Никакой усадьбы Даг внизу пока не замечал, разве что тонкие струйки дыма растекались над редколесьем. Это было первое жилье, встреченное ими за трое суток.
Сосняк карабкался по обледенелым гранитным уступам до самого хребта, а ниже пологой периной, насколько хватало глаз, растекалось сплошное белое пространство. Хребет Лысых троллей прочно удерживал зиму в капкане, не позволяя ей вырваться из долины.
— Я думаю, нам следует зайти им со спины, госпожа! — перекрикивая ветер, предложил хозяйке Ивар. — Лучше мы нападем на них первыми, чем ждать удара в спину.
— Поступай так, как считаешь нужным, — одобрила Астрид. Маленького Олава она завернула в шкуры и крепко привязала к себе.
— Лошади тут не пройдут, — с сожалением заметил старый Торольв. — Или нам обходить хребет, но это еще дней шесть.
— Значит, мы оставим лошадей здесь, — моментально приняла решение вдова конунга. — Мы бросим лишнюю поклажу. Новое золото я отниму у своих обидчиков. Девушки поочередно будут нести мои вещи, а я понесу сына.
— Верно, госпожа, — в один голос сказали слуги. — Мы добудем тебе лучших коней, госпожа, в первой же усадьбе.
— Вперед, — Ивар сплюнул, толкнулся и заскользил вниз.
За ним ринулись остальные. Даг решил не отставать. Ветер свистел в ушах, рядом в опасной близости проносились обрывы и нагромождения голых камней, сосны внезапно возникали на пути. Внизу Даг не удержался на ногах, полетел кубарем с обрыва. Но упал он не один, трое слуг Астрид тоже искупались в снегу. С руганью и хохотом они отплевывались и вычищали сосульки из бород. Как ни странно, пожилой Торольв не свалился, при спуске он необычайно ловко помогал себе суковатой палкой.
Спустя час пешего марша на снегоступах Даг различил за полосой сгоревшего подлеска соломенные крыши усадьбы. Ивар замер и махнул рукавицей влево, чтобы не попасть в наветренную сторону. Херсир действовал, как настоящий медведь. Он даже голову задирал и поводил носом, подражая косолапому собрату. Ивар вел своих воинов вокруг человеческого жилья по широкой дуге, старательно огибая пустоши, где их могли увидеть.
Женщин оставили в густых зарослях под защитой слуг. Снегоступы сняли, теперь Ивар стремился ступать не по тонкому свежему снегу, а по островкам жухлой травы. Шли след в след, чтобы казалось, будто прошел один человек. Вдобавок замыкающий оборачивался и закапывал следы палкой. У него на ногах были особые подвязки с лосиными копытами.
— Здесь, — Ивар снова махнул рукой. — Ты, иди с ним! — Дага послали в разведку вместе с Ормом.
Место для разведки Орм выбрал идеально. В распадке, среди нагромождения валунов, можно было удачно спрятаться и даже развести костер. И наблюдать за усадьбой было очень удобно. Двор показался Дагу гораздо меньше, чем родовое гнездо Олава Северянина. В окружении частокола возвышался всего один длинный дом, сложенный из цельных бревен, перекрытый толстым слоем соломы. Рядом с домом в ряд торчали шесть стогов сена, коровник и крытые загоны для мелкого скота. Чувствовалось, что здесь привыкли к суровой зиме, животным не давали гулять по снегу. Дым валом валил из дыр в крыше и из маленькой пристройки. Скорее всего, там топилась баня.
— Гляди и скажи мне, сколько их? — Орм уколол ухо Дага усами.
Ответ на вопрос показался Дагу очевидным. У коновязи грызли сено два десятка лохматых низких лошадок. Под навесом сохли шкуры недавно убитых диких кабанов. Две женщины в шерстяных платьях стирали в корыте белье.
— Их два раза по девять и еще один, — Даг был горд, что сумел правильно подсчитать лошадей. Как ни странно, верно считать его выучила Нелюба, единственный близкий человек в стране саамов. Она раскладывала по лавке камешки, собирала их в кучки и всякий раз спрашивала Дага, сколько штук осталось.
— Их меньше. — Орм приподнял над головой ветку с листьями. — Четыре лошади — только для работы по хозяйству. Еще три лошади, вон те, справа — старые и больные, с бельмами, на них не могут ездить люди Хаскульда.
— А кто он, этот Хаскульд? — осмелел Даг.
— Когда Харальд Серый Плащ хочет кого-то убить незаметно и подло, он посылает Хаскульда.
— Гм… ясно.
— Их дюжина, не считая людей Эгиля Низкого, — подвел итого Орм. — Но Эгиль Низкий вряд ли станет им помогать, госпожа надеялась на него. Пошли, надо сказать Ивару!
Здоровенный Орм легко бросил тело вперед и пополз на пузе, как змейка. Мгновение — и след его растаял, даже ветки не качнулись. Даг заспешил следом.
— Я что, похож: на подлого воришку? — мгновенно вскипел Бьярни, когда вернулись разведчики. — Мне наплевать, сколько их там. Мы войдем, убьем их всех и заберем скотину после честной победы!
— Сейчас мы будем ждать. — Ивар взглянул в темнеющее небо. — Не подобает честному человеку нападать ночью.
Даг возгордился тем, что нашел себе в вожди столь разумного и благородного человека. До того он опасался, что берсерки будут убивать без разбора все, что встретят, погубят себя и мать с малышом.
— Что вы видели? — напряженно спросила Астрид, когда дренги явились к ее костру. — Что вы решили?
— Это они, госпожа, — выдавил неприятную новость Ивар. — Кажется, самого Хаскульда здесь нет, но он перехитрил нас. Наверное, он заранее разделил своих убийц. Он послал их всюду, где ты могла получить кров и пищу.
— Значит, нам нигде не найти покоя? — потемнела красавица.
— Мы нападем на рассвете, госпожа Астрид, — плотоядно улыбнулся Бьярни. — Позволь, мы устроим добрый праздник?
— Отдохните как следует, — ответно растянула губы Астрид. — Заодно спросите нашего друга Эгиля Низкого, отчего он предал меня.
От ее коварной улыбки Дага невольно передернуло. А маленький Олав радостно засмеялся вместе с матерью и мужчинами. Утром всех ждал веселый праздник. Едва засвистела первая птица, Ивар пихнул парня в бок.
— Ты пойдешь с нами.
Ежась от холода, Даг вышел следом за норвежцем на соседнюю полянку. И тут он увидел такое, от чего моментально пропал сон. Бьярни и Байгур варили в котелке мухоморы. От котелка и шел противный горький запах. Бьярни с серьезным видом подсыпал в котел разные травки из кошеля, помешал последний раз и снял отвар с огня. Байгур выглядел еще более медлительным, чем обычно. К изумлению Дага, вместо того чтобы собираться в бой, Байгур стал раздеваться. Тут из-за кустов, косолапя и переваливаясь, выбрался полуголый Орм. На нем были только кожаные штаны. Голый бронзовый торс густо покрывали старые шрамы и ссадины. Орм медленно встал на четвереньки возле котелка, вдохнул пар и довольно заурчал.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
