бумагопрядильная мануфактура. На кой чёрт ему чья-то протекция. Если речь идет о его сыне, Александре Людвиговиче, то он унаследовал состояние отца и его банкирский дом, только после его смерти в 1843 году. Богатейшее наследство, многим такое даже и не снилось. Через год Канкрин ушел с поста министра. Какую протекцию он оказывал? Главное, в чём заключалась протекция? Помогал заниматься благотворительностью? Вкладывать в строительство железных дорог? Это и без него делали.
Неуёмная фантазия, маниакальное, нездоровое влечение к конспирологии, зашкаливает. Не просто везде чудится «еврейская мафия и заговор», её придумывают и героически с ней борются. Называется это явление – МИФОЛОГИЯ. Когда человек придумывает историю, сам в неё верит и каждый раз добавляет в неё новые факты и события. «Штиглица связывали самые тесные партнерские отношения с адмиралом Грейгом и всем его окружением. Не без поддержки министра финансов Канкрина и капиталов Грейговского клана, Штиглицу удалось «свалить» придворного банкира немца Ралля. Впоследствии клан Штиглица и Грейга вообще породнятся, объединив свои капиталы и свое влияние». Ну что тут скажешь? Свалил всё в одну кучу. Знания «истерика», тьфу ты – «историка» – безграничны! Сказочник! На кой черт им сдался Раль, если папа уже был придворным банкиром, а сын стал им только через 10 лет после смерти Раля? Фантастическое невежество.
Дочь Алексея Самуиловича Юлию, действительно выдали замуж за двоюродного брата Александра Штиглица, Николая Борисовича, но после смерти Грейга. На его смерть, Юлии было всего 16 лет. Николай Борисович, тайный советник, посол в Италии, никакого отношения к капиталам своего брата не имел. Какие капиталы, породнившись, они объединили, непонятно, вдова Грейга жила на пенсию мужа.
Но вы же понимаете, что такие подробности никому не нужны, нужна «еврейская мафия». Но если уж заикнулись о ней, поднатужьтесь и соберите сведения об этом, докажите.
И ещё раз, для особо доверчивых, Раль разорился за 6 лет до того, как Канкрин стал министром финансов! Грейг и Кан-крин умерли в один год – 1845.
Александр Александрович Раль занимался мелкой торговлей, когда дядя пристроил его в Петербурге в контору придворного банкира Ричарда Сутерланда. В 1791 году Сутерланд в результате неудачных биржевых операций, растратил казенные деньги и покончил с собой. Его место занял Раль. Видимо урок не пошёл в прок и в 1817 году дела пришли в упадок, и он обанкротился. Восстановить состояние не удалось и в апреле 1833 года Раль скончался. Игра на бирже, дело рисковое! Будут приведены доказательства, что к этому причастен Штиглиц – будет разговор! А пока, это обычная, дешёвая трепотня! А уж «фантазии», что Александр Штиглиц нанес «урон России в 4,5 млн. рублей и его считали одним из разорителей России», самая большая клевета, да что там – паранойя! Может биографию все-таки почитаете? И документик пожалуйста или письмецо какое-нибудь с обвинениями в нанесении этого самого «урона». Где вы всего этого набрались?
Александр Людвигович Штиглиц – это не герой романа Юлиана Семенова, это реальное историческое лицо, крупнейший финансист своего времени. Инициатор строительства первых железных дорог, меценат, первый глава Государственного банка России. Он не собирался становиться финансистом, тем более посвятить этому всю жизнь. Но в 1833 году, в возрасте 26 лет умирает его старший брат. Это он должен был стать
