нужна Катя.
Где ее теперь искать? Я не знаю. Машину она бросила, телефон тоже. Я нашел его в помойке, тачку - во дворе. Поеду к себе. Поеду домой. Она же не совсем глупая. Она вернется.
Она вернется…
Прикрываю глаза и даю себе мгновение на панику, которая мигает в башке ярко-красным маревом: она не вернется. Ты ее потерял. Ты навсегда ее потерял…
Нет!
Даю по газам и еду в лофт. Там окна темные, и квартира пустая.
Ее там нет.
Я это знаю, но…может быть?…
Поднимаюсь на свой этаж, и пока створки не открылись, у меня есть еще надежда, что моя девочка будет ждать меня у двери, но она распадается на атомы, когда это происходит, и я ее не вижу.
Нет ее.
Господи, как это больно…ее нет. Нет. Нет. И она не вернется, потому что ты - мудак. Ты - самое последнее чмо, Никеевский. Ты - ублюдок…
Я сижу уже который час, вонзив пальцы в волосы. Вокруг темнота. Ее запах еще есть здесь, но от этого еще хуже. Какое мне дело до аромата духов, если нет его хозяйки?
И моей хозяйки?
Что же ты натворил, Дамир?…господи, что ты сделал?…
А главное…зачем? Я ведь даже не хотел их. Точнее, сука, да, хотел. Но не так, как Катю.
Это все пустое.
Это все эксперимент.
Это все Золотов. Он же науськивал меня, и теперь я наконец-то это вижу.
То там скажет что-то вроде «ай, ну ты ж не понимаешь, что такое другая женщина», то тут: «Дамир, да брось. Что ты можешь знать?»
И это дико бесило. Мне казалось, что они все смотрят на меня предвзято, и мое эго вопило. Оно артачилось и кипятилось в груди, а я так хотел доказать, что все знаю о любви.
Нет, не о любви.
О сексе.
Они сомневались в моей мужественности, и я чувствовал необходимость доказать обратное.
Блядь, какой же я был…слепой мудак. Куда меня понесло? Нужно ли это все было? Хотел ли я кого-то из этих женщин по-настоящему?
Нет.
Я знаю, что значит, хотеть женщину по-настоящему. Так у меня было с Катей, а все они? Что это было?
Возможность.
Это была возможность. Я мог себе ее позволить, и я позволял, хотя знал, что Катя будет не рада. Ей это все не нравилось. Почему ты не остановился? Ты же все видел…Дамир, ты все видел! Но Золотов и тут умело гасил все мои сомнения: «Женщины перестраиваются по-другому. Им просто нужно больше времени, поверь. Настя привыкала целый год. Потом они все равно втягиваются. Это весело…»
И я его слушал. Почему? Хотел? Или боялся, что Катя пошлет меня? Что она уйдет?...я этого безумно боялся.
И сейчас боюсь.
Но она же несерьезно? Малыш, где ты? Приезжай домой, я все исправлю. Клянусь. Я все смогу исправить…
Глаза печет. В сердце как будто зажегся пожар, который разрастается и жрет все на своем пути, и вот вся моя изнанка в пузырях и пепле.
Она бросила учебу. Почему она ушла со своей учебы? И деньги…она откладывала деньги, но зачем? Она хотела от меня уйти уже давно? Она давно нашла себе другого мужчину, который не заставлял ее…
Нет, не могу это вспоминать.
Упираю основания ладоней в глаза и тяжело дышу.
Не хочу об этом думать. Не могу об этом думать! Не хочу представлять, как ее кто-то касается, что она кому-то улыбается, как мне. Я не могу…это слишком больно.
Но я все равно думаю. И мне слишком больно, поэтому в какой-то момент волна эмоций снова накрывает с головой, и я ору в пустоту. А потом раздается звонок в дверь.
Сначала мне кажется, что просто кажется, но он повторяется, и мое сердце начинает колотиться еще быстрее. Оно все еще проткнуто, оно все еще кровоточит, но я чувствую, как меня накрывает с головой надежда.
Это может быть она. Это может быть моя Катя! И мне в этот момент плевать на все: и на ее вранье, и на ее планы, которые непонятно когда начались. И на ее любовника.
Мне плевать, кто ее трогал, когда, сколько раз.
Я вскакиваю на ноги и бегу к двери, по пути снося все на своем пути, потому что в этот момент я уверен, что мы со всем справимся. Вместе. Просто…нам нужно снова стать этим «вместе», и я все сделаю, чтобы так и было.
Только в этом смысла нет.
Когда я распахиваю дверь, на пороге стоит не моя девочка, а Артур.
Я пару мгновений просто смотрю на него, в надежде, что глаза мои начали подводить, но он не исчезает, а я совсем не хочу говорить с ним.
О чем?
Он тоже знал. Теперь я прозрел и все понимаю: они все всё знали, кроме меня и Катьки.
И это моя вина.
Это я ее затащил в этот блуд, хотя должен был от всего защищать. Права была мама: Москва…опасна. Я снова думал, что это лишь ее предрассудки, но оказалось…что она во всем была права.
- Вали нахуй, - цежу, хочу захлопнуть дверь перед его носом, но Артур жестко упирает в нее руку и кивает.
- Без вариантов. Поговорить надо.
- Я сказал…
- Это в твоих же интересах, Дамир. Поверь мне.
Ага, уже поверил! Но Артур не ждет, чтобы я снова указал ему его место. Он меня отталкивает и проходит в квартиру. Точнее, пытается, только меня начинает крыть от одного только вида, и я хватаю его за плечи и жестко прижимаю к стене. Предплечьем блокирую шею, сам нависаю сверху и рычу:
- Ты знал?!
- Блядь, отпусти, придурок! - шипит он, пытается извернуться, но это без вариантов.
Я моложе, чем он. Я сильнее. Тем более, тренер гонял меня, как бойцовского пса перед боем, и меня кроет - у него нет ни одного шанса освободиться.;
- ТЫ ЗНАЛ?!
- Да!
Бью его по почкам, а потом хватаю за волосы и прикладываю головой о стены.
Снова кровь. А мне снова мало, но на кого я злюсь на самом деле? Этот вопрос застигает меня врасплох и дает Артуру шанс вывернуться из моего захвата и ответить ударом в челюсть.
- Сука! - рычу я, склонившись чуть вперед.
В следующую секунду собираюсь сделать на него шаг, чтобы ответить, но Артур выкидывает руку и шипит.
- Сделаешь еще один шаг, сам будешь барахтаться в дерьме, в которое
