– Нильдиньяр, где будет встреча? – тихо спросила я, беря с постели нарэиль в ножнах. Наследник внимательно осмотрел меня с головы до ног и вздохнул.
– На лугу между Шепчущим Курганом и двумя безымянными холмами.
– Тогда я пойду с вами. – Хрен с ним, с Ранвелином, герцогом и всеми пророчествами. Мне Рейна вытащить надо. Стопудово – этот герой уже успел наворотить чего-то, что придется расхлебывать еще очень долго. Ну не умеет Рейн действовать тихо, незаметно и без последствий. А если темная половина его души, которая только-только пробуждалась, когда я еще была рядом, решила проснуться окончательно, то в замке стало совсем «весело»…
– Почему-то я так и думал, – улыбнулся наследник чуть шире, показывая белоснежные зубы.
Еще бы… Столько всего наговорил – как тут в стороне останешься, особенно когда Рейн может попасть в центр неслабой такой мясорубки, даже не сознавая этого. Честно говоря, с того момента, когда я сбежала из замка, я места себе не находила. Конечно, серебряный браслет, который не удавалось снять собственными силами, исправно глушил все, что только мог, но все равно тревога не проходила. Как и непонятная пустота в душе. Что-то не слишком ладно в Ранвелине. Что-то творится с Рейном. И это «что-то» не дает ему покоя.
Не знаю, не могу понять. Но пока я не увижу его, пока не коснусь пальцами его щеки, не сожму его живую, теплую ладонь – не успокоюсь. А уж если с этим парнем хоть что-нибудь случится… Я же себе этого не прощу – ведь обещала вернуть его родителям в целости и сохранности. Да и самой было бы неплохо оказаться дома. Но я – в относительно мирном Минэрассэ, где наследник взял меня «под крылышко», а его тут уважают сильнее, чем англичане свою королеву. Зато Рейн – среди людей и там завелся некий подстрекатель. Кто знает, что этой крысе, которая направила сюда манилиха, придет в голову сегодня вечером или завтра утром?
– Леди Ксель, ближе к вечеру в Минэрассэ будет нечто вроде праздника. Вы не хотите присутствовать? – Нильдиньяр улыбнулся еще шире, и я впервые обратила внимание на то, что, несмотря на все уверения писателей фэнтези, которые утверждают, будто у эльфов все зубы совершенно ровные, у наследника были клыки. Правда заостренные еще меньше, чем у человека, но все же… Хоть выпрашивай бумагу и ручку, то есть пергамент и перо, и записывай разницу между тем, что я вижу и что написано в книгах.
– А почему праздник, если на носу война? – поинтересовалась я, внимательно разглядывая лицо Нильдиньяра с энтузиазмом исследователя. Вернусь – напишу книжку о том, что есть эльфы. Если вернусь.
– Потому что не все вернутся из битвы. Я очень надеюсь, что ошибаюсь, но стычек без крови не бывает. И сегодня вечером те, кому на рассвете суждено пересечь границу и выйти к Шепчущему Кургану, собираются, дабы отпраздновать это событие. Так, как празднуют в последний раз. – Наследник взял меня за руку, заглядывая в глаза, словно объясняя что-то очень важное. – Долгая жизнь, как это ни парадоксально, заставляет ценить каждый прожитый день. Пусть за спиной уже бессчетное множество лет, но каждый день может стать последним, особенно у стражей. Эльреди встречают смерть с печальной улыбкой, именно поэтому перед боем они танцуют и поют так, как в последний раз. У людей тоже есть такая традиция, и я рад, что они тоже осознают ценность жизни перед лицом битвы. И смерти.
– Нильдиньяр, как же все сложно, – вздохнула я. – Вы хоть пришлите кого-нибудь за мной к вечеру, а то я сама ни за что не доберусь.
– Все проще, чем кажется, леди Ксель. Я сам явлюсь за вами, когда придет время. А пока – позвольте откланяться, мне еще нужно дать несколько распоряжений касательно вашей экипировки.
– Экипировки? – озадаченно приподняла я правую бровь. – Вы имеете в виду доспехи?
– Разумеется.
– Ни за что! Я на себя двадцать килограммов железа не надену!
– Леди Ксель… – Эльреди горестно вздохнул с таким видом, будто бы перед ним стояла выпускница института благородных девиц, знающая о доспехах только то, что они блестят. И ведь почти прав оказался. На меня их не надевали ни разу – я просто как-то раз подержала в руках короткую кольчужку и пришла к выводу, что на фиг надо. Она весила почти восемь килограммов. На сколько мог тянуть полноценный доспех – я только догадывалась. А уж как в нем двигаться – вообще не представляла. – Да будет вам известно, что эльредийские доспехи весят столько же, сколько куртка из толстой, хорошо выделанной кожи. Тяжеловато, но не настолько, чтобы вы не смогли в случае чего защитить себя с помощью нарэиля.
– Хрен с тобой, золотая рыбка, разберемся, – пробормотала я себе под нос и добавила, на порядок громче: – Хорошо, пусть будут доспехи. Если мне не понравится – сниму.
Нильдиньяр только усмехнулся и, отвесив грациозный поклон, вышел, бросив на прощание фразу о том, что об одежде к празднованию он тоже позаботится. Верю, верю. Надеюсь только, что это не окажется нечто в стиле свадебного платья от Юдашкина с трехметровым шлейфом, иначе я пошлю куда подальше все церемонии и честно попытаюсь сбежать. В конце концов, я Ключ Зари или как?
Ближе к вечеру над Минэрассэ нависли грозовые тучи, но дождь, судя по всему, не торопился проливаться – пока что природа ограничивалась тем, что изредка ворчала громовыми раскатами да время от времени сбрасывала с небес на землю огненные стрелы молний. Я, уже успевшая получить «под расписку» у молчаливого эльреди невероятно легкую, будто бы алюминиевую, кольчугу и набор доспехов, состоящий из нагрудника, шлема, наручей, поножей и набедренных пластин, теперь с интересом рассматривала содержимое свертка, присланного Нильдиньяром с одной из несколько высокомерных его соплеменниц. К счастью, предложенная мне одежда и близко не напоминала свадебный наряд из воздушных шелков – просто чистая форма, как у стражей на границе с Ранвелином. Темно-зеленые, почти черные штаны, такая же рубашка и нечто вроде легкой туники цвета молодой травы, расшитой кленовыми листьями. Всего на секунду я испытала разочарование, что не получится побыть просто красивой девушкой, но подобное желание я подавила в себе очень и очень быстро. Какая разница, как я выгляжу, если до эльфиек все равно не дотягиваю? И вообще, наследник Осеннего Пламени очень правильно поступил, что дал мне понять, каково мое место в Минэрассэ – я только Ключ. Инструмент, чтоб его. То, что я человек и личность, похоже, стоит у них далеко не на первом месте.
Когда Нильдиньяр, одетый, как ни странно, довольно скромно, почти как я, с разницей лишь в цветах – не черно-зеленая гамма, а коричнево-золотистая, зашел за мной, я подумала, будто слишком рано начала сетовать на собственную судьбу. Похоже, форма – дань традиции на подобных «праздниках» у эльреди. Только вот уточнить это у Нильдиньяра у меня духу не хватило – настолько серьезным и сосредоточенным было лицо наследника.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
