В ту же секунду из прихожей в комнату влетела коричневая шаровая молния.
Это был кот Мишка, но Ларисе еще не приходилось видеть его таким! Казалось, у него было не двадцать, а двести когтей, он весь состоял из острых как бритва когтей и ярости. С ходу, ни на секунду не задерживаясь, он бросился на сестру Аглаю, располосовал ей когтями ноги…
Женщина закричала от боли и ненависти, ногой отшвырнула кота, но он тут же перевернулся в воздухе и вскочил ей на голову. Комната огласилась жуткими воплями – кричала сестра Аглая, вопил дурным голосом обезумевший кот.
Лариса попыталась протиснуться в прихожую – но ее уже догнал бритоголовый злодей, схватил ее за горло и сжал руки с нечеловеческой силой…
В глазах у Ларисы потемнело, в ушах тяжело забухало, она почувствовала, как жизнь уходит из нее с последними глотками сухого и жесткого, как наждак, воздуха. Прямо перед собой она видела лицо бритоголового фанатика – страшное, беспощадное лицо с глубоко посаженными глазами, полными ненависти и презрения. Неужели это будет последним, что она увидит в жизни?
И вдруг в этих темных глазах появилось новое выражение – выражение удивления, боли и растерянности. В следующую секунду глаза злодея опустели, зрачки закатились, руки на горле Ларисы ослабели, и бритоголовый тип рухнул на пол.
Над ним стоял Володя со шкатулкой Ильи Васильевича в руках. Шкатулка раскололась от удара, но она сделала свое дело – бритоголовый лежал на полу, не подавая признаков жизни.
– Володя! – проговорила Лариса, глядя на него расширившимися глазами. – Володя, ты… ты стоишь!
– Правда, – он сам был удивлен не меньше ее. – Я… я просто очень испугался за тебя…
Тут он пошатнулся, в глазах мелькнула неуверенность, и Лариса одним прыжком оказалась возле него, чтобы подхватить, поддержать, не дать упасть.
Он тяжело оперся на ее плечо и растерянно огляделся.
У его ног лежал бритоголовый фанатик. Он дышал, но не шевелился. В нескольких шагах от него, у порога комнаты сидела на полу сестра Аглая. По ее лицу текла кровь, черные волосы были всклокочены, местами выдраны клочьями, она раскачивалась из стороны в сторону и подвывала, закрывая глаза руками.
Кот как ни в чем не бывало сидел на полу, тщательно вылизывая лапы.
– Что нам теперь делать с этими двумя? – наконец проговорил Володя.
Лариса не успела ответить: в комнату ввалились трое мужчин в милицейской форме.
– Всем стоять! – заорал один из них, озирая картину недавнего боя. – Руки за голову! Предъявить документы!
– Подожди, Красноперов! – Отодвинув возбужденного милиционера, в дверь протиснулся капитан Уклейкин, увидел Ларису, и на его лице проступило странное выражение – то ли радости и облегчения, то ли разочарования. – Подожди, Красноперов, эти двое – не преступники, они потерпевшие…
– Еще как потерпевшие! – отозвалась Лариса, подхватила Володю под руку и потащила его к креслу.
– Как же так? – бормотал он, переставляя ноги. – Как же так? Я хожу! Хожу! Ты видишь?
– Вижу, вижу! Так и должно было случиться! Ты герой, – внушала ему Лариса. – Ты меня спас! Теперь у тебя все будет хорошо! – и тут же поправилась: – У нас все будет хорошо…
– Кто у нас герой, – возразил Володя, не заметив ее оговорку, – кто у нас настоящий герой, так это Мишка! Как он сражался! Как лев!
– И еще голубь, – добавила Лариса. – Он вмешался очень своевременно…
– Голубь? – недоуменно переспросил Володя. – Какой голубь? О чем ты говоришь?
Лариса оглядела комнату.
Никакого голубя она не увидела, зато увидела печальные глаза капитана Уклейкина, с завистью глядевшего на них с Володей.
– Вот, значит, как, Лариса Петровна, – грустно сказал он, – вот, значит, какие дела… А я-то, грешным делом, надеялся на ваше взаимопонимание…
В волнении он говорил неясно, но Лариса все поняла.
– Не расстраивайтесь, капитан! – поспешила она его утешить. – У меня для вас приятная новость: вот этот тип, что сейчас приходит в себя, – это именно тот, кто убил Анну Павловну Уткину! Так что вы можете смело закрывать дело.
– Ой, и правда! – Уклейкин пригляделся к бритоголовому типу и заметно повеселел. – Приметы совпадают! Красноперов, наручники на этого! А это что за женщина?
– Его сообщница.
– И на женщину наручники… только сначала окажите ей первую помощь! Неужели это кот так постарался? Ну котяра, ну боец… Как говорится, кто к нам с когтями придет, тот от когтей и погибнет…
– А вообще, как вы здесь так своевременно оказались? – спросила Лариса капитана, решив первоочередные задачи и немного успокоившись.
– Да соседи услышали шум и вызвали милицию, – сообщил Уклейкин. – А я, как услышал адрес, помчался следом…
Через полчаса Володина квартира опустела. Лариса заварила чай, села напротив Володи. Он выглядел смущенным и растерянным.
Из коридора бесшумно появился Мишка, мягко вспрыгнул на колени к Ларисе и запел, подставляя под ее руку уши – мол, чеши, раз тебе оказано такое высокое доверие!
Лариса улыбнулась и погладила кота.
Вдруг Мишка насторожился, поднял голову.
И в ту же секунду в дверь квартиры позвонили.
– Кто бы это мог быть? – удивленно проговорила Лариса. – Мы никого не ждем!
Но кот уже спрыгнул на пол и проследовал в прихожую.
– Наверное, Уклейкин что-нибудь забыл! – предположила Лариса и направилась следом за котом.
Однако на пороге квартиры оказался не капитан Уклейкин, а худенький мальчик в очках, типичный отличник.
– Это ты? – растерянно спросила Лариса, понимая всю бессмысленность такого вопроса.
– Да, я, – ответил он серьезно и поправил сползающие на нос очки. – Я за Книгой пришел.
Лариса молчала, собираясь с мыслями, и он добавил:
– Книга библиотечная, возвращать нужно!
И тут Лариса поняла, что все правильно, что именно так все и должно быть, что именно этому мальчику она должна отдать священную книгу.
– Заходи, – пригласила она его. – Я тебя чаем угощу…
– Извините, мне некогда! – ответил мальчик нетерпеливо. – Меня ждут.
Лариса понимающе кивнула, принесла Книгу и закрыла за ним дверь.
Его действительно ждали: на улице стоял экскурсионный автобус, и огненно-рыжая учительница третий раз пересчитывала своих подопечных.
– Двадцать три, двадцать четыре, двадцать пять… опять не сходится! Балашова, сядь на место! Фунтиков, немедленно выплюнь эту гадость!
Худенький мальчик в очках проскользнул в автобус и сел на заднее сиденье.
Учительница снова принялась считать:
– Двадцать четыре, двадцать пять, двадцать шесть… ну, наконец-то все на месте! Поехали, у нас еще такая далекая дорога…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
