– оба мужчины, тут же позабыв про злосчастную чашку, не сводили с Карины глаз.
- У меня в горле пересохло! И вообще, пока не выпью свой кофе – ни слова не скажу.
- Карина, что сделала Екатерина Георгиевна? – взглядом Левина можно было резать бумагу. – Немедленно отвечай.
Говоря это, он потыкал пальцем в свой сотовый.
- Матвей Михайлович? Ты где… А, ты сегодня у нас. Отлично! Подойди-ка ко мне в кабинет, есть новости.
И, сбросив вызов, набрал новый номер.
Карина молчала, лихорадочно соображая, чем бы запустить в чашку.
- Алло, Лиза! Ты сейчас где? Где?! А… что она там делала? Стой! Подожди, не бросай трубку! Лиза!!!
Он тут же снова набрал её номер. Но безуспешно: жена больше не отвечала.
- АЙ! – взвизгнула Карина, потому что Кирилл Петрович стиснул её руку, как тисками.
Оба мужчины вскрик проигнорировали.
- Елизавета…
Дверь распахнулась, явив Макарова.
- Что случилось? – он оглядел композицию и сконцентрировался на Левине. – Где Елизавета Сергеевна?
Вместо ответа Олег бросил на начбеза нечитаемый взгляд:
- Вы знали, что она отдавала свой Лексус матери?
- Нет, - ответил тот. – Так вот почему она два дня ездила на работу с водителем! И… где сейчас машина и Елизавета Сергеевна?
- Если я правильно понял, то она забрала автомобиль от дома матери и сейчас направляется сюда, в офис.
Карина хихикнула.
Не то чтобы ей было весело – скорее, наоборот. И этот смешок вырвался против воли, от нервов.
Но мужчины среагировали так, как бык на красную тряпку.
- Говори – что задумала эта сумасшедшая, её мамаша? – рявкнул Левин.
- Карина Алексеевна, если вы утаиваете важную информацию, это станет отягчающим вину обстоятельством. – Рокотов.
А Макаров схватился за телефон и попытался в свою очередь дозвониться до Лизы.
- Вы не успеете.
Неожиданно Карина успокоилась: как она и хотела, про чёртов кофе с секретными добавками все уже забыли.
А что придётся сдать Рузанову, вернее, свалить на неё «несчастный случай» - так Максим Витальевич именно этого и хотел! Она просто чуть-чуть подтолкнёт события в нужном направлении.
И заодно спасёт себя.
- ГОВОРИ!!! – прорычал Макаров.
Он буквально выхватил её из рук Рокотова и затряс, словно грушу.
У Карины звонко клацнули зубы.
- П-п-пере-станьте! Или я ничего не скажу-у!
Тряска прекратилась.
- Она, - Карина облизнула пересохшие губы, перебегая взглядом от одного мужчины, к другому, - я не знаю точно, что она сделала. Просто Екатерина Георгиевна кому-то звонила, я случайно услышала, что она приготовила для дочери сюрприз. Который та найдёт в своём Лексусе, когда будет его забирать. И, по словам Рузановой, этот сюрприз решит все проблемы с наследством.
- Твою мать! – Рокотов бросился из кабинета, на ходу кого-то набирая по телефону.
- Бл!!! – не менее эмоционально отреагировал Макаров, отшвыривая Мамаеву в сторону.
И Левину:
– Ты знаешь, где она сейчас может быть?
- Едет от тёщи… сюда.
- Скорее в машины, перехватим её до проспекта! – Матвей рванул на выход.
- Ты! – Олег в последнюю секунду вспомнил про любовницу и, всунув ей в руки стационарный телефон со своего стола, втолкнул её в комнату отдыха. Благо длины шнура хватало.
- С тобой потом разберёмся, я запру дверь. Сиди здесь и звони Елизавете, пока та не ответит.
- А если…
- Шли голосовые, почтовых голубей, СМС – хоть наизнанку вывернись, но Лиза должна немедленно заглушить мотор и выйти из автомобиля!
Дверь стукнула, закрываясь, торопливые шаги, и всё стихло.
Карина с тоской подумала, что кофе так и остался в кабинете на столе. Но теперь Олегу точно не до него. А потом… Потом или Лизка помрёт, и тогда никому до анализа кофе не будет дела. Или ту успеют спасти, и тогда её, Карину, по любому простят. Ведь это она сообщила о покушении!
Кивнув своим мыслям, она подтянула к себе телефонный аппарат и сняла трубку.
*«Взойти на Голгофу» - это выражение, означающее подвергаться тяжёлым физическим и нравственным испытаниям, идти на страдание
**«Суаре»— устаревшее слово, означающеезваный вечер, изысканную вечеринку для избранных.Происходит от французского слова soirée.
Глава 29
Квартира матери находилась на пятом этаже современной девятиэтажки, одной из комплекса в четыре здания. Так получилось, что до сих пор Елизавета ни разу в гостях не была, поэтому шла по тротуару и с интересом осматривалась.
Зелёный, довольно просторный двор, один на всех, был надёжно защищён от остального города стенами строений и решётками с кодовыми замками на воротах и калитках. Много цветов, две детские площадки – для совсем карапузов и детей постарше, чуть в стороне тренажёры для взрослых жителей, по краям двора располагались парковки, но машины стояли и вдоль тротуаров.
Девушка подошла к нужному подъезду, набрала номер в домофоне, и через несколько секунд из динамика донеслось:
- Лизка, ты что ли?
- Я, мама.
- Ну входи.
Замок щёлкнул, она зашла в подъезд. Лифт проигнорировала, решив подниматься по лестнице – и полезно, и хоть на какое-то время отсрочить встречу.
- Ключи, - загораживая проход, Екатерина протянула ей брелок. – Какую машину ты мне отдаёшь? Надеюсь, она новая? Она уже во дворе? Документы где?
- Здравствуй, мама! – ровным голосом поприветствовала её Лиза. – Машина – Мерседес, цвет «мокрый асфальт», шесть лет ему. И нет, он ещё в посёлке, я приехала на такси.
И Рузанова тотчас отдёрнула руку назад.
- Так не пойдёт! Мы договаривались, что ты пригоняешь мне нормальный автомобиль, тогда я отдаю Лексус.
- Мы не так договаривались, - Лиза на мгновение прикрыла глаза – мама в своём репертуаре! – Я дала свою машину на два дня, они истекли. Ездить на ней ты всё равно не сможешь, поэтому не вижу смысла удерживать мою собственность. Что до второго автомобиля, то ты получишь его сразу, как только представишь водителя. Нужно сделать страховку, без этого никто за руль не сядет. Точнее, сесть-то он сядет, но доедет только до первого ППСника.
- Машина не новая! – возмутилась Рузанова-старшая. – И что за цвет?! Я хочу что-нибудь более благородное, более яркое и эксклюзивное!
- Нет проблем, - пожала плечами дочь, - выбирай по душе и марку, и цвет – автосалонов полно. И покупай, что хочешь.
- Ну и дрянь же ты, Лизка! – взвизгнула Екатерина Георгиевна. – Я
