Читаем без скачивания Мама для сирот (СИ) - Павлова Зарина

Но встала я на рассвете. Глеб уже был на ногах и распоряжался на кухне. К моему удивлению, он разговаривал с домовым, который не должен был показываться перед гостем. Они вместе приготовили завтрак не только на меня, но и на детей.

Я бросила взгляд на Глеба. Он сидел рядом и смотрел в окно. Его брови были нахмурены и он о чем-то напряженно размышлял. Я не знала, о чем он думал, но и спрашивать не собиралась. Мне не хотелось становиться к нему ближе. Меня пугало, что это могли быть мои чувства. Глупо? Наверное. Но с возрастом люди становятся куда осторожнее. А на мне еще висят пятеро детей, которых я не могла бросить.

Ювелирная мастерская оказалась на улице, максимально приближенной к дворцу. Выйдя из кареты, я обернулась и увидела веское здание, с позолоченными крышами. Как в сказке. Перед дворцом находилась широкая площадь с фонтами, скамейками и высокими деревьями. По площади гуляли люди, играли музыканты, продавали цветы. Только вот попасть на территорию дворца было не так просто.

Я заметила, что территория дворца обнесена высоким, кованым забором. Сами ворота были высокими и их охраняли стражники. По самой территории тоже ходили военные. А еще само кованое железо выглядело не как обычное. Подозреваю, что оно было заколдованно.

— Налюбуешься им сегодня вечером. Нам надо торопиться, — Глеб мягко взял меня за руку и настойчиво потянул в сторону мастерской.

Внутри помещение оказалось огромным. У входа стояли двое военных. На множестве полок сверкали камни. Я начла оглядываться, впервые видя столько красоты перед собой. Камни разнообразных цветов так и манили потрогать их. Серьги, диадемы, подвески, браслеты, кольцо... Каких только дизайнов и украшений тут не было. Я за всю жизнь позволила себе носить только одно кольцо. И то это был подарок от Максима и Маши. Они купили это кольцо вместе, на свои первые зарплаты.

— Господин Волоков! Давно вы к нам не заглядывали, — раздался высокий мужской голос.

Откуда-то из соседней двери выскочил худощавый мужчина, с длинными каштановыми волосами. На нем был длинный сюртук с такими же длинными рукавами, закрывающими его пальцы. Мужчина подошел нам и поклонился с такой грациозностью, что я даже позавидовала его пластичности.

— Добрый день, господин Рязанов, — усмехнулся Глеб, заметив такое приветствие.

— Чего изволите? Неужели вы пришли купить украшение этой прекраснейшей госпоже? — взгляд темных карих глаз хозяина мастерской переместились на меня.

— Это моя жена. Надежда Волкова, — уже без улыбки представил меня Глеб.

— Добрый день, — я вежливо улыбнулась.

— Боже мой! — Рязанов прижал руки к груди. — Так эта великолепная красавица ваша жена? Я так вам завидую! Госпожа Волкова, этот магазин готов кинуть к вашим ногам все украшения. Вы все равно будете прекраснее любого алмаза.

Я с трудом сдержала порыв скривиться. Почему-то этот мужчина вызвал во мне тревогу. Я бросила взгляд на Глеба. Тот, заметив это, слегка пожал плечами. Да уж. Надо просто потерпеть. В этом нет ничего сложного.

В мастерской ювелира мы пробыли примерно полтора часа, выбирая украшения и споря до хрипоты. Я не собиралась отдавать целое состояние за какой-то кулон. Но в итоге мне пришлось смириться с покупкой сережек, кулона, браслета и кольца. Когда Глеб пошел оплачивать это все, я принципиально отвернулась. Мне было физически больно от осознания того, что деньги, на которые можно купить неплохой дом, были потрачены на безделушки.

После, уже в карете, мне сообщили, что мы едем в ресторан на обед. Я не возражала. Кушать на самом деле очень хотелось. Я лишь надеялась, что Ева сможет приготовить что-нибудь простое для остальных. Она умная и способная девочка.

На этот раз мы приехали в небольшой ресторанчик. Я бы назвала ее кофейной, если бы тут продавали кофе. О, а еще тут была веранда со столиками. Она была украшена цветами и виноградом. Это выглядела так красиво, что я попросила Глеба сесть именно на улице. Он не возражал, тем более, что людей за столиками было не так уж и много.

Я заказала легкий фруктовый салат и суп с рыбой. Глеб же заказал бараньи ребрышки и незнакомую мне кашу с кусочками мяса. Из напитков мужчина сначала собирался заказать пиво или вино, но, посмотрев на меня, попросил принести малинового компота.

— Как ты себя чувствуешь? — спросил Глеб, пока мы ждали, когда нам принесут наш заказ.

— Нормально, — ответила я, рассматривая цветы, свисающие с потолка. — Немного устала, но в целом чувствую себя неплохо.

— Я рад, — в голосе мужчины послышалась улыбка, но взгляд на него я не опустила. — Ты выглядела подавлено весь день.

— Просто устала. Да и не люблю я ходить по магазинам.

— Это в тебе совсем не поменялось.

Я все-таки опустила взгляд. Глеб улыбался, глядя на меня. Я не улыбнулась ему в ответ. Лишь вздохнула, приказывая не чувствовать этой глупой радости от осознания того, что я ему нравилась. Ему нравилась Надя. Та, что была чиста душой, та, что так отчаянно в ком-то нуждалась. Не я.

— Слушай, — тихо сказала я, после того, как нам принесли еду, — я давно хотела спросить. А сколько мне лет?

— Ты этого не вспомнила? — Глеб нахмурился.

— Нет, — я слегка покачала головой. — Иногда я вспоминаю какие-то эпизоды из жизни. Но сколько мне лет так и не выяснила.

— Тебе двадцать три, — ответил Глеб. — Твой день рождения десятого березола.

Так. Подождите. Березол — это март. Получается, что... Надя родилась в один день со мной? И у нее такое же имя? Сначала я думала, что имя — это удачное совпадения. Но сейчас меня начали одолевать сомнения. Неужели, мое перемещение в это тело не было случайным?

После обеда, меня отвезли домой, отнеси вещи в дом и сообщили, что заедут за мной через четыре часа. Этого времени было катастрофически мало. Не следовало сходить в баню, высушить волосы, переодеться в громоздкое платье и сделать прическу!

В панике я забежала в дом, попросила Кузьму затопить баню, а сама бросилась распаковывать покупки. Тяжелое белое платье, с розовыми украшениями, тут же было расправлено и аккуратно уложено на кровать. К нему так же шел корсет, который был запрятан в шкаф. Мне было нельзя надевать его при беременности. Украшения я сложила на стол, строго настрого попроси детей ничего не трогать. После чего переоделась в сорочку и поспешила в сторону бани.

Приезд в столицу был худшим моим решением.

***

— Мамочка, ты такая красивая, — сказала Соня, рассматривая меня со всех сторон.

Белое платье с розовыми украшениями и даже драгоценными камнями, смотрелось на мне неплохо. Оно сужалось не к талии, как это обычно бывало, а под грудью. И опадало водопадом сверкающих кружев на пол. Тем самым это скрывало мой живот. Разумеется, после того, как в примерочной слуги видели, что я бремена, скрыть это от высшего общества будет нереально. Но хотя бы никто не будет пялиться на мой живот в открытую.

На ногах были туфельки из мягкой кожи и без каблука. Розовые. С большим цветком на носике. Их стиль мне не нравился, но в магазине нам сообщили, что это последний писк моды.

А вот с прической пришлось повозиться. К счастью, у меня все еще была атласная лента с предыдущего платья. И несколько заколок, которые Глеб купил в ювелирной мастерской. Я заплела косу и подняла ее в высокую прическу. Украсила заколками и цветами, которые дети собрали в саду. Кузьма наложил на них волшбу, чтобы к вечеру они не завяли.

— Как принцесса из сказки, — улыбнулась Ева, легонько касаясь невесомой ткани платья. — Я бы тоже хотела побывать на балу.

— Будешь, — уверено сказал я, погладив девочку по голове. — Вы все когда-нибудь побываете на балу. Но пока вы маленькие. Там будет скучно.

— Эх, — Ева вздохнула. — А еще я не знаю никаких танцев.

После слов девочки меня прошиб холодный пот. Я же тоже не знали ни одного танца. Более того, я даже на выпускном в школе ни с кем не танцевала. У меня не было денег на платье, поэтому я просто стояла в стороне и наблюдала за своими одноклассникам. А в университете я не обучалась.