– Это же незаконно! – воскликнул мистер Грейнджер.
– Но не невозможно, – ответил Адам. – К тому же очень похоже на Берка.
Мария прерывисто вздохнула, ей пришла в голову еще одна мысль:
– Но если вы правы, тогда Берк мог перехватывать и письма моего отца! И папа может быть жив!
В глазах Адама светилось сострадание.
– Вероятно. И все же он гораздо дальше от Хартли, чем вы надеетесь.
Мария понимала, что он прав. Ведь было еще и золотое кольцо отца, отданное ей Берком. Это ли не опровержимое доказательство смерти его владельца? Мария резко встала.
– Прошу меня извинить, мистер Грейнджер. Я должна о многом подумать.
Адам и поверенный тоже встали.
– Конечно, мисс Кларк, – согласился поверенный. – Дайте мне знать, если я могу чем-нибудь помочь в разгадке этой тайны, – и после минутного колебания добавил: – Если ясных доказательств смерти вашего отца нет, то Хартли-Мэнор не будет вашим еще семь лет.
– Понимаю, – в оцепенении произнесла Мария.
Адам взял ее за руку.
– Если вы узнаете что-нибудь важное, мистер Грейнджер, пришлите записку в Эштон-Хаус на мое имя или на имя мисс Кларк.
Пока они шли к карете, Марии еще как-то удавалось держать себя в руках. Но стоило им тронуться в путь, в Эштон-Хаус, как ее начало трясти. И она бросилась к Адаму, тут же заключившему ее в объятия.
Оказывается, и надежда может причинять боль.
Глава двадцать девятая
(перевод: Julia!!!!, редакторы: Nara, vetter)
Адам обнимал Марию до тех пор, пока она не перестала дрожать, желая сделать хоть что-нибудь, что могло бы облегчить ее боль. Они проехали уже половину пути, когда она отодвинулась от него. У нее было застывшее выражение лица, но глаза оставались сухими.
– Я уже начала привыкать к мысли о смерти отца. А теперь... не знаю, что и думать.
– Мне кажется, Берк действительно мог выкрасть письмо мистера Грейнджера. Он мог узнать, кто адвокат твоего отца, когда они обсуждали передачу поместья. Я также думаю, что у него был сообщник на почте в Хартли, перехватывающий все письма, которые ты отправляла в Лондон. – Ему хотелось сказать что-нибудь более оптимистичное, и он продолжил: – Если это так, он мог также перехватывать и письма, приходившие тебе в Хартли-Мэнор. Но это не объяснят, почему твой отец так и не вернулся.
Мария вздохнула:
– Я знаю, что ты прав. Но вдруг его ранили, или он заболел и потому не смог продолжить путь. Может быть, причина того, что он еще не появился, кроется именно в этом. А возможно, он уже добрался до Хартли и удивился, почему меня там нет. – Ее голос оборвался. – Это так тяжело.
Адам взял ее за руку:
– Пережить трагедию намного проще, чем пребывать в неизвестности. Не легче, но проще.
Она кивнула:
– Ты прав. Но что мне остается делать? Как можно найти человека, который пропал или, может быть, погиб.
– Я найму людей для поисков твоего отца, – твердо заявил Адам. – Мы уже знаем, что он добрался до Лондона и заходил к мистеру Грейнджеру. Запиши все, что тебе известно: когда он покидал Хартли, когда планировал вернуться, каким путем он мог бы возвращаться. Почтовая карета, постоялые дворы – все, в чем ты уверена, и все твои предположения и догадки. Еще опиши своего отца, его привычки. Может, ты знаешь людей или места, которые он мог бы посетить, будучи в Лондоне?
Мария задумалась, вдохновленная тем, что может предпринять хоть какие-то действия, способные помочь в поисках отца:
– Я сделаю все это сегодня к полудню. Еще спрошу Джулию, что она думает о паре в Хартли, владеющей магазином, куда доставляют почту.
– Мы соберем как можно больше информации. – Адам в последний раз сжал ее руку и отпустил. – Мы непременно узнаем, что на самом деле случилось с твоим отцом.
– Берк может ответить на все волнующие нас вопросы.
– Поверьте мне, поиск злодея – одна из самых главных задач.
Удовлетворенная его ответом Мария пересела на противоположное сидение. В первый раз Адам обрадовался, что настолько неприлично богат. Он потратит столько, сколько потребуется, лишь бы вернуть покой душе Марии.
***
К моменту прибытия в Эштон-Хаус Мария успокоилась. Наверное, это было эгоистично с ее стороны, но она надеялась, что поиски отца еще хоть ненадолго задержат ее в Лондоне. Как только из Линкольншира вернется Джейни Лоуфорд, ситуация станет невыносимой, но сейчас, пусть ей и было больно, она все равно получала удовольствие от пребывания под крышей дома Адама.
Они вошли в дом, и к ним тут же подошел слуга:
– К вам гости, ваша светлость, – Холмс протянул визитную карточку. – Генерал Стиллуэл, его жена и дочь ожидают вас в малом салоне.
Генерал никогда не пришел бы без причины. Адам немного цинично подумал о том, что нужно генералу – возможно, поддержка герцога для его дочери. Но этот человек выказал немалую храбрость, преследуя преступника, стрелявшего в Адама, и если теперь он надеется воспользоваться герцогским влиянием, то имеет на это полное право. Просто следует посоветоваться с Формби и узнать, каким же влиянием он обладает, и как он пользовался им в прошлом. Он посмотрел на Марию:
– Ты хотела бы увидеть генерала Стиллуэла?
Она улыбнулась:
– Я так и не смогла его как следует отблагодарить, поэтому стоит воспользоваться этой возможностью.
Адам проводил Марию в малый салон и застыл в дверях. Он смутно видел генерала Стиллуэла и его дочь, но все его внимание сосредоточилось на поднявшейся навстречу женщине, смотрящей на него с робкой надеждой в глазах. Эта прекрасная брюнетка – женщина из его снов. На ней было элегантное, украшенное вышивкой алое сари[73]. Невозможно. Просто невозможно!
Она слабо улыбнулась, словно была не уверена, рады ли ей.
– Даршан?
Она единственная, называвшая его средним именем. И немедленно в голове Адама стали оживать воспоминания, точно так же, как после чтения письма леди Агнесы. Но на этот раз их было намного больше. Он вспомнил свое детство, отца и долгое путешествие в Англию. Адам вспомнил не только свои ранние годы, но и то время, которое провел в Англии после окончания школы. Раньше он так надеялся, что память к нему вернется, сейчас же ему казалось, что воспоминания могут поглотить его с головой.
Мария тронула его руку, возвращая Адама к настоящему.
– Адам, с тобой все в порядке?
Он взял себя в руки и ответил Марии неуверенной улыбкой. Что за странный выдался день, как у Марии, так и у него: оба узнали, что их вроде бы навсегда потерянные родители, похоже, не так уж и потеряны. Какая-то часть Адама хотела бы избежать этой раздирающей боли, но он не мог от нее избавиться, не сейчас, когда его мечта стояла прямо перед ним. Он протянул руки, опасаясь, что это все лишь сон.
