Совсем лишился я покоя.
Ах, сделать разве мог бы что я
Эрота против острых стрел,
С зелеными очами Хлоя?
Над гладкою рекою стоя,
Весь век бы на тебя смотрел…
Совсем лишился я покоя!
И так смотря, узнал давно я,
Чье тело всех белее тел,
С зелеными очами Хлоя,
И губы чьи нежней левкоя,
А голос слаще филомел…
Совсем лишился я покоя!
Какого б выпить мне настоя,
Чтоб взор мой был, как прежде, смел,
С зелеными очами Хлоя?
Свирель на грустный лад настроя,
Я будто песнь души пропел.
Совсем лишился я покоя…
Над мною сжалься, дева, коя
Виной тому, что я сгорел,
С зелеными очами Хлоя!
Совсем лишился я покоя!
Хлоя:
О, юноша лавророжденный,
Жемчужина Герейских гор!
Возможно ли не быть влюбленной
В твой лик, еще не опушенный,
В застенчивый, в твой синий взор,
О, юноша лавророжденный?!
Мотив услышав изощренный,
Из звуков сотканный узор,
Возможно ли не быть влюбленной?!
А стан твой полуобнаженный
Меня тревожит с давних пор,
О, юноша лавророжденный!
Взирая с грустью затаенной
И затаив немой укор,
Возможно ли не быть влюбленной?
Но ты проходишь, удаленный,
И шаг – увы! – твой слишком скор,
О, юноша лавророжденный!
Ах, бедной деве исступленной,
В тебе встречающей отпор,
Возможно ли не быть влюбленной?!
Тобой навек завороженной,
Той, в чьей душе горит костер,
О, юноша лавророжденный,
Возможно ли не быть влюбленной?!
А вот когда он снова пришел в российское консульство, атмосфера общения оказалась столь теплой и семейной, что его даже угостили чашечкой кофе!
И какой-то очень обаятельный чиновник сообщил ему, что российский консул в Марокко лично посетил его двоюродного дядю в Маракеше! И передал не только приветы от страдающего под гнетом тель-авивских ястребов племянника, но и буханку московского хлеба с баночкой красной икры.
– Какому маракешскому дяде? – искренно удивился Мотя.
– А такому! – ответил обаятельный чиновник и рассказал, что дело Моти рассмотрено весьма внимательно и, естественно, его генеалогия была проверена до седьмого колена, прежде чем было принято решение дать ему визу в Россию.
– Но я не знаю ни про какого дядю в Марокко! – повторил Мотя.
– Это неважно, – улыбнулся обаятельный чиновник. – Главное, что мы о нем знаем… Наши люди его разыскали, нашли с ним общий язык («не арабский», – улыбнулся чиновник), и теперь мы готовы будем принять его с хлебом и солью, если он захочет навестить вас в вашей новой московской квартире.
– Где?! – не сдержал удивления Мотя.
– А на Осеннем бульваре, – спокойно сообщил чиновник. – Именно там Моссовет выделил жилье будущим молодоженам.
И добавил в заключение, уже вставая, и показывая этим, что прием окончен:
– Ключи от квартиры, где, как говорят у нас в России, в буфете на тарелочке с голубой каемочкой лежат деньги на первое время, вы получите в ЗАГСе в момент регистрации брака с Екатериной Масловой. Билет на самолет до Москвы – завтра, здесь. Зайдите часика в два, сразу после обеда…
У себя в номере Мотя, словно щенок, спущенный с поводка, прыгал, играл на какой-то свистульке и распевал песни.
Вдруг в дверь постучали. Когда Мотя ее открыл, на пороге стояла скромно, но очень изящно одетая китаянка. Потупив глаза, она молчала. «Губы ее нежнее роз, а уста ее слаще меда», – почему-то мелькнуло в голове у Моти.
При виде столь совершенного образца покорности и смирения, Мотя подумал, что, вероятно, своим шумом он помешал этой фее преуспеть в усвоении какой-нибудь копенгагенской трактовки квантовой механики, и она пришла просить его вести себя тише.
Раскаиваясь в собственной распущенности, Мотя, тем не менее, спросил, как зовут мисс и не откажется ли она поужинать вместе с ним?
Мисс Ли Кэни, как оказалось, вовсе не была в претензии к Моте за его шумливость, а поужинать не отказалась, поскольку действительно забыла о еде при подготовке вопросов к завтрашнему зачету по теории вероятностей. Мотя воодушевился, сказав, что в этих вопросах он знает толк и сейчас же поможет ей!
Ужин заказали прямо в номер, и тут же присели на краешек кровати, чтобы рассмотреть распределение Стьюдента в контексте вероятностной гипотезы Менделя…
И как-то так получилось, что Мотя ее поцеловал и лег с нею рядом. А она, увидав, что он в силе к делу уже приступить, и весь полон желанья, приподнявши его, – ведь он лежал на боку, – ловко легла под него и навела его на ту дорогу, которую он до сих пор отыскивал…
Но тут зазвонил телефон! Мотя взял аппарат и на дисплее увидел – это звонок от Кати!
– Да, Катя!
– С тобой все в порядке?
– Конечно! А ты?
– Я в порядке, но очень боюсь за тебя!
– Не стоит, родная…
– Смотри! Консула слушай и дверь на запоре держи!
– Доркону привет!
– И тебе от него! И до встречи…
– До встречи, родная…
Мотя смутился, положил телефон и хотел было взяться за тетрадь, но мисс Ли Кэни, его удержавши, сказала: «Вот что еще нужно тебе, Мотя, узнать. Я ведь женщина с опытом, а Катя девица. Давай я тебя научу…»
Но Мотя только руками взмахнул и подальше отсел. И Ли Кэни грустно вздохнула, оправила юбку и ушла…
Если бы Мотя знал, от какой опасности его спас Катин звонок, он бы, наверно, совершил хадж в городок Баддек на острове Кейп Бретон у побережья Канады, где похоронен изобретатель телефона Александр Грехэм Белл!..
Глава VI Катины страсти
Что же сильнее над нами: страсть или привычка?
Или все сильные порывы, весь вихорь наших желаний
и кипящих страстей – есть только следствие
нашего яркого возраста и только по тому одному кажутся глубоки и сокрушительны?
Н.В. Гоголь
После отъезда Моти в Америку Катя продолжала и «пасти своих барашков» в гимназии, загружая в их головы непонятную латынь – «морулы, бластулы, гастулы» и водить туристические группы, рассказывая любопытствующим об образцах окаменевшего леса в Этнографическом музее. Насыщенный трудовой день приносил усталость, но это ей сейчас и было нужно – оставшись без Моти, она не знала, чем заполнить время ожидания, когда ее не поглощала работа. Всех мужчин избегала она – и среди окружающих людей, и среди музейных богов, любя свою девичью жизнь.
А по вечерам она занималась с Камо. Он уже освоил классический курс гимназии по литературе и бился с собой за то, чтобы освоить и физику. Она давалась ему труднее, да и Катя немногим могла помочь – она сама знала физику плохо. Но Камо нашел выход – он садился рядом с Катей у монитора и Катя искала разные образовательные сайты в Интернете или ставила какой-нибудь диск с анимационными обучающими программами.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
