Бог Безумия!
Кэйд всегда обвиняла ее в упрямстве. К чему же привело ее упрямство на этот раз?
Внезапно Инос заметила, что Азак еле заметно подмигнул ей. Это было так несвойственно ему, что на мгновение Инос решила, что ошиблась. Ну разумеется! Он вновь запутывал следы. Элкарас был еще одним следом, заводящим в тупик, как и осел.
– Пожалуй, это будет любопытное путешествие, – смилостивилась Инос.
Мальчик лет шести с кожей цвета ржавчины подбежал к ним по траве. Широко раскрытыми глазами он взглянул на Азака, игнорировал Инос и упал на колени перед шейхом, склонив голову с шапкой кудрей, пламенеющих, как отполированная медь. Протянув руку, Элкарас любовно потрепал мальчика по кудрям.
– Ну что, надежда моего дома?
Мальчик выпалил ответ на едином дыхании:
– Великий-мой-отец-велел-передать-тебе-что-все-готово!
– Отлично! – Элкарас приподнял локоть, и Азак поспешил помочь ему встать. – Нам пора в путь.
Мальчик пружинисто вскочил и с благоговением уставился на рослого султана.
– Вы и вправду Убийца Львов?
Азак подбоченился и сурово взглянул на него.
– Да.
– Тогда где же ваш меч?
Стремительным, почти неуловимым движением великан схватил мальчика за рубашку и поднял его на вытянутой руке так, что их глаза оказались на одном уровне.
– Кто это посмел допрашивать меня?
– Пустите! – Мальчик перестал извиваться, поняв, что вылетит из просторной рубахи. Его голые ноги болтались в воздухе. Он вцепился в огромную руку, схватившую ее, и усмехнулся. – И долго вы сможете вот так продержать меня?
– Сколько понадобится. Много часов подряд.
– И я, когда вырасту, стану охотиться на львов! И убивать разбойников!
– Вырастешь? Будешь таким же высоким и сильным, как я?
– Еще выше и сильнее! – Но дыхание ребенка стало прерывистым и лицо покраснело.
– Вот таким? – Азак легко подсадил его вверх, на ветку дерева. Мальчик завизжал, а его дед – или, скорее всего, прадед – разразился смехом, спрашивая, что он теперь станет делать.
Инос встала, удивляясь новому, непривычно веселому Азаку. Можно ли доверять человеку, который так легко меняет роли? Насколько можно доверять шейху Элкарасу, незнакомцу, который ни разу не взглянул ей в глаза? Такая скрытность придавала ему вид человека-невидимки.
Неужели ей придется несколько месяцев провести верхом на верблюде? А может, нет? Ей оставалось только надеяться, что Азак и вправду подмигнул ей, что решил запутать след и что у него приготовлен план получше трехмесячного перехода по пустыне. Подняв голову, Инос обнаружила, что Азак усмехается, скрестив руки на груди, а на его лицо падает тень от кефи. Ветер, играющий с ветвями над его головой, отбрасывал яркие, как новенькие монетки, солнечные зайчики на фигуру Азака, в этот момент кажущуюся гораздо крупнее человеческой. Он опасен. Жесток. Безжалостен. И «честен, как джинн». Как она осмелилась довериться ему? Да он бросит ее, как только сочтет обузой, или продаст в рабство!
С ним бессмысленно тягаться.
– Вы передумали, ваше величество? – спросил негромкий голос.
Инос повернулась к старому шейху. Он был полноват, но только по сравнению с Азаком казался низкорослым. В действительности, несмотря на сутулость, он отличался не только дородностью, но и ростом. Впервые Инос увидела его глаза – красные, как петушиный гребень, окруженные мелкими морщинками, но ясные, как у ребенка. И проницательные.
Инос вскинула подбородок.
– Разумеется, нет!
Она поклялась вмешаться в политику, а политические игры требовали риска.
Но оправдан ли риск в этом случае? Такой возможности ей может больше не представиться никогда в жизни! Она совершит безумную выходку, какую можно встретить лишь в романах, – отправится с караваном в Алакарну!
Женщина королевского рода не имела права даже надеяться на такую удачу. Дрожь возбуждения прошла по ее телу до кончиков пальцев. Приключение! С тех пор как когорты Иггинги окружили ее, она не чувствовала себя свободной, но вдруг гнетущая атмосфера плена распалась, как треснувшая скорлупа. Предвкушая бегство, ее сердце радостно забилось.
Она широко усмехнулась Азаку, а его гримаса превратилась в зловещую улыбку. Этот великан улыбался так, как делал все остальное – небрежно, бесстрашно и умело. Должно быть, он испытывал то же чувство облегчения, только сильнее, чем Инос.
– Я покажу вам пустыню, Инос. – пообещал он, – и научу любить ее.
– Попробуйте!
Оба одновременно рассмеялись. Как странно!
– Тогда пойдем, – с довольной улыбкой предложил шейх. – Пора уезжать. – Он жестом пригласил Азака следовать вперед, и солнце блеснуло многоцветной радугой на его отягощенной драгоценностями руке.
Подобно обломку кораблекрушения, Рэп по-прежнему сидел на скамье, глядя на гавань Мильфлера. Он надеялся, что боль в щиколотке скоро утихнет или же у него хватит мужества сдвинуться с места. А может, он придумает что-нибудь другое. Солнце уже припекало, а между тем до полудня было еще далеко.
Рэпа мучила досадная догадка, что он упустил некий шанс на спасение.
На скамье легко могло поместиться еще семь или восемь человек, и время от времени люди приближались к ней, словно намереваясь присесть.
Но, едва взглянув на юношу с татуировками и опухшей ногой, все поспешно уходили прочь.
Равнодушие Гатмора к Рэпу как к работнику или наемнику оказалось неожиданным и вызывало тревогу. То, что Рэпа сочли достойным поединка, можно было принять за комплимент – хотя ему давно полагалось повзрослеть. Если бы он был в состоянии принять приглашение и выдержать драку, вероятно, его согласились бы взять на корабль.
Или обратить в рабство. Все знали, что джотунны торгуют рабами. Почему же на Феерии они должны поступать иначе?
«Отец, где ты теперь, когда ты мне так нужен?»
Надо как можно скорее найти способ покинуть остров. Ему не выжить в городе без Тинала или в джунглях без Маленького Цыпленка. Он размышлял, уцелела ли банда Тинала, кто из нее сейчас находится в городе, но не имел ни малейшего намерения проводить поиски у статуи Эмина. Он должен найти Инос.
Жаль только, он не умеет плавать, а теперь не может и ходить. Вот досада! Должно быть, он неудачник.
Рэп отчаянно проголодался и измучился от жажды, а солнце поджаривало его все сильнее. Он мрачно поглядывал на строй судов у причала. Ни одно из них не напоминало широкие лодки, снуюшие туда-сюда между Краснегаром и Империей. Ему хотелось подробнее рассмотреть корабли, но ясновидение отказывалось помогать ему. Голова ныла еще сильнее.
«Танцор гроз», корабль Гатмора, ему следует обходить стороной, зато стоит попытаться осмотреть все остальные суда и выяснить, где нужен лишний гребец. Возможно, его обратят в рабство, но, судя по всему, это единственный способ достичь материка. Оставшись здесь, Рэп тоже рисковал в лучшем случае стать рабом, а в худшем и более вероятном – расстаться с жизнью.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
