пленника.
Меня проводили в здание службы безопасности дворца, довели до темницы Хэй Цзиня (теперь я знал к ней дорогу, чтобы указать на плане подземелий Хо Тяо), толкнули внутрь и заперли снаружи на ключ.
– Его Величество разрешил вам пообщаться не больше десяти минут, – распорядился солдат. – Мы пока на перекур сходим.
С такими словами они удалились, и я обрадовался, что выдалась возможность пообщаться без свидетелей благодаря пагубному пристрастию моих надзирателей к сигаретам.
Хэй Цзинь сидел на деревянной кровати с тонким матрасом, вместо привычной формы на нем было нечто вроде пижамы из хлопка. Я не увидел кровоподтёков или каких-либо серьезных увечий у него, хотя наверняка что-то скрывалось под одеждой – прямо как у меня после того, как революционеры прибегли к раскаленной кочерге. Ожог остается маленький, но это очень болезненно.
– Хэй Цзинь, – сдавленно позвал я.
Он поднял на меня темный и болезненный взгляд, словно я последний человек на свете, которого он хотел бы увидеть перед смертью.
Мне было невыносимо стыдно, и я даже не знал, с чего начать разговор.
– Пришел, чтобы стоять и молчать? – удостоверился Хэй Цзинь.
– Нет. – Я сглотнул. – Мне нужно сказать тебе кое-что важное.
Он поднялся и двинулся на меня, отчего я невольно шагнул назад.
– Пришел лично сообщить о моей казни? Думаешь, я об этом еще не знаю? – Хэй Цзинь схватил меня за воротник и впечатал спиной в стену.
Кожа у меня уже давно затянулась, но каждая рана не переставала ныть, а потому все тело точно иглами пронзило. Я не стал за это винить Хэй Цзиня, наоборот, чувствовал, что заслужил. Он смотрел на меня полным ненависти взглядом, и я понял, что следом стоит ожидать удара. Препятствовать я не собирался – пусть бьет, если ему так станет легче. Однако все равно напрягся и зажмурил глаза.
Вопреки моим ожиданиям, Хэй Цзинь вдруг вытащил из кобуры на моем поясе пистолет и приставил его к моему лбу.
Я открыл глаза.
– Глупо было приходить сюда с оружием, – холодно заметил Хэй Цзинь.
– Я знаю, – спокойно ответил я. – Хочешь убить меня?
– Ты пришел сюда ради этого? Умрем вместе?
– Не совсем. Но если хочешь, стреляй.
Хэй Цзинь сощурился в подозрении. Теперь я уже не знал, чего от него ожидать дальше, и никак бы не предположил, что он вдруг приставит дуло к своей голове и нажмет на спусковой крючок.
– Хэй Цзинь! – Я бросился на него, чтобы вырвать оружие.
Не думал ведь он, что я пришел к нему с заряженным пистолетом? Конечно, патронов там не было!
Или он это понял и решил посмотреть, что я буду делать?
Хэй Цзинь в ярости выкинул пистолет через прутья решетки, а потом с убийственным видом развернулся ко мне и снова толкнул к стене.
– Очередная твоя ложь? – прорычал он.
Неужели и правда думал, что пистолет заряжен и решил покончить с собой раньше, чем его убьет Хо Фэн?
– Брат Цзинь, – проговорил я, – я лишь думал, что если побьешь меня, это поможет тебе выпустить пар.
– Ради этого сюда пришел?
– Нет.
– В любом случае, я не стану с тобой говорить. – Хэй Цзинь сел обратно на кровать и сделал вид, словно меня здесь нет.
Я оторвался от стены, поправил расшитый золотом мундир и сел рядом с ним.
– Я не позволю тебе умереть от рук Хо Фэна, – тихо начал я. – Этот гад слишком много хочет, но я нашел способ его немного перехитрить.
– Не стану больше верить ни единому моему слову, – безразлично бросил Хэй Цзинь.
Я тяжело вздохнул.
– Можешь не верить, все равно завтра сам все поймешь. Когда за тобой придут, выведут в один из подземных туннелей, который тянется до дворов прислуги. Мы нашли там старый дом, в котором тебя можно временно спрятать. Вернее, это, скорее, не дом, а сарай, но лучше, чем ничего. Смертникам перед казнью все равно на голову надеваю мешки, поэтому тебя заменят очень похожим человеком. Когда того расстреляют, будет уже непонятно, ты это или нет.
Хэй Цзинь обратил на меня пронзительный взгляд.
– Даже не знаю, правда это или нет.
– Я стараюсь сделать все возможное. Не хотел тебя предавать, но у меня не было другого выхода.
Хэй Цзинь отвернулся и вновь сделал вид, что сидит здесь один.
Я понял, что общаться со мной дальше он не намерен, а выслушивать объяснения – тем более. Но я пришел сюда вовсе не для этого. Неважно, как я сокрушаюсь и переживаю, когда ему осталось жить меньше дня.
– В общем, – я поднялся, потому что по ощущениям надзиратели уже должны возвращаться, – встретимся завтра и все обсудим.
Я не сомневался, что наш план сработает, и пришел лишь сказать Хэй Цзиню, чтобы понапрасну не ожидал завтра оказаться в потустороннем мире.
Конечно, были и риски, но дальше будем смотреть по ситуации. Если после казни с заключенного снимут мешок и поймут, что это не Хэй Цзинь, все равно не смогут найти его в таком огромном Запретном городе. Этому месту уже сотни лет, императоры и знать прошлого возводили дворы поверх предыдущих – как и в клане Сюань У под дворцом есть подземный город, причем наверняка куда обширнее. Хэй Цзиня найдется, где спрятать. Да уж, кто бы мог подумать, что я стану специалистом по подземельям. Но что поделаешь, если малоизученные ходы прошлого так помогают. Зачем разбивать стену, когда можно проползти под ней?
Глава 29. Зал предков
МЯО ШАНЬ
Я твердо вознамерилась найти указ. Можно решить все, не прибегая к грязным методам, какие использовал Хо Фэн. С документом Лю Сана о праве наследования трона и показаниями Хэ Ли, если их удастся раздобыть, его будут судить по правилам, как полагается. Мне даже стало стыдно, что я подумывала об отравлении.
Насколько я знала, Хэй Цзиню еще не выносили смертный приговор. Наверное, его допрашивали, зачем еще столько времени держать в темницах. Вот только что они пытались из него вытянуть? Не ясно. Одно я знала точно – он еще жив.
Если мы успеем вовремя найти указ, то добьемся справедливости и освободим Хэй Цзиня.
Лю Сан сказал, что принцессу Лю Синь запрели где-то не из-за указа, однако я не была в этом так уверена. Я пыталась выяснить, где ее держат, но никто ничего не знал. Даже моя мама не смогла с этим помочь.
Тогда я спросила у солдат, могу ли навестить министра Лю Чана в тюрьме, на что мне грубо ответили,
