Волки снова заскулили. Тара положила руку на гриву лошади.
— Пойдем, моя дорогая, посмотрим, какое злодеяние было совершено этой ночью.
С каждым мгновением она все отчетливее ощущала, что где-то совсем близко произошло большое несчастье.
Они медленно прошли сквозь густой кустарник. Тара начала догадываться, куда вели ее волки. Но это не могла быть кровь Перегрина, которая так омрачала ее сердце. С момента его смерти прошло много ночей. И тем не менее боль и скорбь по нему висели на ветках, словно клочья тумана.
Еще до того как волки привели ее на поляну, друидка знала, кого она там найдет. Тем не менее при виде истерзанного тела Тара не смогла сдержать крик. Она соскользнула с лошади и поспешила к телу Ани. Нападение произошло не так давно. Кровь была еще влажной и блестела черными лужами. Тара положила руки на неподвижное тело, которое наверняка скоро начнет распадаться в прах. Что здесь произошло? Судя по рваным ранам, на Ани напали волки или большие собаки. Как же им удалось так близко подобраться к вампирше? Она должна была вовремя заметить их. Зная о способностях вампиров, Тара просто не могла себе представить, как их вообще можно застать врасплох. И все же увиденное говорило именно об этом. Ани умерла в процессе превращения. Голова была уже искажена, лицо и руки покрыты шерстью, но тело было скорее человеческим, чем волчьим.
Тара встала и огляделась. Там началась борьба, и потом несколько тяжелых тел качались в трясине. Друидка осмотрела место, на котором преследователи должны были напасть на Ани, и все поняла: именно тут погиб Перегрин. Ани пришла сюда и скорбела о нем. Наверное, поэтому они смогли на нее напасть! Тара была удивлена. Она не знала, что вампиры способны так сильно любить и так глубоко скорбеть о погибшем.
Неожиданный шорох заставил друидку обернуться. Что это? Волки поспешили к Ани, и даже лошадь вытянула шею в сторону окровавленного тела. И тут Тара поняла: вампирша пошевелилась. Она не была уничтожена полностью. Естественно, ее тело было холодным и бездыханным. Вампирам не нужно было дышать, и поэтому они приходили в себя после любых, даже столь тяжелых повреждений, если только им не пронзали сердце и не отрубали голову. И к счастью, Ани не была ранена серебряным оружием, которое затруднило или вообще исключило бы заживление ран.
Тара встала на колени перед вампиршей, черты которой были искажены до неузнаваемости. Из ее ран все еще текла кровь, пропитывая землю. Тело Ани было так истерзано, что оно сможет регенерироваться только во время дневного сна. Но заживут ли раны, если тело застряло в процессе превращения? Нужно обязательно попытаться спасти Ани, а для этого необходимо как можно быстрее унести ее отсюда в какое-нибудь надежное, а главное — темное место. Здесь, в горах, солнце за пару часов закончит начатое клыками напавших на вампиршу. Тара подозвала к себе лошадь. Алэн подошла и опустилась на колени рядом с вампиршей. Друидка положила неподвижное тело на спину лошади и крепко придерживала его, пока лошадь вставала. Потом Тара села в седло.
— Нам нужно до восхода солнца попасть в Онанэйр, — сказала друидка кобыле.
Алэн тихо заржала и поскакала рысью.
Сначала она спустилась со склона и направилась к деревне, которая раскинулась у подножия горы. Хотя в Утерарде уже проснулись люди, Тара не стала тратить время на объезд. По широкой дороге они продвигались значительно быстрее.
Когда лошадь повернула в ущелье, ведущее к замку, небо на востоке уже посветлело. Тара в последний раз подбодрила Алэн словами. Даже волки выглядели уставшими и семенили с опущенными головами. И только Тара по-прежнему прямо сидела в седле, въезжая во двор замка Онанэйр в первых слабых проблесках нового дня.
— А где Катриона и Доннах? — спросила Алиса.
Иви вышла следом за друзьями на свежий воздух.
— Посмотрите, они в башне вон там посреди двора. Раньше она была соединена со стеной, которая окружает внутренний двор замка. Теперь осталась лишь внешняя стена.
— Ах, у них снова тайные переговоры! — Франц Леопольд посмотрел на круглую башню с крышей в форме острого конуса, которая стояла посреди поросшего травой двора. Он наморщил лоб, но потом с сожалением покачал головой. — Насколько я понимаю, они специально выбрали это место. Теперь мы не сможем незаметно подобраться к ним.
— Мы нет, — сказал Лучиано, — а Иви? Как насчет маленькой мышки? Никто не заметит ее в траве. А потом шмыг — и можно быстро подняться по лестнице в башню.
Трое юных вампиров с надеждой посмотрели на Иви, но она покачала головой.
— Нет, есть вещи, которые являются у Лицана табу, и подслушивание предводителя клана во время совещания однозначно относится к их числу!
— А как же в прошлый раз? — поинтересовался Лучиано.
— Это было нечто другое. Я лишь осмотрела останки вампира.
Остальные хотели запротестовать, но Иви не дала им рта раскрыть.
— Мы не будем подслушивать! Давайте спустимся к реке, и я расскажу вам немного об истории замка. Все равно нам скоро надо будет отправляться в гробы.
Трое друзей обменялись недовольными взглядами. Но Иви это, казалось, совсем не беспокоило.
— Посмотрите, Онанэйр построен на скале над рекой Дримнин. Там, где теперь суша, когда-то был маленький причал, и товары доставляли на лодке прямо во внешний двор. Но этот вход хорошо защищался с обеих сторон со стены.
Вампиры посмотрели на обмелевший причал и стали медленно прохаживаться вдоль внешней крепостной стены. Франц Леопольд время от времени бросал взгляд на маленькую башню в центре двора, которую они теперь обходили по большому кругу. Доннах и Катриона все еще стояли там и оживленно переговаривались. Катриона была, как всегда, сдержанна, но по движениям Доннаха можно было понять, что они снова не согласны друг с другом.
Юные вампиры обошли башню с двумя окнами, на каменных арках которых были выбиты искусные узоры. На другой стороне на полу лежали две каменные плиты, на которых стояли два длинных стола и несколько скамеек. Вместе со стеной, которая примыкала к башне с правой стороны, все это явно не относилось к оборонительной стене двора замка. Алиса вопросительно посмотрела на Иви.
— Это остатки прежнего главного зала. С западной стороны, где каменные плиты обвалились на болотистый луг, возвышался зал вместе с внешней стеной до самого изгиба реки. Каменный свод поддерживал стены.
— Они построили зал над рекой? — удивился Лучиано.
— Да, тогда это было очень практично. В полу была дверь, через которую можно было попасть к воде. Так хозяева замка охлаждали в реке вино и другие запасы. А еще ходили слухи, будто иногда через этот люк избавлялись от незваных гостей.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
