Читаем без скачивания Боевая Магия - Тамора Пирс

Камешки застучали, отскакивая от солдатских шлемов. Луво был покрыт зернистой пылью. Как и она. Она услышала рядом крики — человеческие и лошадиные.

— Что мы сделали? — спросила она его.

— Мы разрушили три валуна в полёте, — сказал Луво.

Судя по голосу, он был собой очень доволен.

— Жаль, что мы не смогли поймать два оставшихся. Они нанесли урон нашей армии, но два камня нанесли меньше вреда, чем пять.

— Луво, а мы можем разбить камни до того, как их метнут? — прошептала Эвви.

— Положи на меня свои ладони, — тихо сказал он. — Так нам обоим будет проще.

Эвви послушалась, и снова покинула своё тело.

Камни равнины летели под ними, пока Луво тянул её следом, направляясь к самым большим валунам в одной из янджингских катапульт. На этот раз дело пошло быстрее. Им не нужно было работать с валунами, находящимися в полёте. Эвви просто игнорировала ископаемые кораллы и кости, выдёргивая из извести камни, которые узнавала.

Луво вытянул откуда-то воду, и обернул её льдом в созданных Эвви трещинах. Эвви не знала, откуда он взял воду, пока не поднялась над кучей гравия, бывшей остатками приготовленных для катапульт валунов. Только тогда она через зрение Луво увидела ссохшиеся тела на земле. Они носили цвета янджингских солдат и, в случае двух из них, в чёрные куртки и нитки с бусинами — магов. Луво взял влагу из их тел.

«Ну и поделом им», — свирепо подумала она. «Они — враг. Готова поспорить, они бы стали нас пытать, если бы могли. Я рада, что они мертвы».

— «Тут есть и другие катапульты», — сказал Луво. — «С ними тоже разберёмся? Если мы обратим камни в пыль, то этим людям придётся далеко ходить за новыми».

— «Да», — сказала ему Эвви. — «Давай так и сделаем».

Она старательно избегала мыслей о людях, готовящихся зарядить массивные камни в ложа катапульт по команде своих офицеров. Она просто последовала за Луво в камни, удаляя частицы, удерживавшие части валуна вместе, чтобы он мог заморозить в оставленных ею трещинах воду. Повсюду вокруг них солдаты и маги судорожно тянулись к воде, и умирали, не имея ни малейшего представления о том, что их убило. Эвви постаралась не обращать на них внимания. Каждый раз, когда она чувствовала, что её ненависть ослабевает, она вспоминала груду остывших мертвецов у Крепости Самбачу. Теперь у их призраков появилась компания. Разве это плохо?

Глава 21

В передних рядах гьонг-шийских и янджингских боевых порядков сержанты кричали стрелкам открывать огонь. Чуть впереди валуны попали в гьонг-шийскую армию в двух местах, убивая лошадей и людей, не сумевших бежать. Браяр искал взглядом имперские болты; он знал, что Розторн делала то же самое. Он бросил короткий взгляд на Эвви. Сидя на спине своей лошади, она крепко сжимала Луво, закрыв глаза. Молодой человек подбежал к ней, и мягко ущипнул её, но безрезультатно. Он тихо выругался, но он не мог, или не осмеливался, ничего поделать.

— Луво? — прошептал он. — Луво!

Булыжник не ответил, и даже не посмотрел на него, если словом «смотреть» можно было описать действия существа без видимых глаз. Браяр считал, что Луво поворачивал свой головной нарост только ради людского комфорта, а не потому, что ему это требовалось. Теперь Браяр ткнул Луво, но тоже безрезультатно.

«Проклятый недоумок», — обругал он себя. «Надо было сказать им ничего не делать, не спросив тебя или Розторн!» Он глубоко вдохнул, гадая, стоит ли ему поговорить с Розторн, или промолчать — и закашлялся. Вкус во рту был такой, будто он прошёл через облако пыли. Его броня тоже была покрыта пылью. Он сплюнул, и отпил из своей фляги.

Розторн тоже кашляла. Он подбежал к ней, и сунул флягу ей в руки, с беспокойством наблюдая, как она пьёт.

— Какие цели нам атаковать, когда враг не стреляет? — спросил он, когда она вернула ему флягу.

— На катапультах, — твёрдо сказала Розторн. — Укорени их поглубже, и вырасти их так высоко, как сможешь.

Стоявший рядом солдат их услышал:

— Они будут заколдованы, — предупредил он. — Расписаны заклинаниями, которые не дают другим магам вмешиваться.

Розторн улыбнулась ему:

— Но они не будут заколдованы против нас. Мы становимся частью древесины; мы не пытаемся творить над ней заклинания.

— Как скажете, — ответил солдат, явно не веря ей. — Я тут просто для того, чтобы выполнять ваши поручения.

— Нам бы не помешала ещё вода, — сказал Браяр.

Тот кивнул, и двинулся прочь. Обращаясь к Розторн, Браяр сказал:

— Ты позаботишься о катапультах, а я возьму на себя болты?

Ему не пришлось просить её дважды. Она села, и приложила ладони к земле по обе стороны от себя. Браяр сел рядом с ней, скрестив ноги, и стал следить за имперскими силами. Он не мог слышать возгласы их офицеров, но он видел, как следующий залп арбалетных болтов взмыл в воздух. Он потянулся к ним, касаясь хранившейся глубоко в их древесине памяти об их жизни как деревьев. Он вызвал эти жизни, стимулируя рост всходов и листьев на болтах. Они боролись с металлическими наконечниками и выбрасывали корни через оперение, замедляя полёт болтов и лишая их смертоносной силы, когда они падали на землю. Все он достать не мог, но он достал очень много.

Он был так сосредоточен на этой волне болтов, и на следующей, и на следующей, что не услышал стонов катапульт, когда Розторн воззвала к их собственной памяти о том времени, когда они были деревьями. Катапульты выпустили корни, разрывая свои металлические скрепы и соединения. Катапульты разлетелись на части, когда деревянные стойки и плечи вырывались из креплений, пускали корни и выпускали ветви. Как только новорождённое дерево прочно укоренялось в земле, Розторн переходила к следующей катапульте.

Браяр отслеживал её работу, касаясь её время от времени, когда отдыхал между арбалетными залпами. Мельком увидев Эвви, расслабленно согнувшуюся над Луво и шеей её лошади, он понял, что они закончили делать то, что делали.

Рёв множества людских глоток привлёк внимание Браяра к полю битвы. Трубы Генерала Сэруго звали в атаку. Слева конники обеих сторон сражались копьями и алебардами. Справа под янджингской кавалерией разверзлась яма. Они пытались выбраться из неё, но земля была сухой. Она осыпалась под ногами коней и бойцов, заставляя их падать на тех, кто были ниже по склону.

«Чья работа?» — задумался Браяр. Он посмотрел на разные группы шаманов. В одной из них все сидели на земле, отдыхая. Остальные группы пели, плясали или стояли, взявшись за руки. Он ощущал, как от них волнами катилась магия. Он молча поклялся никогда не злить шаманов.

Крик заставил Браяра обратить внимание наверх. Ещё двадцать или более сфер с зайао падало в сторону их войск. Поскольку они были легче валунов, их метали янджингские маги, а не катапульты. Желудок Браяра всколыхнулся и сжался. Он потянулся к своей силе, но знал, что от его попыток не было проку. Уголь в зайао был мёртвым деревом, неприкасаемым для них с Розторн; сера была почему-то металлом, на неё не действовали растительная и каменная магии. Селитра, третий ингредиент, была недоступна всем трём из них. Он пытался говорить Эвви, что селитра была частично камнем, но она ему не поверила.

Бомбы упали, разрываясь в рядах их армии. Лошади и солдаты завопили. Всадники и пехотинцы побежали, чтобы заполнить прорехи в передних рядах, и убрать кричавших раненных с мёртвыми. Поле заполнили клубы вонючего дыма.

Браяр попытался не слушать призывы о помощи, протянувшись своей силой под землю в поисках корней. Он пошарил по своей куртке одной рукой, пока не нашёл флакон с усиливающим маслом. Вражеская кавалерия шла разгонялась для атаки. Если он вотрёт масло в свои ладони, чтобы укрепить свою силу, то сможет заставить широкую полосу трав схватить лошадей за ноги…

Браяр снимал восковую печать с пробки флакона, когда огонь, или жгущая боль, пробежал по его коже. Какой-то маг напал лично на него. Браяр вскрикнул, и потянулся к Розторн. Она лежала на земле, согнувшись пополам. Втянув ртом воздух, она оттолкнула его руку прочь.

— Не трогай меня! Я горю! — крикнула она, хотя волдырей на её бледной коже он не увидел.

Браяр неуклюже сунул флакон в карман. Он чувствовал, как новые невидимые языки пламени охватили его, и поклялся, что вырвет этому янджингскому магу зубы из мести. Огня он не видел, но слышал его треск; его нос был заполнен вонью горящей плоти. От боли у него по лицу текли слёзы.

Розторн снова вскрикнула. Браяр упал на колени, и начал ползти к ней, криком зовя Эвви и Луво.

Он остановился перед парой расставленных в стороны коричневых ног. Узловатые коричневые руки рывком подняли его на ноги, и Ривердэнсер закричала что-то ему в лицо. Его обдало новой волной жара. Браяр оттолкнул женщину прочь, чтобы она не сгорела вместе с ним, но всё ещё не мог видеть огня, который так убедительно трещал на его собственной коже.