Под листовкой подпись: «Волоколамский РК ВКП(б)».
Подпольный райком действовал. Действовал и созданный им партизанский отряд.
Опираясь на помощь и поддержку населения, партизаны не давали врагу покоя, всюду уничтожали его живую силу и технику. В лесной типографии регулярно выпускались листовки — они расклеивались в городе, ходили по рукам. И сколько ни срывали их оккупанты и полицаи, листовки появлялись вновь. Голос правды, голос Коммунистической партии, голос Родины доходил до сердца советских людей. Росли ряды народных мстителей, ярче разгоралась борьба против ненавистного врага.
Гремели выстрелы на улицах города и в окрестных деревнях: партизаны уничтожали фашистов и предателей Родины. До хрипоты орали в трубки немецкие телефонисты, но не получали ответа: партизаны в нескольких местах порвали линии связи. Тщетно дожидались горючего фашистские танки — колонна автоцистерн ярким пламенем полыхала на дороге: ее подожгли партизаны.
…Днем и ночью более недели работали фашистские саперы, сооружая мост на дороге Волоколамск — Клин. Наконец мост был закончен. Тронулась по новой дороге колонна — более ста машин с боеприпасами, продовольствием, горючим.
Но не успела еще первая подойти к мосту, как он взлетел на воздух. А вслед за этим появились советские самолеты и ударили по стоявшим у разрушенного моста машинам. Около ста машин не досчитались гитлеровцы в этот черный для них день. Сделали это партизаны отряда «товарища Т.» — товарища Б. В. Тагунова. Это они взорвали мост и своевременно вызвали по радио авиацию…
За короткий срок партизаны этого отряда уничтожили более трехсот фашистских солдат и офицеров, 46 автомашин и автобусов, три автоцистерны с горючим, сожгли склад боеприпасов, захватили тяжелое орудие, порвали более 20 километров телефонного кабеля.
…В глухом лесу — просторная, крепкая землянка. Тепло; ярко горят керосиновые лампы. Идет партийное собрание отряда. Коммунисты принимают в партию своего боевого командира — Тагунова. И когда ведущий собрание спросил: «Кто за то, чтобы принять товарища Тагунова Бориса Васильевича кандидатом в члены партии?» — подняли руки все коммунисты. Единогласно.
— Поступило заявление о приеме в партию, — продолжает секретарь райкома В. П. Мыларщиков, — от нашего боевого товарища Ильи Кузина…
Слегка робея, сутулясь и прихрамывая заметнее, чем обычно, вышел на середину землянки широкоплечий, коренастый молодой парень. Взглянул на лица партизан — отлегло от сердца. В глазах боевых друзей светилось теплое участие, поддержка и уважение. О, это большая честь — доверие и любовь товарищей по оружию! И Кузин завоевал их по праву. Он не был новичком в борьбе с оккупантами. В первые же недели войны ушел бить врага. Правда, в армию Илью не взяли (с детства был хром), но зато он добился другого, не менее почетного дела. Штурмана пароходства канала Москва — Волга Илью Кузина по его настоятельной просьбе направили в тыл врага, в партизанский отряд на Смоленщину. Там в боях с врагом Илья был ранен и переправлен в Москву, в госпиталь. Подлечившись, Кузин снова попросился в партизанский отряд, и его послали в Волоколамск.
В первую же неделю в отряде Тагунова Илья Кузин вместе с двумя подрывниками пробрался в расположение фашистской тыловой части. С риском для жизни смелые подрывники взорвали склад боеприпасов. В результате было убито несколько гитлеровцев, уничтожено большое количество авиабомб, снарядов, гранат, винтовочных патронов, несколько тонн бензина и другое военное имущество. В дальнейшем подрывник Кузин с боевыми друзьями взрывал мосты, минировал шоссейные и железные дороги. Он стал любимцем и гордостью отряда. Вот почему партизаны-коммунисты единодушно приняли его в ряды партии. Доверие партийной организации умножило силы и энергию партизана. Вскоре после памятного для него события — приема в партию — он вышел на новое боевое задание.
…Медленно наступает зимний рассвет. Глухо шумят под ветром старые сосны, изредка сбрасывая серебристую снежную пыль на обочину дороги. Вдоль нее ползком движутся несколько белых фигур — они почти сливаются с сугробами.
— Пора, — негромко говорит Кузин.
Быстро и бесшумно (каждый знает свое место в боевой операции) партизаны приступают к делу. Один уходит вперед по дороге, другой — назад: это дозорные. Четверо во главе с Кузиным ловко закладывают в снег плоские коробки мин. Подрывники еще не успели закончить минирование, как донесся условный свист ушедшего вперед дозорного.
— Илья! Колонна машин… — доложил он, подбежав к командиру группы.
— Сколько!
— За поворотом не видно, но думаю, не меньше пяти…
В боевой операции дорога́ каждая секунда. Промедление — смерть. Мгновенно оценив обстановку, Кузин распорядился:
— Иван, Петро и ты, Николай, заляжете у того куста… Видите, справа, впереди?.. Остальные — за мной! Мы откроем огонь первыми, слева. Правая группа поддержит… Упустить гадов нельзя!
Через две-три минуты партизаны уже были в засаде. Место они выбрали удачное. Дорога, сделав поворот, круто и прямо сбегала с высокого холма. У его подножья, там, где шоссе снова поворачивает, и были поставлены мины. Правда, партизаны успели заложить их всего лишь четыре. Кузин, учтя обстановку, увел свою группу вперед, навстречу машинам, и разместил партизан справа и слева от дороги примерно на середине спуска, где шоферы вынуждены будут тормозить.
…Рассвело, и словно раздвинулся темный лес, отчетливо стала видна серовато-грязная лента дороги, кусты у обочин, телеграфные столбы. Из-за поворота на вершине холма показалась первая машина — бензоцистерна, за ней вторая — крытая брезентом, за ней третья, четвертая… Наконец, последняя — восьмая.
Глухо урча моторами, колонна начала медленно спускаться по склону. Пропустив первую машину, Кузин скомандовал: «Огонь» — и швырнул гранату. На шоссе грохнул взрыв, и одновременно затрещали выстрелы. В ответ с двух или трех машин загремели ответные залпы — очевидно, в фургонах были солдаты.
В этот момент Илья Кузин принял смелое решение. Он выскочил на дорогу, в два прыжка очутился на подножке крытой брезентом машины, в упор выстрелил из пистолета в сидевших в кабине офицера и шофера и кубарем скатился с подножки в кювет… Лишенная управления машина вильнула и с ходу врезалась в столб. В тот момент прогремел оглушительный взрыв: первая, уже спустившаяся машина подорвалась на мине. За ней еще одна. А в остальные с двух сторон летели гранаты… Еще одна машина замерла на дороге. Фашисты, соскочив на землю, беспорядочно стреляли в чашу леса, бросались в разные стороны, но всюду попадали под меткие пули партизан.
Бой продолжался не больше пятнадцати минут. Бесформенными грудами на дороге и у обочин лежали семь разбитых, искалеченных машин. Почти пятьдесят фашистских трупов темнели на снегу. И затихал где-то вдали гул последней, восьмой машины — единственной, которой удалось вырваться.
Забрав из сумки убитого фашистского офицера документы, прихватив трофеи — несколько автоматов и ручной пулемет, — партизаны скрылись в глубине леса… За эту и другие смелые операции отважному подрывнику Илье Кузину впоследствии было присвоено звание Героя Советского Союза.
…Утром 18 октября 1941 года в районный центр Осташево ворвались первые фашистские танки. За ними мотоциклисты и транспортеры с пехотой. Когда наступил вечер, из одного дома на окраине Осташева вышла молодая женщина в надвинутом на глаза платке. В старом пальто и сапогах, с плетеной сумкой в руках, она ничем внешне не отличалась от других женщин. Едва ли можно было узнать в ней секретаря райкома комсомола Веру Прохорову. Она, комсомолка Надежда Зайцева, школьник комсомолец Анатолий Шумов и другие молодые патриоты были оставлены в районном центре для подпольной работы. На них лежала обязанность держать связь с партизанским отрядом, информировать народных мстителей о действиях оккупантов, расположении их войск.
Выбравшись из села огородами, Вера Прохорова уже ночью докладывала комиссару отряда — секретарю подпольного райкома партии А. И. Бормотову обо всем, что успела увидеть и узнать в первый же день оккупации района.
К утру смелая разведчица снова была на своей конспиративной квартире. Но вернулась она из леса не с пустыми руками: на дне ее корзинки под свеклой и морковью лежали аккуратно сложенные листки бумаги. Это были экземпляры районной газеты, выпущенной той же ночью. Редакция в полном составе вместе с наборщиками ушла в лес. Там, на партизанской базе, несмотря на трудные условия, газета регулярно выходила и столь же регулярно попадала к своим читателям.
«Дорогие братья и сестры! — призывала газета. — Поднимайтесь на священную борьбу с лютым врагом… Срывайте планы гитлеровцев, помогайте частям Красной Армии и партизанскому отряду, немедленно уничтожайте предателей, рвите связь врага, сжигайте его склады с боеприпасами, уходите в партизанские отряды».
