Утром дождь не прекратился, и утро выдалось на редкость безрадостным. Зато упырей стало заметно меньше, а к полудню они все, один за другим прекратили напрасные поиски и куда-то исчезли.
— Наверное, можно вылезать, — предположил Иван.
— Наверное. — согласилась девушка, незаметно для себя начиная подчиняться распоряжениям молодого человека.
Иван осторожно высунул голову из укрытия, осмотрелся и выбрался наружу.
— Ах, хорошо! — потянулся он. — А то я уже стал чувствовать себя кем-то вроде лягушки. Лежу под ветками и мокну. Ква-а-а!
Адель засмеялась. Дождь не прекращался, но теперь он смывал с неё землю, налипшую на неё за время пребывания в укрытии. Она совсем продрогла.
— Шевелись, Адель! — велел Иван. — А ну-ка давай прыгать. Кто кого перепрыгает?
Со стороны было бы странно наблюдать, как они прыгали под дождём, разбрызгивая воду, но зато оба согрелись, а потом им стало даже жарко.
— Теперь не холодно? — спросил Иван, улыбаясь.
— Отлично!
— Тогда, наверное, надо идти. Ты сыта?
— Да. У меня ещё много осталось.
— Давай сюда. Я тоже сыт… Где фляга?
Адель достала из-под веток флягу.
— Будем идти, пока не стемнеет, а тогда опять спрячемся под какие-нибудь ветки, — распорядился Иван. — Если появятся эти твари, то замри на месте или, если будет время, падай на землю. Похоже, что они, действительно, не видят, а только чувствуют движение, а раз так, то они не должны нас заметить даже на открытом месте, если мы будем неподвижны и если на нас не наступят.
— Ясно.
Адель и сама, без подсказки, поступила бы точно так же, но как же было приятно сознавать, что нашёлся человек, готовый взять на себя ответственность за их жизни! Она только сейчас осознала, как не хватало ей прежде, если не указаний, то хотя бы совета. Видно, воля у неё всё-таки слабая, раз ей требуется поводырь.
Они шли без приключений до вечера. Только раз им показалось, что мелькнула какая-то тень, и они замерли. Но или упырь промчался, так их и не заметив, или им только показалось, что мелькнула тень. Уже в сумерках они нашли себе пристанище под огромной елью, до земли свесившей нижние ветки. Толстый ковёр из хвои был сырым, но это всё-таки было много лучше, чем мокрая земля, превратившаяся в болото.
— Очень уютно, — заключил Иван. — Если положить вот так мешок и сумку, то будет почти двухкомнатная изба. Закусим?
Как же приятно было Адели ужинать не в одиночестве, а в компании с хорошим человеком!
— Адель, я не могу понять, сколько у тебя таких булочек? Вроде бы, сумка у тебя не такая большая, а мы их едим и едим.
— И будем есть вечно, потому что это вечный хлеб, — торжественно ответила девушка.
Иван принял её слова за шутку и засмеялся, но Адель рассказала ему, каким образом этот хлебец оказался у неё и сколько уже раз её выручал.
— А самое удивительное, что он совсем не вымок, — отметил Иван.
Адель только сейчас обратила внимание на это странное обстоятельство.
— Вот что значит волшебная вещь, — проговорила она. — А ещё этот хлебец помогает распознавать людей.
— Как это?
— Если человек хороший и ничего плохого сделать не собирается, то хлеб остаётся свежим и вкусным. А если он попадает в руки дурного человека, то этот хлеб сейчас же покрывается плесенью.
Иван с опаской осмотрел свой кусок хлеба и не обнаружил никаких следов плесени.
— Полезная вещь, — отметил он. — Самому о себе ведь неловко сказать, что человек хороший, а хлеб это скажет за тебя. Покажи-ка свой кусок. Да ты, оказывается, прекрасная девушка, Адель. При первой встрече надо вручать каждому по куску такого хлеба, тогда не потребуется никаких представлений.
Путешественники провели ночь спокойно. Дежурство они опять разделили, и девушке вновь показалось, что её спутник оставляет ей меньшую часть ночи.
— Иван, это нечестно, — заметила она. — Ты слишком поздно меня разбудил.
— Если тебе так кажется, то значит, ты хорошо выспалась, — ответил молодой человек. — Если бы ты не выспалась, то тебе бы показалось, что я разбудил тебя раньше времени. Принимай вахту, Адель, и не рассчитывай, что я себя обделю. Учти, что упыри иногда появляются, но так быстро исчезают, что не успеваешь сообразить, как поступить. Ты в таких случаях лежи неподвижно, а я, будем надеяться, в это время не пошевелюсь во сне.
Адель три раза видела, как небо пересекла крылатая тень, но на них упырь внимания не обратил.
К утру дождь прекратился. Небо было всё ещё затянуто белёсой пеленой, однако путники были рады и этому. С деревьев на них обрушивались потоки воды, но постепенно листья обсыхали, и идти стало намного приятнее.
— Мне кажется, что мы не совсем правильно шли, — сказал Иван, глядя на небо. — Солнца не видно, но оно должно быть вон там, где пелена ярче. То-то я и удивлялся, почему мы так долго идём. Сам-то я ушёл от реки недалеко.
Адель не успела огорчиться, потому что, когда они повернули в нужную сторону, река показалась очень скоро.
— Вот мы и пришли, — радостно сказал Иван. — Вопрос только, как нам переправиться на другой берег? Я переплывал на плоту, но в том месте течение не было таким бурным, и всё равно плот у меня рассыпался и мне пришлось добираться вплавь. Я потопил все свои вещи, но рад хоть тому, что сам не утонул.
— Может, нам всё-таки попробовать переплыть на плоту? — нерешительно спросила Адель.
— Хороший прочный плот не сделаешь из сучков и валежника, а брёвна нам без топора не срубить. Давай-ка лучше пойдём вон в ту сторону вдоль берега. Мне кажется, что там что-то вроде островка на реке. Может, там перебраться через реку будет проще?
Они двинулись в путь, но вдруг в воздухе засвистело и, не успели путешественники опомниться, их окружили три крылатых фигуры. Упыри сели на землю и долго их изучали, повернув к ним свои лица с затянутыми плёнкой глазами и поводя большими ушами. Потом они стали медленно придвигаться к застигнутым врасплох людям.
Иван озирался в поисках оружия и поднял какой-то увесистый сук, а Адель подобрала несколько камней, но ясно было, что, если не подоспеет помощь, им придётся плохо, а помощи им ждать было неоткуда. Кто решится забрести в эти земли?
Ближайший упырь уже стал протягивать руки к верной добыче, но Иван с размаху ударил его по голове, и он с шипением отпрыгнул и рванулся было к обидчику, но в воздухе засвистело, на землю перед ним упал мешок, а рядом опустился четвертый упырь.
— Хорошо, что нашли, — произнёс он безжизненным голосом. — Мы отлично поедим.
— Что ты принёс? — спросил один из трёх упырей, причём в голосе его не было вопросительных ноток.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
