касается.
- С… Лизой?
- Это тебя тем более не касается, - отрезал собеседник. – Меньше знаешь – дольше жизнь. Итак, ты всё запомнила? Повторяю: ведёшь себя естественно, весь день при Рузановой, в конце оставляешь машину в правильном месте и до утра ведёшь публичную жизнь подальше от дома Екатерины.
- А утром мне что делать – сразу ехать к Екатерине Георгиевне или ждать, когда она мне позвонит?
- Утром отправишься на работу, чтобы опять же всё время быть на чужих глазах.
- Но я же…
- Твой больничный будет закрыт завтрашним днём.
- Поняла.
- Надеюсь. В противном случае ты знаешь, что с тобой может произойти.
И, не попрощавшись, благотворитель отключился.
За следующий день Карина прокляла всё на свете. Видимо, желая использовать машину по максимуму, Екатерина с утра гоняла её из конца в конец Москвы, то и дело заезжая к знакомым.
К вечеру у Мамаевой только что звёздочки перед глазами не мелькали, до такой степени она вымоталась.
Хорошо ещё, что на суаре можно было тихо сидеть в сторонке, и наконец-то нормально поесть!
Всё проходит, прошёл и этот день.
К дому Рузановой они попали заполночь. И донельзя довольная произведённым эффектом, та предложила Карине переночевать в гостиной.
Но девушка отказалась, сославшись на якобы запертого одного в доме голодного кота.
- Фу, Кариночка, зачем тебе этот комок шерсти и микробов? – сморщилась Екатерина. – Надеюсь, ты не принесла на себе блох?
И помахала рукой, словно отгоняла нечисть:
- Иди, иди! Завтра можешь не приходить, я буду отдыхать. Ключи от машины где? А, вот они. Ну ступай, не задерживай, я хочу скорее попасть в кровать!
Карина мрачно подумала, что ей-то кровать не грозит: благотворитель велел обеспечить алиби.
На деревянных ногах она покинула дом, мазнула взглядом по тому углу, где стоял Лексус. И отправилась в клуб.
Пытаясь отвлечься, она занималась тем, что прикидывала варианты, как подельник собирается обеспечить «несчастный случай».
Повредит тормоза? Пробьёт колесо?
Но машина совсем новая, никто не поверит, что шланг перетёрся или колодки стесались до основания. Про колесо и того пуще – водитель сразу почувствует, что машина едет неровно. Буквально с первых метров, и это если не заметит проблему ещё до посадки.
Но Максим Батькович говорил весьма уверенно, словно с Лизой уже покончено.
По крайней мере, он в этом не сомневался…
В три часа ночи Карина поняла, что до утра не дотерпит: в её глаза словно песок насыпали, в голове долбились дятлы, веселящаяся толпа раздражала, а то и дело подкатывающих ухажёров хотелось прибить.
И она решила воспользоваться советом Максима Витальевича, то есть провести остаток ночи в отеле, с любовником.
Чем не алиби, да? Портье её точно запомнил, да и этот… Как его зовут? А, не важно!
Пришлось потерпеть, потому что секса не хотелось, от слова «совсем». Но зато она смогла хоть немного поспать.
Утром Карина сбежала из номера, оставив случайного любовника спящим. И одной из первых приехала на работу, а потом почти час металась по приёмной исполнительного директора.
Левин вошёл, как всегда, стремительно.
- Олеж…г Дмитриевич! – шагнула она ему навстречу. – Я выздоровела!
- Рад, - бросил тот, останавливая её порыв жестом. – Принеси мне кофе.
И захлопнул перед носом Карины дверь.
Это ей очень не понравилось.
Нет, не так – ей СОВЕРШЕННО не понравилось!
Неужели за эти дни, пока она таскалась за старухой Рузановой, Олег посмел её разлюбить? Или…
Внутри у неё всё похолодело.
Или он нашёл себе новую любовь всей жизни? Неприятно, да. Но не смертельно. Главное, чтобы не надумал сойтись с женой. Ту отвадить будет сложнее, чем какую-нибудь левую девку.
Карине стало обидно – она ради него столько вытерпела! И пожалуйста – стоило пропасть на некоторое время, и Олег уже смотрит, как на постороннюю.
«Ну нет, дорогой мой, - она достала из сумочки предусмотрительно захваченное лекарство, и щедро накапала его в напиток, – я на тебя столько времени потратила, столько перспективных мужчин упустила! И даже запасной, безотказный вариант – Павлика – отфутболила. Хотя тот уже и до брака дозрел, а ты нос воротишь? Ничего, хлебнёшь кофейку, и мигом мозги на место встанут!»
- Олег Дмитриевич, ваш кофе, - виляя бёдрами, девушка продефилировала к столу директора и, прогнувшись в спине, поставила перед ним чашку. – Чёрный, без сахара и сливок, как вы любите.
Левин скользнул по ней взглядом, и в этот момент дверь в кабинет распахнулась, явив Кирилла Рокотова.
- Вызывали, Олег Дмитриевич?
- Да, - кивнув, тот показал на чашку. – Проверьте.
- Ох, Олег Дмитриевич, - Карина попыталась её схватить, - простите! Кажется, я перепутала – это мой кофе! Сделала две чашки, себе с сахаром. И нечаянно принесла вам свою! Я сейчас поменяю……
Но не успела, потому что Левин аккуратно, но быстро подцепил злосчастный бокал и переставил его дальше.
Одновременно с этим начбез перехватил Карину за талию, не позволяя ей подойти ближе.
- Олег, ты не понимаешь! – в ужасе забилась девушка. – Выгони этого… Я должна тебе кое-что рассказать!
Ситуация ужасная да, ведь анализ сразу покажет наличие в кофе лекарства. Но у неё оставался шанс. Совсем небольшой, но не в её положении разбрасываться возможностями!
Если прямо сейчас отвлечь мужчин, переключив на что-то для них более важное, чем помощница с «приворотным», то она успеет вылить чёртов напиток. И пусть потом попробуют доказать, что в нём что-то было, кроме кофе!
- Что ты туда добавила? – холодным тоном поинтересовался Левин. – Наркотики? Психотропные? Снотворное? Что, Карина Алексеевна?
- Нет, что ты! Там просто… сахар! Я же говорю – перепутала чашки!
- Кирилл Петрович, уведите и заприте, а…
- Олежка, ты делаешь огромную ошибку, - она отбросила притворство – счёт шёл на секунды. – Я тебе не враг, а совсем наоборот, странно, что ты так быстро об этом забыл! Но речь не об этом – я никуда не денусь, а вот время… Время играет против тебя и твоей жены.
- О чём ты? – Олег мгновенно насторожился.
- Пока ты пытаешься чёрт знает в чём меня обвинить, твоя тёща уже запустила маховик возмездия.
- Карина?
- Отпустите, иначе я ничего не скажу! – она дёрнулась, выпутываясь из рук начбеза.
Он конечности с её талии убрал, но перехватил её за предплечье и отпускать явно не собирался. Однако своего она добилась
