– Согласен. – Адам надел сюртук, практически не морщась, и повернулся к джентльмену с военной выправкой. – Я Эштон, а это мисс Кларк. Выражаю вам свою признательность за то, что погнались за преступником и не дали ему шанса добиться своего.
С загоревшего лица на Адама смотрели проницательные серые глаза.
– Вы, должно быть, герцог Эштон. Я недавно вернулся в Англию после службы в Индии. Я был наслышан о вас, но по прибытии в Лондон, мне сообщили, что вы недавно погибли в Шотландии при аварии на пароходе.
– Я был ранен, но выжил, а вернулся в Лондон только вчера.
– Рад видеть вас живым, – сказал пожилой джентльмен с непроницаемым выражением лица. – Меня зовут Джон Стиллуэл.
Мёрфи не удержался от возгласа:
– Вы генерал Стиллуэл из Майсура[71], сэр?
Стиллуэл кивнул.
– Так меня звали раньше. Я уволился из армии.
Из такой скромной самооценки не было понятно, что перед ними – герой войны, о котором на протяжении многих лет Мария читала в газетах. Совершенно неудивительно, что он погнался за представляющим опасность вооруженным человеком.
Все это, конечно, было очень интересно, но, тем не менее, Мария довольно твердо заявила:
– Нам повезло, что вы оба оказались рядом, но сейчас время ехать. Мёрфи, вы не поможете мне сесть на лошадь?
Он подошел и соединил ладони так, что они образовали ступеньку, используя которую можно было сесть на гнедую, стоявшую рядом. Адам сам взобрался на лошадь, превозмогая испытываемую им боль.
– Генерал Стиллуэл, я буду вам признателен, если вы не станете распространяться о данном происшествии. Мне не хочется быть предметом еще больших сплетен. Воскрешение из мертвых и так достаточно драматично.
– Разумеется. – Стиллуэл вскочил на собственную лошадь. – С вашего разрешения, могу я вас навестить? Я был знаком с вашим отцом в Индии.
Адам улыбнулся.
– Буду очень, очень рад, сэр. Вы знаете, где находится Эштон-Хаус?
– Разве есть такие, кто не знает? – заметил генерал с легким юмором. – С нетерпением жду новой встречи, Эштон.
С задумчивым выражением лица он развернул свою лошадь в сторону дальнего конца Роттен-Роу и возобновил прогулку.
– Давайте поедем домой по другой дороге, просто на всякий случай, – предложила Мария.
Мёрфи согласно кивнул.
Ни Адам, ни Мёрфи совсем не были удивлены нападением, которое могло закончиться смертельным исходом.
Что-то было не так – и Мария собиралась выяснить, что же.
***
По дороге в Эштон-Хаус Адам обратил внимание, насколько внимательно конюх изучает окрестности на предмет возможной опасности. Как солдат. Или как охранник. Если бы Мёрфи не был постоянно настороже, стрелявшему, скорее всего, удалось бы справиться со своей задачей.
Знание о том, что некто неизвестный организовал взрыв на его корабле, было несколько отстраненным, словно бы и не касавшимся его лично; боль же в плече была абсолютно реальной. Врага надо найти и остановить. Будь он проклят, если тот заставит его провести всю оставшуюся жизнь, боясь показаться на улице.
Марии удалось очень удачно замаскировать следы ранения, так что, когда они вошли в дом, толпа взволнованных слуг не бросилась им навстречу. Но оказавшись в главном холле, сама Мария тихо спросила:
– Адам, почему никто не удивился, что в тебя стреляли в центре Лондона? Ты что-то от меня скрываешь?
Мария имела право знать.
– Мои друзья считают, что кто-то хочет меня убить, – ответил он. – Я не был уверен в этом раньше, но после сегодняшнего случая склоняюсь к мысли, что они правы.
Мария побледнела.
– Зачем кому-то убивать тебя?!
– Интересный вопрос. Хотел бы я знать на него ответ. Возможно, моя варварская кровь оскорбляет британскую аристократию. Лучшего предположения мы пока не имеем. – Адам повернулся к подошедшему дворецкому. – Холмс, не могли бы вы послать за врачом? В парке со мной произошел небольшой инцидент.
У Холмса расширились глаза, когда он увидел пятна крови, видневшиеся из-под сюртука.
– Я сделаю это немедленно, ваша светлость.
После поспешного ухода дворецкого Адам обратился к Марии:
– Допуская, что я являюсь мишенью, тебе лучше как можно скорее вернуться на север. Сегодня тебя могли ранить. – Эта мысль ужаснула его. – Если бы с тобой что-нибудь случилось, я бы этого не перенес.
– Не уверена, что смогу вернуться домой и спокойно ждать сообщения об убийстве герцога Эштона, – ответила она напряженным голосом, ее глаза были широко раскрыты.
– Этого не случится, – заверил он с большей уверенностью в голосе, чем на самом деле чувствовал. – Теперь, когда предположение о существовании врага подтвердилось, я сосредоточу всю свою власть и те возможности, которыми обладаю как герцог, на том, чтобы найти преступника. – Не желая объяснять, что именно он собирается предпринять, так как и сам не знал ответа на этот вопрос, Адам просмотрел письма и записки, лежавшие на полированной поверхности буфета, и вытащил одну из записок. – Пришел ответ от твоего поверенного, – он протянул листок Марии.
Она взломала печать и пробежала глазами несколько строчек.
– Это сообщение от его клерка. Мистера Грейнджера сейчас нет в городе, но они ожидают его возвращения уже сегодня. Клерк назначил встречу с ним на завтрашнее утро. Думаю, отсутствие мистера Грейнджера в Лондоне и объясняет его долгое молчание.
– Я с нетерпением жду, что же он нам завтра скажет. – Мария, нахмурившись, взглянула на Адама, тот продолжил: – Мы поедем в обычной карете, без герба. Не хочу снова стать легкой мишенью.
– Да, именно так мы и сделаем, – согласилась Мария, она все еще испытывала тревогу.
Адам не винил ее. Он и сам был обеспокоен, но совершенно точно не собирался провести всю оставшуюся жизнь, скрываясь. Он еще раз взглянул на стопку писем и увидел конверт, надписанный очень знакомым почерком. Сломав восковую печать и открыв послание, он обнаружил, что оно принадлежало перу леди Агнес Уэстерфилд.
"Мой дорогой Адам,
Никакими словами не описать радость, охватившую меня, когда я получила известие от Мастерсона, что ты выжил. В мире слишком мало хороших людей, чтобы терять хотя бы одного из них.
Мастерсон сообщил мне, что из-за полученных травм ты потерял память. Я пыталась представить себе это странное ощущение, когда ты не можешь вспомнить свою собственную жизнь, но безуспешно. Должно быть, это чрезвычайно тревожное чувство.
Я разговаривала с мистером Ричардсом, врачом, который лечил большинство моих студентов и тебя в том числе. У него есть опыт, связанный с травмами головы, и он сказал, что невозможно предсказать, вернется твоя память или нет. Какая пугающая мысль.
