12.2
Я надеялась, что после возвращения с ярмарки и заключения таких выгодных контрактов, мы сможем жить лучше. Но оказалось, что сначала мы будем жить тяжелее. Точнее, выживать.
Первая поставка копченой рыбы на материк должна была состояться через две недели. Но эту рыбу надо сначала выловить, выпотрошить, хорошенько просолить и только потом отправлять в коптилку.
Нам не хватало сразу всего: рук для обработки рыбы, бочек для засолки. А скоро нам не будет хватать нашей маленькой коптилки. Мы с Корсом решили сделать вторую, точно такую же: в виде шкафа, чтобы готовить скумбрию горячего копчения. Но мне хотелось приготовить еще и рыбку холодного копчения. Для этого надо было собрать такую конструкцию, где дым идет не сразу в камеру с рыбой, а сначала проходит по тоннелю, выкопанному в земле.
К нашим экспериментам подключился и Шер. Он с энтузиазмом взялся за прокладку тоннеля и расстраивался, как ребенок, когда земля снова и снова обрушивалась. Наконец, с четвертой попытки, ему удалось соорудить такую конструкцию дымохода, чтобы стенки не обваливались, а дым, за счет тяги, шел от топки в коптильню.
– Это я досками укрепил стенки и крышу дымохода, – хвалился он своей находкой.
Анита взяла на себя организацию добычи водорослей. Вместе с сыном и племянником капитана они через день отправлялись на отмель за тем, что потом станет основой для мармелада или пойдет на опыты по созданию декоративной косметики, о которой грезила девушка.
Главной же радостью жителей замка стало появление на столе молока, а вместе с ним – разнообразной выпечки, блинчиков, пирогов. В планах у меня было производство домашнего сыра.
Удивительным образом Белта успевала ухаживать не только за разросшимся птичником, но и доить корову дважды в день. В те дни, когда не было заготовки водорослей, Мика забегал к ней, чтобы немного помочь с тяжелой мужской работой. С остальным же девушка вполне справлялась самостоятельно. Особенно умильно она выглядела, когда выговаривала что-то подросшим молодым петушкам, которые уже начинали драться.
А вот самым большим разочарованием стал гончар.
– Когда вы сможете приступить к работе? – спросила я его через несколько дней после того, как мы вернулись на остров.
– Я не могу, – отвечал мужчина, – у меня нет печи для обжига.
– И как быть? – удивилась я. Как-то я не подумала, что для организации рабочего процесса, понадобится что-то еще, кроме гончарного круга и глины.
– Нужно привезти печника, чтобы он сложил такую печь, чтобы влезли даже большие заготовки, – спокойно ответил он, – а пока такой печи нет, я не смогу изготовить ни одного горшка.
– То есть вы предложили свои услуги и не сказали, что они будут нам совершенно бесполезны?! – возмутилась я.
– Послушай, дружище, – заговорил Корс, который стал случайным свидетелем нашего разговора и пришел мне на помощь, – кажется, мы с тобой по-разному представляли жизнь на Драконьем острове. Здесь нет войн, как на Западе и нет рабства, как на Востоке. Здесь даже нет орды правителей и удушающих налогов, как на материке. Ты бесплатно получил дом и можешь свободно пользоваться ресурсами острова: собирать дрова, выращивать урожай, ловить рыбу. Ты можешь работать и продавать результаты своего труда, не платя налоги.
Корс не повысил голос ни на полтона, но говорил так уверенно и властно, что мужчина перед ним побледнел и как-то весь съежился.
– У нас тут правителей нет, – продолжал рыжий, а парень перед ним, хоть и был того же возраста и положения, словно уменьшался, – заставлять никто не будет. Но если не хочешь работать – уезжай!
– Я… я хочу работать, мне же нужны д-деньги, – заикаясь произнес гончар, – но нужна и печь.
– Если нужна печь, то так и скажи. В замке есть несколько больших, может что-то подойдет. Если нет – нарисуй, и мы попробуем сложить своими руками.
На том и разошлись. И уже на следующий день стали пробовать для обжига печи, расположенные в замке. Одна из тех, которая располагалась в заброшенном подсобном помещении, подошла идеально.
На острове не было денежного оборота, потому что и людей жило пока очень мало. При этом большой запас еды был только в замке. Поэтому как-то так само получилось, что почти все переселенцы стали питаться в замке, выполняя при этом посильную работу. Меня такое положение вещей не очень устраивало, потому что в будущем могло привести к конфликтам. Но вводить денежную систему оплаты труда было бы очень сложно.
Однако, я вспомнила учет трудодней, который применялся раньше в колхозах, и решила использовать его для оценки, а в будущем и для оплаты работы. Учет пока вела на простом куске пергамента, расчертив не нем от руки простую табличку.
Женщины из деревни с удовольствием помогали с уборкой, стиркой и готовкой, в том числе и сладостей на продажу. Но они всегда приходили с детьми, так как оставить их было не с кем. И вот эта маленькая банда из пяти человек держала в страхе весь замок, а их шумные игры одновременно умиляли и утомляли.
– Как удивительно оживились дети на острове, – как-то заметил капитан Фит, который в ожидании рейса помогал сколачивать ящики для транспортировки рыбы.
– Что вы имеете в виду? – не поняла я.
– Моя младшая почти не ходила, когда жила дома. То ли от голода, то ли от страха. А здесь она носится наравне со старшими братьями и кузинами. Вчера вон петуха поймала за хвост, – с гордостью говорил отец, и его лицо, огрубевшее от морской соли и ветра, словно разглаживалось и светлело.
А я подумала, что в будущем надо будет организовать для детей не только четырехразовое питание, но и какие-то организованные занятия. До открытия школы еще далеко, но научить ребятню чтению и показать библиотеку замка было бы неплохо.
