Джейн Уайльд внимательно посмотрела на него.
— Я понимаю. Оскар рассказывал мне о вашем интересе к мертвецам и восставшим после смерти и о том, что вы любите гулять по ночам на кладбище.
— Да, эта тема не отпускает меня. Иногда мне снится, что я лежу в гробу под землей. Но я еще жив и неожиданно слышу, как кто-то тихо скребется, а потом бледная женщина открывает крышку и смотрит на меня. На какое-то мгновение я чувствую облегчение и радость, что меня спасли от верной смерти, но потом она обнажает острые клыки и вонзает их мне в шею, забирая у меня не только кровь, но и душу. Я собирал истории о подобных существах и при этом заметил, что большая часть ирландских легенд о вампирах и другой нечисти сложена на западе.
Леди Уайльд приподняла брови.
— И вы поехали с нами, чтобы найти таких существ?
Брэм отклонился назад.
— Как уже было сказано, эта тема не отпускает меня с самого детства.
— Возможно, нужно посмотреть в глаза своему страху. В детстве вам действительно было нелегко.
Они помолчали немного, после чего Брэм решил сменить тему.
— Я читал некоторые ваши статьи, еще когда был мальчишкой и только научился складывать буквы в слова. Кто-то вырезал их из газеты и сохранил. Особенно меня впечатлила статья «Голодный год».
Леди Уайльд благодарно склонила голову.
— Я чувствовала внутреннюю необходимость написать об этом.
— И вас не пугало, что после этого влиятельные люди станут вашими врагами? Вы же не могли надеяться, что ваш псевдоним Сперанца будет всегда оставаться тайной. Ведь было известно, что после ареста Даффи вы взяли на себя издание «Нэйшн».
— Не знаю, осознавала ли я опасность, которой себя подвергала. О господи, я была такой молодой! Я была преисполнена пламенного энтузиазма и должна была что-нибудь сделать для своей страны, восстав против несправедливости, которая существовала уже несколько столетий! И возможно, опасность как раз и была тем фактором, от которого по телу бегали мурашки. Я чувствовала себя тогда такой деятельной и живой!
Не потому ли она молча терпела трудности пути? Наверное, Сперанце наскучило вести жизнь добропорядочной состоятельной дамы? Или она хотела на какое-то время забыть о возрасте и снова почувствовать себя молодой? Вполне возможно.
Экипаж снова подскочил на камне, и Брэм с трудом подавил стон.
— Вы ошибаетесь, если думаете, будто я не испытываю неудобств, — сказала леди Уайльд. — Я воспринимаю их как необходимое зло. А это большая разница. Дороги убогие, ночлеги жуткие, а еда жалкая. И всю страну покрывает саван спокойствия. Как раз поэтому мы должны были поехать именно таким образом, чтобы наши глаза смотрели, а ум и сердце понимали. Почему никто в Лондоне или Дублине не хочет обратить взор на Донегол, Мейо, Голуэй и Клэр? Или поехать в эти, по их мнению, забытые Богом места? Не только природа обделила эту часть Ирландии при распределении богатств, но и англичане способствовали тому, чтобы эти графства оставались такими бедными. Они забрали у нас плодородный восток, а неугодные им кланы отправили на запад в болота. А когда в сорок пятом году картофель начал гнить, они спокойно смотрели, как люди тысячами умирают от голода или отправляются в Америку на плавающих гробах, как тогда называли корабли с эмигрантами.
Экипаж остановился, и у окна появился Оскар.
— Там на повороте стоит паб. Давайте немного согреемся и выпьем пива? Я промок и промерз до костей, как мертвец!
Он встряхнул шляпой, и капли с нее полетели во все стороны.
Естественно, они согласились с ним, и Брэм неожиданно подумал, что в такую погоду качающаяся камера пыток, возможно, не самый неудачный выбор.
Едва погас последний луч солнца, как Лицана собрали гостей в большом зале. Доннах торопился с отправлением. Сегодня ночью им предстояло пройти почти сорок миль, как сообщил предводитель клана молча слушающим вампирам. Он заверил, что по пути у них еще будет возможность подкрепиться, что успокоило не только Лучиано.
Как и прошлой ночью, наследники разделились на группы и шли под охраной своих слуг и минимум одного Лицана. Только в отличие от прошлой ночи Франц Леопольд снова присоединился к ним. То ли он просто не мог больше выносить общество своих родственников, то ли смирился с Лицана, Алиса не могла этого сказать. Да ей, собственно, было все равно. Главное, чтобы к Лео не вернулось его ужасное настроение, которое могло любого вывести из себя. Пока же Франц Леопольд был удивительно молчалив и держался немного позади. Он даже ни разу не упрекнул Лучиано в том, что тот слишком медлителен.
Группы держались на небольшом расстоянии друг от друга, чтобы не привлекать к себе внимания, но и успеть вовремя прийти другим на помощь в случае необходимости. Ниав и Бриджит превратились в филина и сову и бесшумно парили над головами вампиров, наблюдая за дорогой и пустынным пейзажем, который они оставляли позади. Пока преследователей нигде не было видно. Но Иви была уверена, что те по-прежнему шли по их следу.
— Очевидно, что тот вампир в пещере не покончил с собой, следовательно, остальным удалось уйти. В любом случае это были вампиры, а это значит, что они умеют менять свой облик, раз они смогли в виде маленьких животных или тумана проскользнуть через щель. И, следовательно, я не вижу причин, по которым они должны были бы прекратить преследование. Глупо полагать, что мы сможем сбить их со следа на суше, после того как они смогли найти нас по морю через пол-Ирландии.
Франц Леопольд задумчиво кивнул.
— Мы оставляем слишком много следов. И почему мы сразу не научились превращаться в летучих мышей или сов? Тогда нас никто не смог бы преследовать, и мы продвигались бы быстрее.
— Это так, но ты, наверное, помнишь объяснения Катрионы в первую ночь.
Иви проигнорировала его презрительное фырканье и продолжила:
— Очень трудно превратиться в животных, которые обладают чуждыми нам способностями. А к ним совершенно определенно относится умение летать!
— Трудно, трудно, — передразнил ее Франц Леопольд. — Но вы, Лицана, умеете это делать, по крайней мере, многие из вас. Значит, и для нас это не составит труда.
— Конечно, — согласилась Иви, — но без практики ничего не получится.
— А почему мы тогда не занимаемся, вместо того чтобы бежать по этим полям? Разве нельзя заниматься на ходу?
Иви была удивлена, а Лучиано застонал. Алиса же, напротив, восхищенно захлопала в ладоши.
— Это лучшее предложение, которое я когда-либо слышала из твоих уст, Лео!
Он насмешливо поклонился в ее сторону.
— Благодарю!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
