вас и вашу юную спутницу в чем. А кстати, не та ли это новорожденная ведьмочка, о которой весь город говорит?
– Кстати она.
– И стало быть, она внезапно уже ваша подопечная? – косил хитрыми глазами торговец, не отвлекаясь от своего основного занятия.
– Внезапно я тот, кто придет и спросит со всей строгостью, если ее кто из ваших обмануть вздумает, – с псевдобеспечной улыбкой ответил ведьмак и продолжил разговор со мной, нисколько не стесняясь присутствия хозяина. – Так вот, василек, шибая ты всегда узнаешь по… хм… фигуре и стати. А их лавки по яркости витрин и множеству блеска и куче побрякушек. Так вот, в лавку к шибаю стоит заходить только четко держа в голове, что тебе нужно купить, и болтовню пресекать сразу. Поняла?
– Поняла.
– Следующее: подлунных обмануть шибаи редко решаются, но задурить и впарить что-то ненужное – всегда стремятся. Так что будь начеку. Потому как если за плохие ингридиенты вернуться и предъявить можно, то денег и немалых обычно за покупку какой-то хрени ненужной, но приобретенной добровольно, тебе никто не вернет. Поняла?
Я кивнула, запоминая.
Следующий магазин, в который он меня повел, разительно отличался от предыдущего. Мало того, что располагался он в подвале, куда вела узенькая опасная лестница, так еще и в торговом зале было тесно из-за кучи стеллажей и коробов, расставленных не только у стен, но и повсюду, похоже, в хаотичном порядке. Плюс там царил полумрак, и никто и не подумал нас встречать и что-то предлагать. С минуту мы стояли, я осматривалась, давая привыкнуть глазам, и чуть не взвизгнула, когда из темного угла раздался густой бас.
– Ну, покупать чего будете или просто погреться зашли? Я здесь всяких бродяг и бездельников не привечаю!
Офигеть, местный хозяин, похоже, образец прямо радушности.
– Познакомься, Люся, это – Шалва, и он у нас маршан. Причем один из самых любезных. Шалва, это моя подопечная и, возможно, твоя постоянная покупательница в будущем.
– Здравствуйте.
– Ну так брать сейчас чего будете или как? – и не подумал подобреть торговец, выйдя наконец на более освещенное место.
Громадный, за два метра, одетый в какой-то балахон неопределенного цвета, с густой растрепанной черной бородой и абсолютно лысым черепом. Взгляд глубоко посаженных глаз под стать голосу – мрачно неприветливый.
Интересно, если этот маршан самый любезный, то какие же другие.
– Вообще-то мы познакомиться, но если у тебя есть что интересное и новое…
– Я тебе сорока что ли какая-то распинаться и тарахтеть?! Надо что – сам говори. Нет – так проваливай.
Ого, вот это клиентоориентированность! Прямо сотого левла.
– Люська, у маршанов можно брать все без сомнений. У них всегда качество ингредиентов – высший класс, для них это дело принципа. Вот только лавок маршанов раз в десять меньше, чем шибайских, и не везде их найдешь, – будто и не замечая недовольства Шалвы, продолжил процесс моего обучения Данила. – Только учти: ни один маршан, как шибай, тебе сам ничего никогда предлагать не станет. И бродить да расспрашивать не позволит. Скверный у них характер на редкость. – Нелюбезный торговец хмыкнул, но промолчал. – Так что лучше всего приходить к маршану со списком. Вручила, да иди погуляй, он сам все соберет добросовестно и без обмана.
– Слышь, Черный лис, ты брать чего будешь или нет? – пробасил Шалва и шагнул ближе, принявшись рассматривать меня бесцеремонно. Длилось это с минуту, а потом спросил: – Опекун ее ты, говоришь?
– Угу, – ответил ведьмак и явно напрягся.
– Слабоват для такого, – буркнул здоровяк, развернулся и ушел куда-то в глубины своего темного подвала.
* * *
Вот как-то так монотонно и стали проходить мои дни следующие две недели. Утром пробежки, что становились все длиннее, занятия-издевательства в зале с молчаливым садюгой тренером, которые давались мне все проще. Днем занятия по изучению книг Рогнеды или творению зелий под руководством или простым присмотром ведьмака. Дальше несколько часов я была предоставлена сама себе. Ближе к ночи Данила опять приезжал и вывозил меня показывать новые лавки, некоторые из которых работали мало того, что ночью, так еще и не каждые сутки, а то и вообще всего по пару раз за лунный месяц. Магазины, клубы, рестораны, отели, которые держали подлунные как для себе подобных, так и для обычных людей. Еще мы ездили изучать расположение всяких ангаров или огромных подвалов, которые можно было арендовать для проведение неких, пока мне неизвестных “масштабных ритуалов”, как говорил Лукин. Десятки поверхностных знакомств, странных имен и названий рас существ, что жили среди людей под мороком и без него. Обалдеть ведь можно, что раньше я ходила по этим же улицам, покупала фаст-фуд в забегаловках у улыбчивых продавцов, понятия не имея, что в истинном облике у некоторых из них шесть рук, синяя кожа, рога или глаза на затылке или еще где. И это только мелкие частности. Я настолько уже стала привыкать к подобному, что само течение жизни стало казаться мне монотонным, ведь в местах развлечений мы бывали чисто посмотреть и уйти, а поздние вечера до сна я проводила в одиночестве, если не считать компанию болтливого Альки. Каждый день звонила маме, у них тоже было все по-старому. И кажется, я почти начала скучать, но внезапный очень поздний звонок бабули мигом развеял это состояние. Было уже за полночь, и мы как раз подъезжали к моему дому с Лукиным, а впереди светил очередной унылый вечер.
– Люсенька, деточка, несчастье у нас, – дрожащим голосом сообщила бабуля, – Ленок наша в беду угодила. С подлунным из дому сбежала. С каким не знаю, но по следу его чую – недобрый он!
Глава 30
– Сбежала? – ошарашенно переспросила, а в голове первым промелькнуло неуместное “а разве эти чертовы подлунные вообще бывают добрыми?”
Лукин ударил по тормозам, резко развернулся всем корпусом ко мне и вопросительно-требовательно поднял одну бровь.
– Сестра сбежала, – одними губами прошептала я. Нахмурившись, Данила кивнул, так же почти беззвучно велев – “Громкую связь”.
– Сбежала, Люсенька, – зазвучал дрожащий от тревоги голос бабули в тишине салона. – Мать твоя говорит, что пару дней она странная какая-то ходила,
