крикнула я: — Двойные ряды, живо!
Мы не могли позволить себе увязнуть в рукопашной схватке, если бы первый отряд сделал ставку на победу. Я должна была собрать своих солдат на другой стороне холма и решить, можно ли ещё спасти это сражение.
— Лейтенант? — переспросил Хакрам. — Какие будут приказания?
Пока я думала, моя линия выстроилась, как хорошо отлаженная машина. Солдаты Первого отряда остановились на полпути вниз по склону холма и образовали клин, терпеливо ожидая, когда я ворвусь в их строй. Чёрта с два! Я не собираюсь нападать на противника на возвышенности, да ещё и с полусонным отрядом.
— Идите на помощь линии лейтенанта Наука, сержант, — решила я. — Я сама пойду за знаменем.
Орк нахмурился.
— Мэм… — начал он, но я оборвала его.
— Хакрам, нет времени спорить, — сказала я. — Сделай это, а я догоню тебя позже.
Сержант отдал честь, хотя настроен был скептически.
— Доброй охоты, лейтенант, — ответил он, поворачиваясь к моим солдатам.
Враг стоял прямо на грунтовой дороге, по которой я ходила днём, а это означало, что мне придётся идти в обход: я перекинула свой щит за спину на специальный кожаный ремешок и вошла в тень. Мне нужно было действовать быстро и тихо, чтобы не попасться, как тогда, когда я тайком выбиралась из приюта, чтобы подраться в Яме. По крайней мере, ночь была на моей стороне: луна была скрыта облаками, и, хотя это помогло врагу подкрасться к нам раньше, теперь вдали от костров я была почти невидима. Я старалась держаться как можно дальше от схватки, но, огибая кучу брошенных одеял, успела заметить, куда я только что отправила свою линию: силуэт Наука резко выделялся на фоне пламени. Лейтенант, раздетый по пояс, сражался с парой вражеских легионеров, не обращая внимания на их затупленные клинки; он стукнул противников головами друг о друга и издал клич. Боги Внизу, я уже и забыла, какими ужасными могут быть орки, когда они вырвутся на свободу. Двести фунтов чистой мускулатуры и жажды крови, движимые самым порочным из инстинктов. Неудивительно, что военные отряды из Степей были такой занозой в боку Кэллоу до того, как была построена Стена. Стряхнув с себя эту мысль, я закончила свой обход и поднялась достаточно высоко, чтобы видеть, что происходит.
Это было… не очень оптимистично. Знамя всё ещё стояло, но всего в двадцати футах от него бушевала рукопашная схватка, и я видела что силы Бестии были раздроблены. Ему удалось окопаться на левом фланге, спиной к холму, но центр отступал, а правого фланга не было и в помине: линия, противостоящая моим людям, вероятно, вклинилась в это пространство, отрезав Крысу от подкрепления. Было похоже, что мы проигрываем. Даже если моим солдатам удастся заставить лейтенанта Наука двигаться, к тому времени, когда они прорвутся через линию, ожидающую их на холме, битва уже закончится. Надо срочно что-то придумать. Что можно переиграть? Прошло несколько мгновений, но ничего не приходило в голову. Кем бы ни была капитан Верес, она всё прекрасно продумала. Вражеский легионер прорвался через центр и побежал к знамени, и, прежде чем я поняла, что делаю, я побежала вниз по склону. Горстка легионеров из центра отступила назад и сумела схватить солдата, но это было началом конца для людей Бестии: легионеры Первого отряда хлынули через бреши в шеренге, разбив весь строй в считанные мгновения.
Ускорившись, я игнорировала бой и сосредоточилась на той части, которую я действительно могла отыграть — на знамени. Если бы Первый отряд добрался до него, игра была бы закончена, но, если бы я могла вернуть его в свою линию и выйти под покровом темноты, мы могли бы просто пережить эту катастрофу. Хотя то, что я действительно могла сделать с таким небольшим количеством солдат, было… нет, сказала я себе. По одной проблеме за раз. Лучше сосредоточиться на том, что я могу сделать, чем на том, что не могу. Выхватив знамя из гнезда, в котором оно стояло, я бросила на солдата извиняющийся взгляд, прежде чем убежать тем же путем, которым пришла. Обратный путь был быстрее, так как не было никакого смысла огибать сражающихся. Схватка вокруг солдат Наука за последние несколько минут стала ещё более беспорядочной, но я видела, что она оборачивается в пользу Крысиного отряда: атакующая линия сжала ряды и медленно отступала к холму. Хороший выбор, если бы я действительно хотела, чтобы мои солдаты присоединились к более крупному сражению. Легионеры отряда сомкнули ряды вокруг меня, как только увидели, что я держу знамя, и из их строя донеслись отрывистые приветствия.
— Лейтенант, — весело приветствовал меня Хакрам, отходя от линии фронта. — Отличная работа. Как обстоят дела на той стороне?
— Заканчивают, — ответила я. — Когда я уходила, Первый отряд уже перешёл в наступление — через несколько минут они будут у нас на хвосте. Где лейтенант Наук?
— Где-то хромает, — ответил мне сержант, неопределённо махнув рукой. — Они умудрились сломать ему ногу, поэтому он использует сержанта Нилина как костыль. Вы не забрали с собой целителей?
— Не видела ни единого, — сказала я. — Я почти уверена, что линия магов была первой, кто пострадал.
— Чертова Верес, — выругался Хакрам. — Башал[18], вот почему её называют Гончей.
— Кэллоу! — раздался крик у меня за спиной, знакомым голосом. — Я вижу, ты решила вступить в бой.
Я обернулась и, приподняв бровь, увидел Наука с рукой, перекинутой через плечо темнокожего парня. Сержант Нилин, предположила я.
— Мне нужно было кое-что подобрать, — легко ответила я, поднимая знамя, лежащее на моём плече. Лейтенант орков настороженно посмотрел на меня.
— Крыса? — спросил он.
— Наверное, уже в плену, — поморщилась я.
— Значит, мы ударим по той линии на холме? — прорычал Хакрам.
Я провела рукой по волосам, только сейчас заметив, что все это время бегала без шлема.
— Нет, — решила я. — Мы уходим отсюда. Сколько у нас солдат?
— Половина моей линии и большая часть твоей, — проворчал Наук. — По меньшей мере полдюжины раненых.
Я смотрела на вражескую линию, собирающуюся на холме — те, кто образовал клин ранее, казалось, присоединялись к ним, и не было никакого способа, которым силы, только что описанные, могли бы противостоять сорока легионерам, половина из которых еще даже не вступала в бой.
—
