– Раздайте ваши дары нуждающимся, когда окажетесь на берегу, – сказал Иоанн и стал спрашивать напуганных гибелью юноши людей, каких богов они почитают. Один почитал Аполлона, другой Юпитера, третий Артемиду Эфесскую.
Никто из них не назвал Распятого Галилеянина. Ничего другого Иоанн и не ожидал услышать. Праведный сказал:
– Ну что ж, молитесь своим богам, и будем надеяться, что они вам помогут.
Люди стали молиться. Но ничего не менялось, и они поняли бесполезность своих молитв.
Когда они убедились, что их боги бессильны, и опять обратились к Иоанну, старец сказал:
– Видите, сколько богов, и они не в силах спасти одного отрока.
– Отче святый, – взмолился отец юноши, – за-ступись за отрока, помолись своему живому Богу, которого все называют Распятым.
Оставив несчастного отца и его друзей в большой печали, праведный вернулся в свою арестантскую темницу и стал молиться. К утру шторм утих. Иоанн, остававшийся всю ночь без охраны, – вельможи запретили охранникам надевать на старца оковы, чтобы они не мешали ему молиться, – вышел на палубу. Корабль уже не так сильно качало, и на небе появились голубые просветы. Иоанн увидел несчастного отца, стоящего у борта и с тоской вглядывавшегося в серую толщь воды за бортом. Праведный встал с ним рядом и тоже стал смотреть на воду. Неожиданно он увидел какой-то предмет, покачивавшийся на волнах. Он показал на него опечаленному отцу. Прибежал капитан и приказал развернуть судно в сторону плавающего предмета. Когда подплыли поближе, увидели юношу из последних сил державшегося за бревно. Отцу стало плохо.
Матросы вытащили отрока. Все кончилось тем, что несколько матросов и особенно капитан стали просить Иоанна принять их в свою веру и крестить. Об этом же попросили отец и сын. Другие римские вельможи отказываться от своих богов не стали, но в своих речах отдали должное Назарянину.
Когда все на корабле успокоилось и стражники стали подумывать, что пора бы вернуться к закону и нацепить на арестанта оковы, случилась новая потребность в молитве праведного. Дело в том, что во время бури был поврежден резервуар с питьевой водой, и вся она утекла. И нечего стало пить. А солнце уже во всю припекало, и жажда становилась все сильнее и сильнее. Скоро люди от жажды начали ссориться и терять сознание.
Видя людские мучения, Иоанн сказал Прохору, который сопровождал его в ссылку:
– Наполни питьевые сосуды водою из-за борта.
– Морской водой? – удивился Прохор.
– Пить морскую воду – это злодейство, – запротестовал матрос, и другие поддержали его. – Не может человек пить морскую воду. А без воды мы умрем.
– Сейчас я напою вас, дети мои, – сказал Иоанн и попенял Прохору: – Стареешь, авва. Разве ты не помнишь, как я рассказывал тебе, как мы с Учителем были на свадьбе в Кане Галилейской. Свадебный пир в разгаре, а вино закончилось. Матерь Его, Святая Мария, посмотрела на Сына и говорит: вина нет у них. Потом говорит служителям: что скажет Он вам, то и делайте. Помню, Учитель повернулся к служителям и говорит, показывая на шесть каменных сосудов: «Наполняйте сосуды водой». Я видел, как слуги переглянулись и засмеялись. Однако сосуды наполнили доверху. Он говорит: «Почерпните и несите распорядителю пира». Когда же распорядитель отведал воды, сделавшейся вином, – а он не знал, откуда это вино взяли, – он тут же позвал жениха и сказал ему: «Всякий человек подает сперва хорошее вино, а когда напьются, тогда худшее; а ты хорошее вино сберег доселе». И все пили то вино и удивлялись его вкусу.
– Забавно рассказываешь, старец, – покачал головой капитан. – Только сказки твои жажду не утолят. Морская вода питьевой не станет.
– А ты, капитан, попробуй, – сказал Прохор, который уже распробовал только что поднятую из-за борта в ведре морскую воду.
Матросы, забыв о присутствии капитана, расталкивая друг друга, бросились к ведру и, захлебываясь, стали пить эту чудом преображенную воду. Вскоре все пассажиры утолили жажду, а капитан попросил Иоанна, чтобы он позволил запастись ему такой водой до конца рейса.
Потрясенные явившимися им чудесами, начальствующие вельможи решили за содеянное отпустить праведного на свободу. Дескать, доложим кесарю, что шустрый старец сбежал. Распятый ему помог. Особенно на этом настаивал отец спасенного отрока. Но Иоанн отказался, сказал, чтобы делали все по правилам: отвели его в указанное в бумаге место.
Так все и сделалось. Местный игемон принял Иоанна и записал о его прибытии в своих бумагах.
Отец спасенного из морской пучины отрока, важный чиновник, поселил Иоанна и Прохора в своем доме. Он хоть и был степенным и неболтливым человеком, но рассказал своим родственникам о явленных Иоанном чудесах, и пошла молва о чудотворце гулять по острову.
Староста христианской общины несказанно обрадовался появлению на острове Иоанна. Все истинно верующие знали, что Иоанн – последний оставшийся в живых апостол, ученик Христа. Молва об этом шла от одной христианской церкви к другой. И дошла до Патмоса. Однако молва молвой, но, по правде сказать, мало кто из местных христиан верил в это. Ведь старец сей не просто видел Спасителя, а был Его учеником! Говорил с ним! Преломлял хлеб! Иоанн понимал этих простых людей. Когда он рассказал им, что молитву «Отче наш» научил его и других его братьев читать сам Спаситель, ему никто не поверил. В чудеса, творимые Иоанном, люди верили. А вот в то, что перед ними человек, которого Сам Христос учил молитве, – поверить было трудно.
Староста сразу же рассказал Иоанну о своей самой большой печали. Весной и летом на острове не было дождей, посевы сгорели, грядет голод, дети и старики из бедных семей пухнут и умирают от недоедания, в селениях больше не слышно привычного шороха вращающихся жерновов, люди забыли запах хлеба, а питание одной рыбой вызывает болезни.
Видя беспросветную нужду вокруг, Иоанн обратился с посланием к главам семи церквей, расположенных на Малоазийском побережье, а людям велел молиться и читал вместе с ними «Отче наш»: «…хлеб наш насущный дай нам на сей день».
Вместе с Прохором он заходил в богатые дворы и убеждал хозяев поделиться зерном с голодными бедняками. Зная силу его Крестного знамени, многие безропотно делились по достатку своему и просили осенять их дома крестом. А когда пришел первый корабль с зерном и денежными пожертвованиями от христиан из Эфеса, сотни людей, облачившись в белые одежды, с пением пришли к дому Иоанна и молили старца крестить их во имя Отца и Сына и Святого Духа.
Потом пришла помощь от церквей Пергама, Смирны, Милета. Местные христиане, желая отблагодарить Иоанна, высекли на плоской поверхности огромный скалы гигантский крест и молились на него. Иоанн с Прохором часто приходили к подножию скалы и под сенью того креста осеняли собравшихся на молитву крестным знаменем, возлагали руки на головы немощным и увечным, и люди исцелялись.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
