Последнее, что она почувствовала, было прикосновение Билла, прижавшегося к ней. Именно так Мелисса нашла их утром, когда ворвалась в спальню Моны с воскресными газетами: – двое взрослых людей, совершенно одетых, спящих, как младенцы.
Могла ли Мелисса быть источником информации для Брента с его отвратительными замечаниями? Мона знала свою дочь, в ней не было подлости, но она все еще маленькая болтушка, и встретив отца в прошлое воскресенье, возможно, проговорилась, сама того не желая. Не то, чтобы Мону беспокоило то, что подумает или скажет Брент. У них с Биллом все хорошо, настолько хорошо, что она, пока Билл гостит в Австралии, всерьез размышляла о совместном будущем.
Билл много лет не был дома, с тех пор, как уехал из Мельбурна, чтобы стать актером в Лондоне. Его отец умер, мать болела. Кроме семейных дел выявились возможности театральных постановок. Необходимо все разузнать, так как австралийские продюсеры имели средства для финансирования. Он ведь австралиец. Нет причины, по которой Билл не смог бы тоже стать продюсером.
В течение шести недель его отсутствия Мона очень серьезно думала об их будущем и возможности товарищеского брака. Ричард был единственной настоящей любовью Билла, и тот поклялся никогда больше не заводить нового любовника. В среде шоу-бизнеса было полно браков между гетеросексуальными актрисами и гомосексуальными или бисексуальными мужчинами. Они долго профессионально работали вместе, сохраняя взаимную привязанность и уважение к личной жизни друг друга. Билл сказал, что недавнее открытие любовной связи Лоуренса Оливье и Денни Кайе было шокирующим, но совсем не удивительным.
Когда вечером, накануне возвращения Билла, позвонил Ник Элбет, отчаянно мечтающий встретиться с ней, у Моны не возникло ни малейшего желания видеть его. Голос по телефону и появившееся в воображении тело Ника не заставили ее сходить с ума или, вернее, даже не взволновали. Более того, Мона хотела избежать любой возможности встретиться с ним. Ник не должен мутить ей воду. Завтра вечером она планировала привезти домой Билла Нела и сделать ему предложение формально узаконить их отношения, совершив бракосочетание.
Когда-то ее восхитил тот факт, что Ник, находясь в Вашингтоне, хотел примчаться в Нью-Йорк на ужин с ней. Но не сейчас. Не после этих двух лет. Она уже не та, прежняя Мона, а новая усовершенствованная, и у нее нет времени на забавы и игры. В нетерпении поскорее увидеть Билла, она решила встретить его самолет на арендованном лимузине.
– Билл! Сюда!
– Мона, дорогая! Как мило! – рядом с ним стоял коренастый молодой человек в широкополой шляпе и с гитарой за спиной. – Иди познакомься с Джеймсом! Я уговорил его остаться со мной на следующие сто пятьдесят лет!
На обратном пути в Манхэттен Билл рассказал другие хорошие новости. Синдикат австралийских и американских импрессарио расширяет сеть гастролирующих театров на огромных территориях Австралии и Соединенных Штатов. Идея состоит в создании постановок знаменитых пьес небольшими сборными труппами.
– Они просят меня поставить «Трамвай «Желание», и если премьера пройдет успешно, привезти спектакль в Австралию. И знаешь, кто будет играть Бланш?
Сидя между Биллом и его новой любовью, потягивая ледяное шампанское, которым собиралась отпраздновать свой предстоящий брак, Мона едва смогла понять триумфальное восклицание Билла.
– Мона Девидсон!
Когда она отвезла их с Джеймсом в Гринвич-Виллидж, Билл сказал:
– Почти забыл. Сегодня вечером мы ужинаем с одним из спонсоров. Американец по имени Сидней, или что-то в этом роде. Мы заберем тебя через час, любимая, – он бросил застенчивый взгляд на Джеймса. – Не давай нам больше времени. Мона, дорогая, одень что-нибудь черное и облегающее, этот Сидней – нормальный мужик и при деньгах.
Лимузин уже тронулся, когда Билл постучал в стекло. Она нажала кнопку и оно плавно опустилось.
– Да, Билл.
Пожалуйста, Господи, не дай ему спросить, что я думаю о его новом любовнике.
– Мона, любимая, я просто хочу, чтобы ты знала, как восхитительно выглядишь. Доверься мне, твоя Бланш Бюбуа покорит Нью-Йорк и весь мир!
ГЛАВА 24
ЭМИ
Она проснулась раньше обычного, чтобы иметь побольше времени для подготовки. За шесть месяцев жизни в Джейнсвиле, Эми завела много друзей среди жен преподавателей Флоридского университета. Ее пригласили в Литературный клуб, и сегодня очередь Эми принимать дома президента и шесть других членов клуба.
Они настаивали, чтобы не было ничего особенного. Почему женщины всегда так говорят? Просто сэндвичи с ветчиной и чай со льдом. А вопрос в том, как представить себя в выгодном свете без рисовки? Чтобы это «ничего особенного» не было оскорбительным? Хуже всего было то, что Эми не знала, кто из них вегетарианец, кто не ест сахар, соль, молоко, масло или сыр, а кто предпочитает травяной чай, минеральную воду или лимонад.
На ее вкус лучший ланч состоит из салата с тунцом, приготовленного с луком, сельдереем и майонезом в большом количестве, поджаристых тостов, капустного салата и шоколадного десерта с кофейным мороженым.
Как выход из ситуации, Эми решила сервировать шведский стол. Салат из тунца. Яйца под майонезом. Два салата из зелени и широкий выбор приправ. Гуака-моле[35] она приготовила накануне вечером. Нарезанные кружочками помидоры. Свежий хлеб и круглые булочки она купит позже. Ассорти из свежих фруктов, нарезанных и разложенных на кусках льда как раз перед приходом гостей. Горячие и холодные напитки всех видов. И домашние шоколадные пирожные с орехами, которые гости могли есть или не есть, это их дело.
Эми скучала по Джорджтаунской компании. Несмотря на насмешки Лу, «Тур Джеки» имел большой успех и продолжался даже после ее отъезда. Эми надеялась, что работа в литературном клубе будет оценена и приведет к новым связям. Она попыталась вовлечь Сэнди. «Забудь об этом, ма». Дочка была слишком занята выпускными экзаменами и планированием летнего отдыха перед началом занятий осенью в колледже.
Эми лениво подумала, почему Сэнди до сих пор не вышла, как обычно, на кухню, пошатываясь, с полузакрытыми со сна глазами, ощупью пробираясь к холодильнику за коробкой апельсинового сока, половину которой она выпивала залпом.
Наверное, ее вымотали все эти вечерние пикники, гулянки до зари и бурные прощания, решила Эми. Можно подумать, что она живет в Джейнсвиле всю жизнь. Очень быстро после приезда Сэнди знала в школе всех, везде ходила и была избрана «Самой Популярной Девочкой» старших классов.
Услышав шаги Лу, Эми налила ему сок и поставила воду для кофе. Он любил ледяной апельсиновый сок и свежий, крепкий кофе.
