… Согласно тщательно проверенным данным нашей военной разведки, в Могилеве состоялась секретная встреча генерала Корнилова и его близкого окружения с представителями союзной миссии, на которой обсуждались различные варианты оказания скорой помощи войскам Антанты во Франции. Как наиболее приемлемый вариант, был принят план Корнилова, согласно которому, в самое ближайшее время должно начаться наступление под Солониками с целью отвлечения на этот участок фронта наших главных сил из Франции.
Срочно дайте ответ о вашей готовности к отражению возможного наступления союзных сил на этом направлении, и какие меры вы намерены предпринять для отражения этого наступления.
Людендорф.Телеграмма от начальника австрийского Генштаба генерала Штрауссенбурга фельдмаршалу Людендорфу от 24 июня 1918 года. Секретно. Лично.
Господин фельдмаршал! После получения Вашего сообщения от 22 июня, наш Генеральный штаб тщательно проанализировал полученные сведения и пришел к однозначному мнению, что широкомасштабное наступление под Солониками со стороны союзных сил в настоящий момент невозможно. Это также подтверждается фактом экстренной переброски части сил из состава французского экспедиционного корпуса во Францию. Этим действием французы значительно ослабили силы Балканского фронта, а прибытия свежего подкрепления со стороны русских наша разведка не зафиксировала, что делает возможность наступления на этом участке фронта маловероятным.
Штрауссенбург. Срочная шифровка начальника военной разведки германского имперского Генерального штаба полковника Николаи агенту Максу от 23 июня 1918 года.
Фельдмаршал Людендорф благодарит Вас за Ваш самоотверженный труд и поздравляет с награждением Вас Железным крестом второй степени за заслуги перед рейхом. Сведения, получаемые вами от «Штабиста» крайне важны для нас. Ваша главная задача по-прежнему остается в выяснении сроков и места проведения нового русского наступления на Восточном фронте.
Продолжайте закреплять прочный контакт с агентом, ссужая его деньгами под расписки. Если представится возможность, предложите ему открытое сотрудничество с нами, твёрдо, пообещав, что после завершения войны он будет иметь полное пожизненное содержание и возможность сохранения его воинского звания в рядах рейхсвера. Вместе с этим, не теряйте бдительность и не замыкайтесь на получении информации только от «Штабиста».
Полковник Вальтер Николаи.Секретная телеграмма из Ставки Верховного командующего от генерала Духонина маршалу Фошу от 21 июня 1918 года. Секретно. Лично.
Господин маршал! Просим дать скорейший ответ по поводу Вашего согласия, или несогласия с рассмотренным ранее на встрече членов союзной миссии в Могилёве вопросом о назначении генерала Слащёва командующим Балканским фронтом. В этом случае все союзные силы на данном театре военных действий будут полностью переподчинены ему, с целью начала скорейшего наступления силами фронта.
Духонин.Срочная телеграмма из Штаба объединенных сил Антанты от маршала Фоша генералу Духонину от 22 июня 1918 года. Секретно. Лично.
Дорогой генерал! Ради спасения нашего общего дела и великой Франции, совет союзных штабов согласен временно назначить генерала Слащёва командующим Балканским фронтом с контролем над его действиями со стороны союзного штаба. Его заместителем назначается генерал-майор британских сил Ален Шепард, являющийся полноправным представителем совета союзных штабов.
Фош.Срочная телеграмма Духонин – Фошу от 22 июня 1918 года. Секретно. Лично.
Господин маршал! Я хочу сразу предупредить Вас, что для скорейшего начала наступления под Солониками генералу Слащёву необходимо иметь полное единоначалие над всеми силами Балканского фронта, и ничего иного, кроме этого. Прошу Вашего скорейшего подтверждения этого особого статуса Слащёва. Иначе он не сможет полностью и в отведенный ему срок выполнить возложенную на него задачу.
Духонин. Срочная телеграмма Фош – Духонину от 22 июня 1918 года. Секретно. Лично.
Господин генерал! Вы зря воспринимаете назначение генерала Шепарда первым заместителем генерала Слащёва столь трагично. Все приказы нового командующего обязательны к исполнению, как мои собственные. Союзное командование ждет от генерала Слащёва только победы, столь же быстрой и убедительной, как его мартовская виктория.
Фош.Из телеграммы начальника штаба Ставки Верховного командующего генерала Духонина командующему балтийским флотом контр-адмиралу Щастному от 22 июня 1918 года. Секретно. Лично.
… Срочно начинайте подготовку похода отряда линкоров, вместе с отрядом эсминцев и подводных лодок на Либаву, где, согласно данным разведки, замечено скопление большого количества германских тральщиков и миноносцев.
Также доложите, как проходят боевые учения отряда лодок Велькицкого, и когда они будут готовы к выполнению боевой задачи.
Духонин.
Глава VIII.
Этот День флота Открытой воды.
Командующий кригсмарин генерал-адмирал Шеер внимательно перечитывал прогнозы синоптиков. Будучи моряком до мозга костей, Шеер предпочитал самолично вникать во все мелочи предстоящей операции, а не удовольствоваться лишь одним докладом начальника оперативного отдела штаба, капитана цур зее Конрада Вольфа.
Безусловно, Шеер полностью доверял ему во всём, тем более, что главным инициатором игры с Гранд Флитом был именно Вольф, который путём всестороннего анализа выявил главную причину всех неудач германского флота в этой войне. По глубокому убеждению капитана противник проник в тайну кода кригсмарин и свободно читал всю её переписку. Рискнув поверить этой догадке и приказав перейти подводным лодкам на новый код, Шеер, впервые за всю войну, смог нанести англичанам серьезные потери, действуя целенаправленно, а не вслепую.
Теперь командующий кригсмарин хотел не только получить окончательные доказательства догадок Вольфа, но и полностью рассчитаться с англичанами за все прежние неудачи, серьёзно потрепав броненосные силы врага.
Дочитав бумаги до конца, Шеер молча вернул их Вольфу и, сев в свое кресло за письменным столом, с легкой обидой в голосе произнес:
- Вы не поверите, Конрад, как мне порой бывает завидно Гинденбургу и Людендорфу, которые с такой легкостью водят против врага наши армии, при этом ничуть не заботясь о согласии нашего кайзера. Даже сейчас, после наших славных побед над британцами мне приходиться врать и изворачиваться перед Вильгельмом ради того, чтобы получить его согласие на претворение нашего плана в жизнь.
- Кайзер не знает о наших планах?- тревожно спросил Вольф.
- Знает, но частично. Если бы он знал всю правду, то неизвестно, когда бы я получил его одобрение на нашу операцию. Поэтому удача сегодня нам нужна, как никогда прежде, в противном случае нас всех ждет отставка. Ни я, ни Хиппер не боимся её, но чертовски больно будет наблюдать со стороны, как наша славная мощь прокисает в тихой гавани.
Адмирал закончил своё излияние души, а затем, одернув на себе китель решительным жестом, как бы отсекая от себя минутную слабость, спросил адъютанта:
- Капитаны прибыли?
- Да, экселенц, они ожидают Вас в приемной для получения инструкций к предстоящему выходу в море,- с готовностью доложил Вольф. Для него эта операция была также очень важна: получи он сегодня окончательное подтверждение своей версии, то долгожданный чин контр-адмирала можно будет считать у него в кармане. О противоположном результате Конрад старался не думать.
- Господа офицеры! Согласно данным нашей разведки в Норвегии, этой ночью из Бергена должен выйти большой караван английских судов с очень важным для британской метрополии стратегическим грузом. Наша цель перехватить его, и не допустить доставки этими судами ни единого килограмма. После нашей последней виктории, скорей всего, конвой каравана будет усилен англичанами, и, несомненно, предстоит хорошая драка. Поэтому мною принято решение послать более сильный отряд кораблей, чем это было в прошлый раз.
Шеер внимательно всматривался в лица сидевших перед ним моряков и отчетливо видел на них радость и оживление от возможности нанесения нового удара по врагу. Многих из присутствующих адмирал знал лично по учёбе или службе, о достоинстве других он знал из рассказов знающих их людей или боевых рапортов, заботливо приготовленных неделю назад Вольфом. Конечно, он мог ограничиться постановкой боевой задачи лишь перед Шмидтом, или Бенеке, но, отправляя своих людей на столь важное дело, Шеер решил лично поговорить со всеми командирами кораблей.
