Читаем без скачивания Последний фей - Светлана Багдерина

Под исступленными ударами его меча пал еще один лесной обитатель, двинувшийся на помощь предводителю, прежде чем сам нарушитель продуктового перемирия рухнул рядом с ними с вколоченной в плечи головой…

Но Агафон уже этого не видел.

Выроненный главным гугнем, он подхватил волшебную палочку, жизнерадостно искрившуюся розовым в траве неподалеку и, проорав несколько раз 'Чешем отсюда!!!', поспешил выполнить собственное распоряжение.

Товарищи по отряду, оброненные или выброшенные в порыве боевого неистовства, совету его последовали, не раздумывая, и уже через минуту доблестный экспедиционный корпус улепетывал во все лопатки к уже видимому и близкому подземному ходу.

Розовые валенки резво замыкали процессию.

Когда остатки человеколюбов остановились передохнуть, посчитать своих и оглядеться, то первое, что они увидели, дойдя до третьего пункта - стремительно удаляющиеся человеческие фигуры в нескольких сотнях метров от черной дыры в склоне низкого холма в конце долины.

Взревев, как обойденные шестиноги в брачный сезон, все пятеро бугней и полтора десятка их родичей, забыв про раздор, рванули за уносящимся прочь обедом.

И даже почти догнали.

Один за другим ныряли в спасительную тьму провала беглецы… и тут же катились кубарем по ступенькам, о существовании которых за полдня злоключений благополучно забылось. Но не успели первые пожелания в адрес всех, имеющих хоть какое-нибудь отношение к рытью этого хода, сорваться с губ свалившихся в кучу-малу людей, как озаренный солнцем проход заслонила массивная тень. По подземелью прокатилось удивленное гнусавое восклицание, мгновением позже подхваченное еще несколькими хриплыми голосами:

- Подземельный параход!

- Подземляной поход!

- Подземчатый подоход!

- Буги грить, подземка ход?..

- Чуваек подземь!

- Бугни вперед!

- Ней, гуги впередь!..

Приостановленные было организационным моментом людоеды дернулись, протискиваясь одновременно в ставший отчего-то узким проход…

Не раздумывая больше ни секунды, маг вскинул палочку на звук, но вместо так и не вспомненных заклинаний с губ его сорвался лишь отчаянный крик души: 'Да чтоб вы провалились!!!..'

Розовые искры брызнули ослепительным фейерверком, земля зарокотала, будто желудок оголодавшего великана, задрожала, заходила ходуном, швыряя на пол едва поднявшихся людей, и вдруг подпрыгнула, взметая под самый потолок шестерых беглецов вперемешку с тоннами камней, векового мусора и пыли.

А когда все утихло и спасатели, оглушенные и потерявшие всякое представление о том, где находятся, когда и зачем, продрали запорошенные сором глаза, то их ожидало два сюрприза - один средней паршивости, другой просто неприятный.

Первым была пропажа выхода наверх: где бы он ни был несколько минут назад, сейчас коридор подземелья был погружен до самого дальнего своего уголочка в невидимую, но всепроникающую пыль и кромешную тьму.

Вторым сюрпризом был запах.

Точнее, вонь.

Омерзительное амбре сырости, гнили, падали и еще чего-то неидентифицируемого, но не менее от этого отвратительного, наполняло теперь их ноздри, глотки и легкие, заставляя прикрывать носы и рты руками и натужно кашлять, словно была надежда хоть когда-нибудь исторгнуть из себя этот тошнотворный смрад.

А еще перед глазами его премудрия вдруг заплясали искры. И не простые светящиеся точки в абстрактном или конкретном пространстве, а качественные, крупные, ярко-желтые, и в таком количестве, что Агафон сперва решил, что мини-землетрясение приложило его головой обо что-то неподатливое гораздо сильнее, чем он думал. Но уже через несколько секунд школяр желал всем сердцем, чтобы то, что случилось с ним, и впрямь было простым[81] сотрясением, потому что странные овальные искры стремительно выросли в размерах и обрушились на него - вместе с прилагающимися в комплекте зубами и когтями.

Нечто зловонное и яростное ударило его в лоб, и щеки тут же вспыхнули острой болью - словно по ним мазнули зубцами раскаленной вилки.

- Кабуча!!!.. - взвыл студент, отмахиваясь что было мочи от ароматизированной напасти.

Он почувствовал, как ладонь его раненой руки шлепнула по чему-то податливому и лохматому, будто шерстяной помидор, и в тот же миг невидимые когти ли, зубы впились в кончики почти потерявших чувствительность пальцев.

Почти сразу же новый обладатель подарочного набора для любителей подземных променадов обрушился на плечи волшебника со своим амбре, когтями и клыками, и еще один - на макушку, и еще - на спину…

Судя по визгам и воплям, варьирующимся от испуганных до разъяренных, его товарищи по отряду столкнулись с таким же энергичным приемом неизвестных тварей[82].

Неизвестных?..

Но это же…

Да это же…

Кабуча!!!

Это же грабастики!!!..

Но откуда?.. Но почему?.. Но когда?.. Но…

Но что-то в школярском разуме, задыхаясь от страха и вони, и не зная, куда укрыться от сыплющихся на него, словно яблоки в грозу, тварей, истерично взвыло, что единственный правильный вопрос, на который нужно получить единственно правильный ответ - это 'Но как'.

'Но как их отогнать?!'

Но?..

Страницы зачитанного библиотечного фолианта, иллюстрированного раскрашенными литографиями, мелькнули перед мысленным взором стремительно разрываемого на порционные кусочки мага: грабастики, Веселый лес, темнота…

Огонь!!!

И тут же - тоскливо-неистовое: 'да откуда я вам тут огонь возьму?!'

Вопрос не мальчика, но мужа, ожидающего осеннюю переэкзаменовку по пиромагии…

Последняя надежда - палочка - прыгнула с земли в здоровую руку, едва голос крестника проорал взбешенно: 'Да сделай же ты что-нибудь, фей!!!', словно ожидала именно этого сигнала.

Облако серебристых искр разнеслось вокруг студиозуса несколькими взмахами радужных крыльев, а из кончика палочки выметнулась ревущая огненная струя и ударила туда, куда символ фейского ремесла и был направлен.

В потолок.

И тут же крики растерянности, ярости и боли сменились всеобщим выдохом изумления, ибо непроницаемая подземная тьма в мгновение ока озарилась интенсивно-розовым огнем, заставляя шарахнуться от жара и ослепительного света как грабастиков, так и людей.

Надо ли говорить, что языки пламени, страстные и гибкие, как все шатт-аль-шейхские танцовщицы вместе взятые, были направлены сверху вниз, а вся картина, скорее, наводила на мысль о прорвавшемся этажом выше трубопроводе огненной воды.

Маленькие, но кровожадные, а еще больше - духовитые монстры подземелья с резкими паническими криками устремились во мрак и были таковы, а их надкусанные, но не доеденные жертвы остались приходить в себя и подсчитывать раны у психоделического костра.