Она кивнула:
– Пожалуй. Лоусону даже не пришло в голову, что собранные им улики чересчур очевидны. И что их слишком много.
– Точно! Лично у меня сложилось впечатление, что Дейл Гордон специально оставил все эти следы, чтобы даже идиот смог его найти. А это его самоубийство? Не кажется тебе, что оно было чертовски своевременным?
– Кажется, – кивнула Мелина. – И не только мне. Думаю, ФБР сумеет пролить свет на эту тайну.
У Харта был такой вид, словно она внезапно ударила его по голове.
– ФБР? – переспросил он. – Ты звонила в ФБР?
– Нет, – ответила она. – Они звонили мне. Завтра в девять утра сюда приедет специальный агент Тобиас. – Она бросила взгляд на часы, стоявшие на ночном столике. – Если хочешь, можешь его дождаться…
ГЛАВА 20
– Она обманула меня!!!
Этот вопль, прозвучавший из динамика громкой связи телефонного аппарата, заставил брата Гэбриэла нахмуриться. Он не любил звонки, раздававшиеся среди ночи, если только не ждал их сам. По ночам брат Гэбриэл предпочитал спать и терпеть не мог, если что-то или кто-то нарушал его сон. Кроме того, ночные звонки, как правило, означали дурные новости, как было, например, с последним звонком Дейла Гордона.
Он позвонил в Храм в состоянии, близком к самой настоящей истерике, и сообщил, что Джиллиан Ллойд трахнулась с этим индейцем-астронавтом. Для брата Гэбриэла та ночь была очень нелегкой, но в конце концов все кончилось более или менее благополучно. Даже полицейское расследование ничего не обнаружило. Впрочем, он не сомневался, что так и будет.
Но сейчас его посетило нехорошее предчувствие. Что-то случилось…
Брат Гэбриэл придвинул к себе поданную верным Хенкоком чашку с горячим шоколадом и сделал небольшой глоток. Напиток был безупречным – обжигающе горячим, сдобренным капелькой мятного ликера, но сейчас брат Гэбриэл почти не чувтвовал вкуса. Что-то скажет ему этот болван?..
– Я полагаю, ты имеешь в виду Мелину Ллойд, не так ли? – мягко спросил он.
– Да! – возбужденно выкрикнул Джем Хеннингс. – Она мне солгала.
– В чем же?
– Она скрыла, что ей звонили из ФБР!
Брат Гэбриэл так резко опустил чашку на блюдце, что фарфор опасно звякнул. Новость действительно была хуже не придумаешь!
– Откуда ты знаешь?
– Я как раз был у нее и слышал весь разговор по параллельному аппарату. Мелине звонила какая-то женщина. Она сказала, что завтра утром к ней приедет для важного разговора специальный агент Хэнк Тобиас.
– Из далласского отделения?
– Нет, из самого Вашингтона.
Это было даже хуже, чем брат Гэбриэл мог предполагать.
– Дьяволы!.. – прошипел он сквозь стиснутые зубы. – Хитрые, хитрые дьяволы!
– Вы правы, брат Гэбриэл! Это самые настоящие дьяволы, предтечи антихриста!
– Замолчи! – отрезал брат Гэбриэл. – Они не настолько могущественны и не настолько умны.
Сотрудники ФБР и других специальных служб были обычными паразитами, но паразитами довольно вредными. Их ложь могла заставить верных колебаться и даже предавать. Но брат Гэбриэл не боялся секретных агентств и специальных служб. Он верил в свои способности, в свое красноречие и силу убеждения и не сомневался, что в конечном итоге сумеет одержать верх. Однако он знал, что ФБР может вставлять ему палки в колеса и вообще всячески мешать, если только захочет. Именно поэтому он старался не привлекать к своей Церкви Благовещения внимания властей.
Он еще служил пастором в своем первом приходе, когда произошло массовое самоубийство в Джонстауне. Эта история поразила его. Газеты проклинали Джима Джонса, власти осуждали его действия, общественное мнение, как ему и положено, негодовало и выражало свой протест. Даже пастор Элвин Конвей вынужден был отслужить молебен за спасение заблудших душ, но на самом деле он восхищался Джонсом, сумевшим настолько подчинить сотни людей своей воле, что все они, как один, без колебаний совершили немыслимое.
После джонстаунской трагедии специальные агентства стали куда пристальнее следить за всеми без исключения религиозными лидерами и их последователями. После Техаса, когда во время штурма укрепленной базы секты «Ветвь Давидова» сгорели заживо восемьдесят взрослых и детей, это внимание сделалось поистине навязчивым. ФБР и прочим правительственным агентствам явно не хотелось в очередной раз сесть в лужу на глазах у всего мира, поэтому контроль за духовными вождями сект и религиозных объединений стал очень жестким. Власти утверждали, что им не нужен второй Дэвид Кореш[6], однако со стороны могло показаться, будто руководители ФБР и прочих служб считают всех сектантов своими личными врагами, которых необходимо во что бы то ни стало дискредитировать, очернить и в конце концов – отправить за решетку, предварительно обвинив во всех смертных грехах, как выдуманных, так и действительных.
Брат Гэбриэл хорошо представлял себе методы этой борьбы, так как у него были преданные люди во всех правительственных агентствах, способных представлять опасность для Церкви Благовещения. Он не сомневался, что в случае, если против него или его ближайших учеников будет начато тайное расследование, они непременно предупредят его и в случае чего даже помогут замести следы. И все же брат Гэбриэл предпочитал не привлекать к себе внимания.
Ведь и Иисус в свое время скрывался в Египте от воинов царя Ирода.
– Они договорились встретиться в девять часов утра, – сообщил Хеннингс, предваряя вопрос брата Гэбриэла.
– И она ни о чем тебе не сказала? – уточнил он.
– Когда я поинтересовался, кто звонил, Мелина ответила, что это, дескать, был кто-то из прежних клиенток ее сестры. Совершенно очевидно, что она не хотела, чтобы я знал о ее завтрашней встрече с агентом Тобиасом.
Брат Гэбриэл на секунду задумался.
– Как ты думаешь, почему она не доверяет тебе?
– Вы хотите спросить – почему она солгала? Не знаю… Я всегда относился к ней со всем вниманием. Мне казалось, она доверяет мне.
Брат Гэбриэл молчал. Джем Хеннингс получил приказ перебраться в Даллас на следующий день после первого визита Джиллиан Ллойд в клинику «Уотерс». Она ходила туда только для того, чтобы проконсультироваться насчет искусственного оплодотворения донорской спермой. Там ее увидел Дейл Гордон – увидел и сразу сообщил в Храм. По его мнению, она была идеальной кандидаткой для Программы, и, казалось, он не ошибся.
Хеннингс был направлен в Даллас в качестве официального куратора Джиллиан. Он легко познакомился с одним из коллег Джиллиан по риэлторскому агентству и вскоре был представлен ей самой. Опыта ему было не занимать – для Джема Хеннингса это было уже не первое задание, поэтому вскоре они начали встречаться регулярно.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
