«Танцор гроз», корабль Гатмора, ему следует обходить стороной, зато стоит попытаться осмотреть все остальные суда и выяснить, где нужен лишний гребец. Возможно, его обратят в рабство, но, судя по всему, это единственный способ достичь материка. Оставшись здесь, Рэп тоже рисковал в лучшем случае стать рабом, а в худшем и более вероятном – расстаться с жизнью.
Но что ответит капитан корабля доходяге, который вползет по трапу на четвереньках и попросит нанять его гребцом?
Как ему попасть в Зарк и помочь Инос?
Ведь должен быть какой-то выход!
Двор был тесным и пыльным. Верблюды оказались гораздо больше, чем представлялось Кэйдолан, и она забилась в угол, опасаясь, что ее собьют с ног и растопчут прежде, чем она покинет это место. Двор, окруженный высокими каменными стенами, раскалился под солнцем; он был переполнен верблюдами. Их запах вызывал тошноту, крики были невыносимы.
Свирепого вида бородатые мужчины в просторных шуршащих халатах переводили верблюдов с места на место, навьючивали их, проклинали и били. Верблюды в ответ орали, показывая полные крупных желтых зубов пасти. Около часа назад, когда Кэйд только прибыла сюда, двор заполняли груды товаров, а теперь их разместили на спинах верблюдов, и животные стали еще огромнее. Сначала Кэйдолан с удовольствием сидела в тенистой нише и наблюдала за суетливыми приготовлениями, ибо ничего подобного еще не видела, но теперь во дворе не осталось тени и спрятаться или присесть было уже негде.
Если не считать верблюдов. Безумие! Иносолан, милая Иносолан…
Полночные гонцы, маскарады, тайные подземные ходы!
Но хотя Кэйд признавалась в этом лишь самой себе, вся эта чепуха доставляла ей удовольствие. Несомненно, за ней стоит сама Раша, но если это забавляет ее и Инос, почему бы не поиграть, какие бы мысли при этом ни возникали…
В течение целого дня обдумывая свои многочисленные вопросы, Кэйд наконец решила, что попытка заставить Иносолан выйти замуж за гоблина совершенно нелепа. Император никогда не согласится на такую мерзость. Несомненно, Хранители – образованные, цивилизованные люди, они должны знать, что гоблины – свирепые дикари. Они никогда не обрекут невинную девушку на такую участь. Сама Раша пострадала от рук мужчин. Нет, очевидно, все это были игры, шутки, которые не следовало принимать всерьез.
Внезапно за ее спиной раздался раскатистый рев. Вздрогнув, Кэйдолан обернулась и уставилась прямо в опушенные густыми ресницами глаза очень высокого верблюда со ртом, полным янтарных зубов. Чувствуя себя утлой лодчонкой, на которую надвигается галион, она бочком двинулась вдоль стены. Если животному вздумалось занять удобное место в углу двора, она не станет спорить.
Черное покрывало, в которое была закутана Кэйд, оказалось весьма удобным одеянием. Несмотря на то что в таком виде старушка чувствовала себя непривычно, на окружающих покрывало производило совсем обратное впечатление, ибо все женщины вокруг были одеты так же. Но ее ноги уже ныли от усталости, а от вони к горлу подкатывала тошнота. Кроме того, ее лицо и руки были выкрашены соком каких-то ягод. Это вызывало у Кэйдолан чувство, словно она перепачкалась в чем-то липком и теперь привлекает тучи мух. В этих насекомых Араккаран не испытывал недостатка.
– Тетушка!
Кэйд обернулась и с удивлением увидела рядом девушку – незнакомую, если не считать зеленых глаз, непривычных для…
– Инос!
Зеленые глаза блеснули.
– Боюсь, вы ошиблись. Я – госпожа Хатарк, жена Седьмого Охотника на Львов.
– Вот как? Ладно, как скажете, дорогая.
Девушка пробралась сквозь плотную толпу людей и верблюдов, с трудом находя дорогу, поскольку покрывало падало ей на лицо. По-видимому убедившись, что здесь их никто не услышит, она тихо произнесла:
– Конечно, ты по-прежнему моя тетя, но у тебя пока будет другое имя. Как прошла поездка?
Иносолан выдавали лишь глаза и голос. Она явно испытывала угрызения совести и нуждалась в успокоении.
– Она выдалась на редкость любопытной, дорогая.
– Ты всегда говорила, что мечтаешь посетить Хаб, верно? Хаб? Маловероятно.
– Разумеется. Значит, туда мы и направимся? Иносолан склонилась над ней.
– Мы подадим жалобу Четверке! – взволнованно прошептала она.
Кэйдолан едва расслышала ее слова сквозь рев верблюдов.
– Великолепно, дорогая.
В зеленых глазах отразилось облегчение.
– Уверена, поездка верхом на верблюдах будет весьма поучительной. Тебе же хотелось научиться ездить на верблюдах?
– Уверена, в этом случае аппетит легко удовлетворить.
– Пожалуй, да…
– Инос, – мягко произнесла Кэйдолан, – неужели ты всерьез считаешь, что ее величеству ничего не известно об этой проделке?
Ее племянница вздрогнула.
– Что ты имеешь в виду?
– Просто напоминаю, что она колдунья.
– А! – Инос с облегчением вздохнула. – Надеюсь, ты не обсуждала с ней свои планы, не виделась перед отъездом… и ничего подобного?
– Нет, дорогая. Я следовала наставлениям и совершила увлекательнейшее путешествие по нескольким дурно пахнущим подземным ходам в компании провожатых весьма грозного вида… Я просто удивлялась, как ты могла поверить, что кто-нибудь способен перехитрить султаншу Рашу, вот и все.
– Видишь ли, нам помогут. Думаю, мы сбежали… или вскоре сбежим. Мне так надоело быть пленницей! Я должна хоть что-нибудь сделать! Вернуть свое королевство!… А, вот и он!
Очень рослый мужчина вышел из-за верблюда со стороны Иносолан. В грязноватой одежде он был почти таким же неузнаваемым, как она. Огромный меч висел у него на боку.
– Тетушка, позволь представить тебе моего мужа. Он – охотник на львов. Насколько я понимаю, у охотников нет имен, только номера. Он – Седьмой Охотник на Львов.
– Уже Пятый, – буркнул Азак. – И ищу Четвертого. Похоже, у него косоглазие. – Он повернулся, вглядываясь в проходы между верблюдами и поверх голов других людей.
– Что же вы с ним сделаете, когда найдете? – тревожно спросила Кэйдолан.
Красные глаза великана зловеще уставились на нее.
– Заставлю труса сразу же поспешить к шейху Элкарасу и распластаться перед ним в пыли, признаваясь во всех просчетах и недостатках, которые он до сих пор скрывал.
В замешательстве Кэйдолан повернулась к племяннице.
– Ты сказала, это твой муж, дорогая? Румянец проступил на щеках Иносолан, выкрашенных соком ягод.
– Разумеется, мы с ним будем делить один шатер, но я могу объяснить…
– Никто, – громко заявил султан, – еще никогда не жаловался на мой храп!
Иносолан нервозно взглянула на тетушку и хихикнула, Кэйдолан вздохнула. Какую бы нелепость ни задумали эти дети, они были убеждены, что сумеют перехитрить колдунью.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
