выразить вам свое удовольствие от представленного шоу с кораблями. Не часто удается увидеть столь профессиональные войска в действии. Хотя, конечно, можно было бы увидеть в качестве противников и нечто большее, чем такая эскадра. Ваши войска бы наверняка справились, но выглядело бы такое намного эффектнее…
— Это настоящее сражение, в которой ставкой были наши с вами жизни, а не гладиаторские бои, — барон покачал головой, после чего поклонился новому собеседнику. — Вы же не считаете, что будет нормальным явлением, если на стрельбищах мишени станут отвечать огнем на каждый выстрел? Однако я благодарен за столь высокую оценку действий моих солдат. Обязательно прикажу передать им ваше восхищение. В конце концов, речь сейчас идет не о дикарях, уничтожение которых уже можно называть относительно безопасной демонстрацией новых возможностей и технологий.
— Знаете, ваши слова могут понравиться далеко не всем, — представитель «Гинтахана» усмехнулся. — Во многих цивилизованных анклавах считают, что дикари на Поверхности имеют такое же право называться людьми, как и граждане любых цивилизованных городов. Могли бы послушать их рассуждения о равноправии. Вы будете весьма удивлены звучащими там выводами.
— Мне прекрасно известна эта демагогия о всеобщем равенстве. Такие мысли наверняка посещают каждого, кто сталкивается с жестокой реальностью и мечтает ее исправить. Однако в библиотеках моего родового замка есть еще и сведения о племенах, где не считается чем-то предосудительным поедание собственных детей, — заметил Эдвард в ответ, пожав плечами. Его мысли снова вернулись к прежним рассуждениям, но озвучивать их вслух он пока не хотел. В своих действиях следовало оставаться последовательным. — Известное Пространство слишком большое, чтобы пытаться объединить всех живущих в нем под какие-то общие рамки морали. И в Рейнсвальде считается недопустимым сравнивать жизни граждан королевства с необразованными дикарями, кто обитает на Поверхности. Право называться человеком еще следует заслужить.
— Однако до нас доходят слухи, что в колониях многие феоды проводят более гуманную политику по отношению к аборигенам… — улыбнулась Лейна, все еще стоявшая рядом и слушавшая каждое слово. — Барон, вы сами как относитесь к такому?
— Не уверен, что точно смогу ответить на этот вопрос. — Эдвард вздохнул. — Слишком много доводов и за, и против такого подхода.
— Однако где-то им даже дают гражданские права, — уточнил представитель торгового союза, заинтересовавшись темой. — Наши корабли доходят до самых диких мест сектора, а капитаны видели немало удивительного. И, конечно, мы торгуем и с теми анклавами, которые в Рейнсвальде могут считать дикими. Знаете, они не так уж сильно и отличаются от людей, живущих в куда более цивилизованных условиях. Просто им, скажем, сложнее выживать. Или нет таких возможностей.
— Позвольте вас покинуть, я вижу своих партнеров, с которыми мне нужно перекинуться парой слов. — Лейна отпустила руку Эдварда. — Я вернусь через пару мгновений, соскучиться не успеете.
— На территориях Поверхности, которые считаются подконтрольными феодам королевства, вы тоже можете найти подобные поселения. Мы держим их на примете и порой даже помогаем в развитии, но пока что не распространяем на них свою власть. Это не из-за человеколюбия или гуманности, — Эдвард пожал плечами. — Просто они для этого еще не готовы, и попытки их развития станут убыточным вложением. Выборка намного эффективнее. Поймите, Рейнсвальд имеет долгую историю, в которой есть свои взлеты, а есть и падения. Королевство вкладывает большие усилия, чтобы сохранить созданную цивилизацию. Нам необходим прогресс, а прогресс это… — Эдвард взмахнул рукой в воздухе, пытаясь подобрать нужное слово.
— Цифры, — кивнул его собеседник.
— Именно. Мы ведем подсчет вложенным средствам и полученным прибылям. Мы вкладываем силы в то, что позволяет делать еще один шаг вперед, но не можем задерживаться слишком долго, чтобы подтягивать за собой еще кого-то или ждать, что он сам туда доберется. Король Иинан желает привлекать в наши колонии аборигенов из местного населения не потому, что так уж их любит, а потому, что чистый генофонд без мутаций необходим нам самим для ускорения развития. Мы получаем дешевые рабочие руки, которые легко встраиваются в жизнь всего общества, помогают его развивать и дают новые возможности. Все те же цифры. — Эдвард подхватил с подноса пролетавшего мимо дрона бокал с вином и приветливо улыбнулся гостям.
— Тогда почему бы не принять в колонию и этих тоже? — Торговцу разговор стал действительно интересен. Не так уж часто выпадали моменты, когда можно откровенно поговорить со своими клиентами, узнав их немного лучше. Рейнсвальдские феодалы, с их консервативностью и протекционизмом, были пусть и надежными партнерами, но всегда слишком закрытыми.
— А зачем? — Эдвард тоже, в свою очередь, удивился. — В настоящее время у Тристана нет колоний, где был бы недостаток населения. На рудниках и заводах людей и роботов также достаточно. Обычно в таких случаях мы высылаем парламентеров с предложением немедленно убраться с наших территорий, и чаще всего это срабатывает, но здесь они оказались то ли слишком наглыми, то ли слишком гордыми. Спрашивать нет смысла. Они сделали свой выбор.
— Вы всегда так прямолинейны?
— Лишь когда того требует ситуация, — Эдвард улыбнулся еще шире, когда увидел, как к нему снова возвращается Лейна, в этот раз в сопровождении остальных представителей корпорации. — Госпожа, рад, что не забыли о нас.
— Как же я вас покину, господин барон. Я хотела известить вас, что Совет директоров только что связался со мной, единогласно приняв решение о том, что наш ранее оговоренный маршрут поставок будет введен в строй в самое ближайшее время. Хотели точно уточнить расположение станций, но вижу, что вы заняты разговором.
— Ничего серьезного, госпожа. Мы просто обсуждали важность дикарей во внутренней политике бароната и их роль в общем прогрессе, — развел руками торговец. — Если у вас есть желание, можете к нам присоединиться.
— Тристанцы опять рассказывают, насколько важен прогресс в истории? — Лейна улыбнулась, сохраняя вежливую дистанцию рядом с Эдвардом. — Феодалы слишком пекутся о своих подданных, но вот корпорации в этом плане гораздо свободнее. Достаточно тех отчетов, что присылают управляющие.
— Значение имеют лишь цифры? — их собеседник бросил взгляд на Эдварда, приподнявшего свой бокал в знак согласия.
— Вся наша цивилизация строится на цифрах, — глава корпорации «ТехКо» рассмеялась тихим голоском. — Вы же торговец и знаете это не хуже меня. Мы считаем, сколько кораблей сходит со стапелей наших верфей, сколько колоний закладывается и сколько торговых маршрутов находится под нашим контролем. А потом подводим итоги уничтоженным эскадрам и сгоревшим городам. Мы считаем, сколько потеряли людей, товаров и кораблей. Сводим расходы с доходами и получаем прибыль. Ее мы и называем развитием. А развитие это шаги цивилизации.
— Я знаю мыслителей, готовых с вами поспорить. То, что вы сейчас
