Джесс бодро вскинула голову.
– Была влюблена, Эбби, была! Но теперь с этим покончено. Он так задурил мне голову, так пошло и мерзко надул, что ни о какой любви теперь не может быть речи. Видишь ли, я ведь не знала, кто он. Он представился как Оливер, взял имя собственного братца, чтобы дурачить меня. А я, выходит, действительно дурочка, если поверила ему. Ты бы смогла полюбить такого негодяя, Эбби? Да нет, конечно, не смогла бы. Но он за все мне заплатит, это уж будь спокойна. – Джесс резко отвернулась. – Пойдем, я покажу тебе ванную.
Эбби последовала за сестрой, понимая, что та лжет самой себе. Она все еще любит этого человека. Эбби не сомневалась в этом, потому что и сама испытывала то же самое в отношении Оливера. Она тоже полюбила человека, который обманул ее, и,когда она узнала об этом, думала, что любви не осталось места, но очень скоро поняла, что смертельно ранена любовью, любовью перед которой отступает все. Джесс может сколько угодно отрицать свое чувство и грозить местью, но Эбби видела, как глубоко затронуто сердце сестры этой любовью. Она сама, Эбби, тоже хотела бы отомстить Оливеру, хотя в меньшей, конечно, степени, потому что они с Джесс совсем разные. Джесс существо более раскованное, она лучше разбирается в людях и проблемах городской жизни, ей нравятся острые ощущения, а Эбби совсем не такая, более замкнутая, спокойная, миролюбивая, но и ей в эти минуты хотелось отомстить.
Только разве это возможно – отомстить двум таким сильным и властным личностям? В их мире все решают деньги. А эти Уэбберы в бизнесе весьма удачливы и даровиты, если судить, с какой легкостью околпачили двух влюбившихся сестричек. А теперь вот держат их узницами на удаленном от всего райском островке, где между ними и цивилизованным миром нет ничего, кроме многих миль голубой воды. Еще и адвокаты сюда вот-вот прибудут, и тогда…
– Мне кажется, ты должна получше мне все объяснить, – заговорила Эбби, высвобождаясь из пыльной и пропотевшей одежды посреди мраморной ванной, находящейся рядом со спальней.
– Ты тоже расскажешь мне все поподробнее, – с энтузиазмом поддержала сестру Джесс. – А потом мы кое о чем условимся. Я имею в виду свой план…
Эбби осторожно взглянула на сестру и ступила под ласковые струи душа. Какие там еще планы? Что опять Джесс задумала? Кажется, что за всем этим скрывается нечто большее, чем просто компьютерная игра.
– Пойду приготовлю выпивку, а потом расскажем друг другу все с самого начала и хорошенько обсудим наше положение. Джесс подобрала с пола одежду сестры. Я принесу тебе во что переодеться. У меня тут куча тряпок из того, что Уильям накупил мне в Нью-Йорке. Ты потеряешь сознание, когда увидишь кое-что от Версаче.
Эбби, закрыв глаза, блаженствовала под долгожданной свежестью душа. Сестра всегда изумляла ее. Ну как в такой дикой ситуации можно думать об одежде? А с другой стороны, что толку, что Эбби без конца эту ситуацию обдумывает? Ведь она даже понять в ней ничего не может. Здесь много такого, что сестра, если захотела бы, могла ей объяснить. Ох, Джесс, милая, дорогая сестричка, родная плоть и кровь! Эбби знает о ней достаточно, насмотрелась на ее эксцентрические выходки, но уверена, что сестра органически не способна на низость, так что называть ее мерзкой интриганкой никто не смеет. Нет, родная кровь – не водица, ее любовь к сестре должна быть сильнее любви к Оливеру, так что она и мысли не должна допускать, что Джесс действительно виновата в чем-то преступном. Если жизнь поставила ее перед выбором, то она выбирает сестру и будет с ней до конца. Но так ли она уверена? Нет, надо расспросить Джесс поподробнее.
Позже девушки, забравшись с ногами в плетеные кресла и попивая коктейли, разговаривали, то и дело перебивая друг друга и издавая возгласы изумления или страха, выслушав очередную подробность из того, что случилось за это время с каждой из них, и даже, по извечному женскому обычаю, всплакнули о своей потерянной любви.
Уже совсем стемнело, и Джесс встала и зажгла несколько свечей, укрепленных на дне больших стеклянных чаш. Пинки сидел на спинке дивана и во все время разговора благоразумно помалкивал, но, когда Джесс случайно задела его чашку с арахисом, он вдруг будто включился и бодро прохрипел:
– Пр-р-ремного благодар-р-рен! Пр-рремного благодар-р-рен! Какая пр-р-релесть! Пр-р-релесть!
Эбби не могла поверить, что они находятся в таком экзотическом месте, никак не могла поверить тому, что услышала от Джесс, и даже тому, что сама рассказала сестре. Это какой-то безумный фильм Мэла Брукса[26] с подтекстом, передающим интонации ужасающих выдумок Стивена Кинга. Но самое мистическое во всей истории – план Джесс, крайне смущавший Эбби.
– Скажи, я правильно поняла, – спросила она, как только попугай успокоился, Убберы с самого начала имели цель украсть твою игру?
– Вероятнее всего. На чем я остановилась? Ах да, я хотела объяснить тебе, почему они так поступают. Впрочем, ты никогда не сталкивалась со всеми этими подпольными проблемами, затрагивающими компьютерный бизнес, ведь так? Ну как бы тебе попроще объяснить?. Допустим, их компания испытывает серьезные финансовые трудности, а потому они нуждаются в притоке свежих идей со стороны, чтобы как-то поправить свое положение.
– Продолжай, Джесс. Итак, они, по-твоему, вынуждены крутиться? Но ты бы видела их поместье и особняк в Кенте! А этот остров? Я уж не говорю о лимузине и яхте…
Это ничего не значит. Это все можно арендовать, а если даже это действительно их собственность, они в один момент могут всего лишиться, увязнув в долгах и все такое прочее… Но как бы там ни было, – пожала плечами Джесс, – каковы бы ни были их подлинные причины, они сделали это – украли мою игру.
– Хорошо. А что это за бизнес такой хакерство? – спросила Эбби.
– Кто тебе говорил о хакерстве? – изумленно ответила вопросом на вопрос Джесс.
– Оливер говорил.
Эбби провела холодным стаканом по лбу, пытаясь точно вспомнить, когда и при каких обстоятельствах Оливер упомянул это слово. Она не особенно старалась тогда запоминать, поскольку это слово ничего ей не говорило.
– Да. Уильям тоже как-то произнес его, – задумчиво проговорила Джессика, затем встала и начала ходить по комнате. Начать с того, что он, кажется, думает, будто я нарочно все подстроила, нарочно пролила на него коктейль, затем манипулировала им в постели, ха! Подумать только! Нарочно! Якобы я специально сообщила прессе о том, что мы собираемся пожениться, чтобы исподволь захватить над ним власть. Представляешь? Вот тогда-то все и закрутилось, он взвился, и посыпались на мою голову подозрения и обвинения. Думаю, он просто использовал момент, чтобы свалить все с больной головы на здоровую. Но шума поднимать не стал, пригрозил мне адвокатами, тюрьмой и тихо уволок сюда, на этот чертов остров. Я толком и понять ничего не могла, но потом, когда мы были уже здесь, у него это и проскользнуло. Он сказал что-то о том, как обычно поступают с хакерами, первое более или менее определенное обвинение…
