– Мама?
Она поймала его руки, вся сияя. Ее пожатие было крепким и теплым. Адам сжал ее в объятьях, думая о всех тех ночах, когда плакал о ней. Теперь она сама плакала у него на плече. Рост у нее был намного меньше, чем в его снах, но он узнал бы ее где угодно, по запаху духов: пряный экзотичный аромат, такой необычный для Англии. Она оказалась еще красивее, чем он помнил.
С такого близкого расстояния он ясно видел морщинки вокруг ее глаз и лицо, выдававшее женщину, за плечами которой была насыщенная событиями жизнь. И все же она выглядела слишком молодо, чтобы иметь сына его возраста. Он понял, что она была почти ребенком, когда вышла замуж за его отца. Прерывающимся голосом Адам произнес:
– Мне сказали, что ты умерла.
Генерал Стиллуэл фыркнул:
– Забрав вас у матери, представители власти, вполне естественно, вынуждены были сказать, что она умерла, чтобы порвать все ваши индийские связи. Для вашей же пользы, конечно.
Для его же пользы. Адам представил своих поверенных, самодовольно верящих и с уверенностью говорящих, что лучше для несовершеннолетнего герцога-полукровки.
Его мать отступила на шаг назад, в ее глазах стояли слезы.
– Извините за устроенный мною потоп, – сказала она с очаровательным акцентом.
– Думаю, это нормально для ситуации, в которой вы оказались, – мягко заметила Мария. – Нам всем лучше присесть. Я попрошу принести нам чай.
Мать Адама села вместе с ним на диван, Мария присела рядом с другой стороны, осторожно наблюдая за Адамом на тот случай, если она ему понадобится. Он благодарил небеса, что она оказалась рядом и могла поддержать его в этой буре эмоций и воспоминаний. Затем новая мысль болью отдалась в его голове. Он посмотрел на генерала и спросил:
– Вы мой отчим?
Стиллуэл кивнул.
– Как я сказал в парке, мы были хорошими друзьями с вашим отцом. Лакшми написала мне, прося помощи, когда власти забрали вас, но в это время я участвовал в военной операции. Когда же я вернулся, вы уже были на пути в Англию. Они ничего ей не сказали, кроме того, что вас вырастят в условиях, соответствующих вашему высокому положению.
– Ну конечно! Как будто какие-то незнакомцы знали, как лучше растить моего сына! – она сжала руку Адама. Смуглая кожа еще больше подчеркивала сероватую зелень ее глаз. – Я всегда мечтала об этом дне, но боялась, что он никогда не настанет. Когда мы приехали в Лондон и услышали, что ты погиб... – она содрогнулась.
– Иногда мне кажется, что Лакшми вышла за меня только ради того, чтобы приехать в Англию и увидеть вас, – с любовью в глазах произнес генерал.
Теплый взгляд, которым она одарила мужа, опровергал его слова.
– Мне очень повезло с мужьями. А твоей сестре с отчимом.
– Моей сестре? – несмотря на то, что его голова внезапно наполнилась воспоминаниями, сестры в них не было.
Его мать указала на девушку, стоящую возле окна и наблюдавшую за всем с живейшим интересом.
– Это твоя сестра, леди Кири Лоуфорд. Когда твой отец погиб, я была беременна, однако сообщать об этом властям не стала, так как боялась, что и ее тоже заберут.
– Кири. Какое красивое имя, – сказал Адам, думая о том, сколько еще неожиданностей ему придется пережить. Его новая сестра была очень похожа на... на него самого. Черные волосы, зеленые глаза, ростом выше, чем их мать. Одетая по-европейски, она была бы вполне уместна в любой гостиной Англии, несмотря на некую витавшую вокруг нее неуловимую ауру, напоминавшую об экзотических странах. Как и ее мать, она была очень красива.
– Я всегда хотел иметь сестру, – Адам встал и подошел к ней. – Но мне кажется, вы вряд ли когда-нибудь мечтали о старшем брате, ведь они могут быть такими ужасными существами.
Она улыбнулась ему в ответ, ее глаза заблестели:
– К счастью, вам, как моему старшему брату, не удалось изводить меня в детстве, поскольку вас не было рядом.
– Как бы я хотел, чтобы я там был, Кири, – тихо ответил он.
Ее улыбка исчезла.
– Я бы тоже этого хотела, – прошептала она.
Слова сестры отозвались в его сердце, Адам почувствовал родственную душу. Он взял ее руку.
– Тогда, я думаю, настало время мне обрести сестру, а вам – брата, леди Кири.
Как только она сжала его руку, генерал сказал:
– У вас также имеются сводные брат и сестра: Томас и Люсия Стиллуэл.
Адам вздрогнул от удивления – неожиданно у него появилась большая семья.
– Они тоже в Лондоне?
Стиллуэл кивнул:
– Да, но мы не хотели так сразу ошеломлять вас.
– К тому же, – бесстрастно заявила Кири, – это просто маленькие монстры, что могло бы заставить вас передумать нас принимать.
– Кири! – строго оборвала ее мать.
Адам улыбнулся:
– Мне не терпится их увидеть.
Но не сегодня. Он потер шрам на лбу.
– Извините, я просто несколько ошеломлен.
Мария объяснила:
– Эштон был ранен в голову, что чуть не стоило ему жизни. От этого у него не все в порядке с памятью.
– Вдобавок, вчера его подстрелили, – вставил генерал Стиллуэл. – На чай мы не останемся, нам всего лишь хотелось узнать, признаете ли вы свою мать и сестру.
Потрясенный Адам спросил:
– Вы думали, я их не признаю?
– Все возможно, – прямо ответил Стиллуэл. – Это могло зависеть о того, насколько убедительно ваши поверенные заставляли вас стыдиться своего происхождения.
– Они потерпели неудачу. Вы отужинаете со мной завтра? Всей семьей, включая Люсию и Томаса. – К тому времени он вспомнит достаточно, чтобы насладиться этим событием так, как оно того заслуживало. – Надеюсь, вы пробудете в Лондоне еще какое-то время.
– Может быть, мы даже останемся здесь навсегда, – его мать пожала плечами. – Все мои дети наполовину англичане. Они заслуживают того, чтобы знать о своих корнях. – Она заинтересованно наклонила голову и спросила: – Ты скучаешь по Индии? Или ты рад, что тебя привезли в Англию?
Он никогда себя об этом не спрашивал и поэтому глубоко задумался над ответом.
– И то, и другое. Я скучаю по Индии, но также дорожу друзьями, которых обрел здесь, – он взглянул на Марию.
Ответив ему уверенным взглядом, она встала.
– Эш слишком хорошо воспитан, чтобы попросить вас попрощаться с нами. Но я сделаю это за него. Он еще не совсем выздоровел после полученных ран.
– Конечно! – его мать коснулась щеки Адама с сияющей улыбкой. – Ты выглядишь не очень хорошо. Тебе лучше отдохнуть. Для меня достаточно знать, что я увижу тебя завтра.
Пока они прощались, Адаму удавалось сдерживаться. Но когда Мария покинула комнату, провожая гостей – его семью, к выходу, он упал обратно на диван, облокотившись локтями о колени и закрыв ладонями лицо. Сегодня произошло так много хорошего. Тогда почему же ему так больно?
