Со смертью Василия II пойдет на убыль долгая удельная эпоха на Руси. Его сын Иван нанесет смертельный удар политической раздробленности. У него имелись к тому самые серьезные основания: мыкаясь с отцом, он увидел воочию, каковы плоды междоусобных браней.
ЮРИЙ ЗВЕНИГОРОДСКИЙ
Благочестивый полководец
В русской истории за князем Юрием Дмитриевичем закрепилось прозвище, данное по одному из его владений, — Звенигородский. Память о том, что он дважды восходил на московский великокняжеский престол, почти стерлась. В списках государей московских его имя упоминается далеко не всегда. Но военно-политическая деятельность князя имела общерусский масштаб, и судить о нем следует именно с этой точки зрения.
Он правил недолго. Но даже не в этом причина забвения Юрия Дмитриевича как крупной политической фигуры. Просто в нашем историописании утвердилась конструкция, согласно которой он играл роль мятежника, зачинателя смуты, восставшего против своего племянника Василия Васильевича, законного престолонаследника. Но нравственный облик Юрия Дмитриевича и его действительные права на великокняжеский венец никак не соответствуют столь упрощенному взгляду на большое московское междоусобие, в котором он оказался одной из центральных фигур.
Это был прежде всего храбрый, умелый и удачливый воитель. Кроме того, человек большой веры. К несчастью, христианское благочестие и дар полководца соединялись в характере князя с большим честолюбием. Гремучая смесь! Юрий Дмитриевич мог проявить искреннюю любовь к Церкви, умение бесстрашно выходить на защиту православия, духовную просвещенность и многие другие черты доброго христианина… но только не смирение.
Он родился осенью 1374 года и приходился третьим сыном великому князю Московскому Дмитрию Ивановичу. Через пять лет Даниил, старший из сыновей Дмитрия Донского, ушел из жизни. Тогда потенциальным наследником престола сделался второй сын Василий. Поскольку ему пришлось на протяжении нескольких лет вести опасную жизнь заложника в Орде, перед Юрием еще в детстве открывалась перспектива занять место отца. Вести о казни старшего брата по воле хана могли прийти в любой момент… Скорее всего, второго княжича целенаправленно обучали искусству управлять людьми, вести дела судебные, выводить полки в поле.
Но когда скончался отец (1389), старший брат уже пребывал в Москве и получил великое княжение. Из Орды ему пришлось бежать и добираться до отечества долгим кружным путем… Юрию же Дмитриевичу по отцовскому завещанию достались обширные владения. В их составе — часть Москвы, Звенигород, Галич, Руза, Сурожик, Кремична, Вышгород, богатые села под Москвой, близ Ростова и Юрьева, рядом с Костромой. К ним прилагались два роскошных золотых пояса. Позднее Василий I отдал ему и Вятку. Очевидно, это было сделано в самом конце правления Василия Дмитриевича, во второй половине 1410-х или в 1420-х годах. Делая столь щедрое пожалование, великий князь, скорее всего, хотел смягчить позицию князя Юрия по вопросу о том, кому перейдет великокняжеский венец после кончины самого Василия I.
А проблема наследника со всей ясностью встала перед семейством Даниловичей…
К тому времени, когда Василий Дмитриевич собрался в последний путь, его младший брат Юрий княжил на своем уделе три с половиной десятилетия. И перед всей Русью Московской он зарекомендовал себя как опытный политик, превосходный военачальник и друг Церкви.
Именно он вел переговоры в Орде о предоставлении ярлыка на великое княжение брату Василию и с успехом завершил столь важную миссию.
Именно он сыграл роль младшего командира при князе Владимире Андреевиче Серпуховском, силой оружия приводившем Новгородчину к покорности. Позднее он отправлял своих бояр воевать на окраинах вечевой республики.
Именно он водил московские полки на Нижний, помогая Василию Дмитриевичу присоединять к Москве новые земли. Притом в Нижегородчине князь вел себя милостиво: не позволял дружинникам разорять тамошних жителей.
Именно он ходил с большим воинством на волжских булгар. Ураганом прошелся по вражеским землям, взял 14 городов и вернулся с богатой добычей.
Именно он возвел в Звенигороде на Городке впечатляющую крепость.
Духовником Юрия Дмитриевича являлся преподобный Савва Сторожевский, один из великих подвижников русского монашества. Под его добрым водительством князь велит возвести два больших каменных собора — Успенский на Городке и Рождественский на горе Сторожи, именно там, где позднее поднимется теплая громада Саввино-Сторожевской обители. Его же средства использовались при строительстве Троицкого собора в Троице-Сергиевой обители.
Чем не преемник Василию I? Но у того имелся сын, ничем себя не проявивший мальчик Василий. И, разумеется, великий князь желал передать ему престол.
Между тем в завещании Дмитрия Донского от 1389 года говорилось: «А по грехом отъымет Бог сына моего, князя Василья, а хто будет под тем сын мой, ино тому сыну моему княж Васильев удел». О чем идет речь? Об огромной территории великого княжения? О верховной власти во всей Московской державе? Или о Коломне, части Москвы и россыпи богатых сел, которые Василий Дмитриевич получил от отца именно в удел? На сей счет ведутся споры. Контекст документа говорит, скорее, о том, что в случае смерти Василия I следующий по старшинству брат получал Коломну с селами[102]. Но при возникновении конфликта эти строки могли трактоваться и в пользу передачи следующему сыну Дмитрия Донского всего великого княжения.
Таким образом, у современников хватало причин политического, бытового и юридического характера, чтобы увидеть в Юрии Дмитриевиче своего следующего государя. Василий I, вероятно, и отдал ему Вятку, стремясь компенсировать будущую потерю прав на московский престол. Ибо в своем завещании от 1423 года Василий Дмитриевич написал: «А даст Бог сыну моему великое княженье, ино и яз сына своего благословляю, князя Василья». Сама форма записи говорит о том, что Василий Дмитриевич желал вручить бразды правления сыну, а не брату, но опасался: не уйдет ли власть из рук отрока? Отдадут ли ему ярлык на великое княжение ордынцы? Не потеснит ли его дядя?
Опасения его оправдались.
Борьба разгорелась сразу же после кончины Василия Дмитриевича[103]. Князь Юрий не признал старшинства своего малолетнего племянника: честолюбие не позволило… Начались боевые действия. Но за хрупкой фигурой правителя-мальчика стояли многолюдное московское боярство, другие удельные князья Московской Руси (в том числе сыновья Дмитрия Донского Андрей, Петр и Константин Дмитриевичи, поддержавшие племянника) и — в перспективе — тяжкая рука Витовта, его деда по материнской линии. На первом этапе Юрий Дмитриевич мог лишь цепляться за свои северные владения в районе Галича да уповать на поддержку нижегородцев. Нижний и помог ему. Как видно, тамошние полузависимые от Москвы князья рассчитывали вернуть себе полную независимость руками Юрия Дмитриевича, если он взойдет на престол и вспомнит их благодеяния.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
