дыма горящего пластика и изоляции, огляделся, пытаясь распознать угрозу до того, как слух вернется (если вернется) к нему.
Куполообразная крыша обвалилась полностью, похоронив под собой всех тех, кто прорвался внутрь.
Сотни тонн металлоконструкций различных эпох смертоносным дождем обрушились с высоты сотни метров, что автоматически превращало их в подобие практических кинетических боеприпасов, которыми обычно пользуются артиллеристы наземных частей для тренировки на масс-драйверных установках.
Ну, когда они еще были в ходу в Империи.
Снайперы, находившиеся на крыше, тоже не избежали участи быть уничтоженными.
Кого-то испепелило взрывом, кого-то посекло осколками, некоторым представилась возможность испытать на себе восторг короткого полета под действием ускорения свободного полета.
Судя по тому как глубоко насадился корпусом штурмовик-разведчик на одну из ржавых балок, у него не осталось ни единого шанса.
Джехан в который раз глянул в сторону своего «окопа».
Вроде бы ничего серьезного, простая двухметровая яма в полу, образовавшаяся довольно давно и расширенная агентом Разведки Доминиона под необходимые габариты.
И в то же время эту яму не засыпало строительным мусором, заблокировав его под осыпью.
В голове шевельнулось смутная догадка, что случайности отнюдь не случайны, а потому есть глубокое убеждение в том, что Мейс Винду если не знал, то уж точно догадывался о подобном исходе.
И перестраховался с помощью своего джедайского колдунства, чтобы агент выжил.
Джехан посмотрел на то место, где упал, сраженный выстрелом давний друг.
Но из-за двухметрового куска потолка, который рухнул на то место, в голове не промелькнуло даже надежды на то, что может быть, каким-нибудь счастьем, слуисси мог выжить.
В этом кошмаре, который был разработан для врага, в живых остался лишь он сам, а потому…
Неведомая сила сорвала его с места, волоча по руинам убежища, совершенно не заботясь о том, что на теле агента остаются царапины, появляются синяки, а от удара коленом о торчащую из завалов строительную ферму едва не оторвалось колено, соприкоснувшись с ней.
Но именно этот заряд бодрости вернул Джехану возможность нормально взаимодействовать с окружающим его миром.
Звуки навалились все и разом.
Треск разгорающегося где-то за пределами зоны видимости яростного пожара.
Стон сминаемой по тяжестью металлической конструкции.
Протяжный стон умирающего.
— Я прикончу тебя собственными руками! — и истеричный крик существа, стоящего на корпусе раздавленной грудой камней и металлолома «летающей крепости».
По внешнему виду явно гуманоид.
Скорее всего даже человеческой расы.
Его одежда изорвана, местами видны следы горения.
Два светящихся расплавленным золотом глаза на лице, залитом запекшейся кровью, смешавшейся с сажей.
И алый световой меч, выставленный гуманоидом вперед, подобно энергетическому копью.
На который вот-вот будет насажено тело агента Доминиона.
Да как бы не так!
Джехан, схватившись за свой наруч, активировал внутренний механизм, надеясь, что очередная «игрушка» покойного Алесси не пострадала в ходе недавнего техногенного катаклизма.
Портативный огнемет имеет ограниченный запас питающей его смеси, но этого оказалось достаточно для того, чтобы полыхнуть пятиметровой струей пламени прямо в лицо инквизитору.
Невидимая сила растаяла, когда противник, спасаясь от потока испепеляющего огня прыжком ушел в сторону.
Джехан, приземлившись грудью на отнюдь не мягкие куски строительных конструкций, переборол боль в теле, поднялся на ноги.
Наручный огнемет пискнул, сообщая об израсходовании запаса огнесмеси.
«Надо было брать мандалорский», — отстраненно подумал Джехан, сорвав с пояса нечто, похожее на простую металлическую клепку.
Бросок рукой — и миниатюрный детонатор падает у ног противника, надумавшего было бросить в него куском кладки.
Взрыв довольно слабенький, даже конечности не поотрывает, на самом-то деле.
Но задача этого специального боеприпаса как раз-таки заключается не в летальном применении.
Особая взрывчатка, стоимость изготовления которой равняется цене за новенький аэрокар представительского сегмента, сдетонировала, как и положено.
Направленная ударная волна отбросила противника на несколько метров назад, сбрасывая его с импровизированного кургана, возникшего на месте покореженной «летающей крепости».
Кстати говоря о ней.
С лязгом и скрипом, откинулся верхний люк, и наружу показалась голова члена экипажа, призывно отражая на глянцевой поверхности черного шлема фигуру самого Джехана.
— Хатт его знает, что произошло? — простонал водитель-механик «летающей крепости», перегнувшись, чтобы выбраться из люка.
Он замер, увидев прямо перед собой запылившиеся сапоги агента Доминиона.
Голова противника медленно поползла вверх.
— Хатт-то знает, — произнес Джехан, ударом металлического носка сапог вбивая кадык в позвоночник механика-водителя. — Но, имеет обыкновение помалкивать о том, что ему известно.
Захрипевший от утраты целостности трахеи, противник сполз обратно в люк.
Но, предварительно, агент Кросс сумел выхватить у него из набедренной кобуры бластерный пистолет.
И вовремя — обезображенный инквизитор уже поднялся на ноги.
Джехан, срываясь с места, выстрелил в противника.
Имея опыт противостояния подобному типу противников, он вне всякого сомнения понимал, что вероятность причинения урона не то что о одного, от серии выстрелов, которые он произвел по инквизитору, невероятно мала, ничтожна.
Так и вышло — неприятель с помощью своего светового клинка отразил все пять выстрелов.
Но не брошенный следом контузионный — второй и последний — детонатор.
И вновь ударная волна отправила противника в полет, щедро наградив его еще и потоком каменной шрапнели, выбитой из окружающих строительных перекрытий.
Дюрабетон, конечно, материал крепкий, но в то же время — хрупкий, если знать как его превратить в щебенку.
Когда он уже намеревался подстрелить дезориентированного противника из бластера, не имея в запасе более никакого другого оружия, то получил ощутимый тычок прикладом и отлетел в сторону.
Но в то мгновение, когда его ребра перестали ощущать приклад, Джехан сделал шаг в сторону, сохраняя равновесие.
На том месте, где он находился, стоял чуть живой штурмовик-разведчик со снайперской винтовкой и медленно поднимал свое оружие для того, чтобы поставить точку в этом конфликте.
Глазами Джехан заметил еще один открытый люк в «летающей крепости», но тело уже действовало, опережая мыслительный процесс на несколько шагов.
Не давая стрелку закончить начатое, Кросс схватил бластерную винтовку за ствол и сильно дернул на себя.
Его правый локоть пришел в соприкосновение со шлемом хозяина карабина.
Было больно, но пострадавшему было еще больнее; это радовало, но незначительно.
В следующую секунду Джехан чуть довернул правую руку, которой нанес удар и из неудобного положения, выстрелил в горло противника.
Разведчик, получив смертельный заряд тибанны в горло, осел на колени, после чего агент добил его контрольным выстрелом, проделав дыру в широком визоре.
Только по огромной оплавленной дыре в шлеме неприятеля, агент сообразил, что оружие было выставлено на максимальную мощность, а следовательно его газовый картридж и энергетическая ячейка закончатся довольно быстро…
Сухой щелчок при наведении бластера на инквизитора подтвердил его предположения.
Отбросив в
