бы это так сказать, чтобы не выглядело нагло или пошло.
– У нас не так много времени, Ната. В чем дело?
– Можно я сегодня у тебя останусь, – я сделала умоляющие глазки и быстро добавила: – Я, когда не высыпаюсь, становлюсь похожа и внешне, и по характеру на зараженного.
Алек рассмеялся.
– Ну, конечно, можно. Обещаю не приставать.
– Я вообще-то ни на что не намекала, – обиделась я. – Ты, кстати, не идешь тварей искать?
– Иду. А ты оставайся, конечно. Я тебе открою гостевую комнату.
– Да я могу и здесь, – я кивнула на диван.
– Не стоит. Тебе надо отдохнуть нормально. Только это… – теперь уже он замялся. – У меня кое-где стоят охранные руны, так что…
– Мне нужно только поспать.
– Спальня, кухня и ванная в твоем распоряжении. Если хочешь, могу растопить камин.
– Не нужно, – покачала я головой. – А то увидит еще кто, что дом не пустует, могут появиться вопросы.
– Какие, например?
Мне показалось или Алек действительно немного обиделся, но…
– Я просто чувствую, что не надо, – посмотрела на него серьезно.
– Раз чувствуешь, тогда ладно, – кивнул он, и мы вернулись в кабинет, чтобы продолжить занятие.
Что я там собиралась делать? Отдыхать? Угу, как бы не так!
Предчувствие меня не обмануло, потому что вокруг дома всю ночь кто-то ходил. И нет, это были не студенты и не поисковики тварей, это был кто-то другой, незнакомый. И он был один. Причем, он держался на самой границе зоны моего дара, и я никак не могла его прощупать и вообще понять, кто это.
Жгуты своего дара сквозь щиты я выпускать не стала. Не знаю почему, но мне это показалось не очень хорошей идеей. Опять предчувствие, ага.
Просто мы с Алеком успели выяснить, еще когда были в Ордене, что сам дар, если без щитов, от меня распространяется на семь-восемь метров, как мы и думали раньше, а вот жгуты могут и на двадцать выстреливать. Чем дальше, тем хуже точность, но тем не менее с этим можно работать.
В общем, я не решилась их использовать. Щиты же я опускала, прощупывала окрестности даром, как умела, засекла этого человека. Он стоял за углом соседнего коттеджа, насколько я знаю, необитаемого, как и половина домов в поселке. Собственно, в этой его части занят был только дом магистра и еще один соседний, но с другой стороны.
То есть человек этот если и следил, то за коттеджем Алека. А зачем, в ином случае, ему всю ночь стоять и наблюдать?
Когда Зеер уходил, я попросила его выключить освещение и закрыть дверь снаружи. Если будет пожар, из окна вылезу, благо не высотка, а оставаться запертой в доме мне будет спокойнее.
Сначала я была в гостевой спальне, успела уже лечь и даже задремать, когда меня будто толкнуло что-то. Я даже не поняла сначала, показалось, что в комнате кто-то есть. Никого, конечно, не было. Но я догадалась, что как только рухнули щиты, и я стала проваливаться в глубокий сон, то обнаружила чьи-то эмоции. А поскольку я их не должна была почувствовать и вообще настроилась на спокойную ночь, это меня и выдернуло из объятий Морфея.
Человек этот стоял с моей стороны, так что пришлось преодолеть сильнейшее желание выглянуть в окно. Поскольку на улице светила одна полная луна, а вторая была видна на две третьих, освещения было вполне достаточно, чтобы увидеть, как колышется штора.
Я, конечно, не бравый полицейский следователь и вести наблюдение не обучена, но, как и любой человек моего мира, кино про полицейских смотрела. Так что такой глупой ошибки я не совершила.
На цыпочках прокралась на первый этаж, молясь, чтобы не заскрипела старая лестница. Но я в последнее время, видимо, от нервов прилично похудела, и та выдержала.
В гостиной тоже были задернуты шторы, а из кухни было плохо видно, так что я так и не смогла его как следует рассмотреть. Только силуэт один раз мелькнул и спрятался за углом. Зато кухонное окно было ближе к нужному углу и я смогла лучше почувствовать эмоции этого субъекта.
Впрочем, ничем особенным он не фонтанировал, только умеренное раздражение и сильная скука. Наверное, если бы мне пришлось всю ночь следить за якобы пустым домом, я бы то же самое почувствовала.
Или он знает, что дом не пустой?
Впрочем, он пришел позже момента ухода Алека, иначе бы тот его заметил, почувствовал. Так что совершенно непонятно, что этот тип хотел выяснить или увидеть.
Аккуратно, на полусогнутых, я попятилась от окна, вышла в гостиную и уселась на диван. В спальню я не вернусь – это точно. Мало ли, вдруг этот тип захочет проникнуть дом, а я со второго этажа не услышу? Стра-а-ашно… А тут я вроде как все контролирую. Так что я забралась с ногами на диван, укрылась пледом и принялась бдеть.
Проснулась я от того, что кто-то ковырялся в двери. Я подскочила, мгновенно оказавшись на ногах, огляделась и схватила тяжелую статуэтку. Потом, подумав, отложила ее в сторону. Подумала еще раз, опять ее взяла, повертела в руках и спряталась за диваном.
Кто бы там ни был, встречать я его к двери не пойду – это точно. Там от статуэтки толку не будет, надо сзади неожиданно подкрасться. Но лучше будет попытаться сбежать, если получится.
Дверь открылась и, судя по холодному влажному воздуху, кого-то впустила. Я притаилась за диваном и старалась даже не дышать. В комнату вошел мужчина. Лица я не видела – в гостиной было темно от закрытых штор, хотя судя по свету из кухни, солнце уже почти взошло.
Я высунулась из-за дивана и, когда незнакомец встал ко мне спиной, аккуратно скользнула к нему со статуэткой наперевес. Если бить, то сейчас.
Правда, не успела я и шага сделать, как мужчина повернулся, и я, выдохнув, опустила статуэтку.
– Не ожидал такой теплой встречи! – с усмешкой посмотрел на меня Алек.
– Извини, – я покраснела и спрятала статуэтку за спину, – но за твоим домом следят. Или за мной, не знаю.
– Так, ну-ка, ну-ка, – нахмурился он, – рассказывай! Хотя нет, давай сначала кофе, булки, если они там еще остались, и потом поговорим.
– Остались, я сделала вид, что никого дома нет, поэтому не шумела, – сказала я по пути на кухню, чтобы приготовить.
Мужчина пришел с охоты на мамонта, мужчину нужно накормить. Кстати, об этом…
– Как там твари поживают?
– Еще одну нашли, но не наша группа. Вроде все, я их больше не чувствую.
– Странно… Мне
