Читаем без скачивания Сыч – птица ночная - Лев Пучков

— И все-таки надо было сразу его прищучить. Как я предлагал. Уже четыре дня занимались бы делом, — неуступчиво пробурчал Джо. — С экипировкой, вооружением и всем прочим. Как думаешь. Сыч?

— Чудовищно обостренная интуиция никогда не подводила полковника, — легкомысленно продекламировал я. — Ты все такой же, Джо, — год мытарств тебя не сделал лучше.

— Ага, клюйте меня, клюйте, — с горечью воскликнул Джо, принимая вправо и замедляя ход — мы подъехали к разъезду дорог промышленного сектора.

Вышли, осмотрелись. Метрах в двухстах спереди, у обочины смутно виднелся силуэт стоявшей машины — шоссе в этом месте освещено довольно убого, на три фонаря одна действующая лампочка, так что разобрать, «Нива» это Барина или нет, было проблематично. Тем не менее полковник никакого беспокойства не проявлял, потому я также не счел нужным сомневаться. Полковник, приложив ладонь к бровям, пристально всматривался во мглу промышленного сектора, скупо разбавленную тусклыми огоньками по периметрам предприятий.

— Цель вижу! — доложил я, обнаружив медленно удаляющиеся в направлении сталелитейного комбината красные огоньки. — Если остановится и выйдет из машины, может обнаружить силуэты наших машин. Все едут мимо, а мы тут встали. За каким чертом? Стоим не совсем удобно.

— Значит, не будем стоять, — согласился полковник, возвращаясь к машине и вытаскивая из «бардачка» манипулятор радиостанции. — Четвертый — Первому!

— Хр… пр… иеме, — отозвался Барин.

— Вариант номер два, маршрут четыре, — распорядился полковник. — Как понял?

На этот раз Барин вообще ничего не ответил, но от силуэта стоявшей в двухстах метрах спереди машины отделились две темные фигуры и бесшумно растворились во мгле.

— По местам, поехали, — скомандовал полковник, пропуская меня в машину.

Сдав задом метров сто пятьдесят, Джо остановил машину, сокрушенно вздохнул и, выдернув из-под сиденья автомат, вышел наружу.

— В суровых условиях живут мастера ратного труда, — сочувствующим тоном выдал полковник, перебираясь на водительское место. — Да, Сыч?

— Так точно, — подхватил я, доставая свой автомат и тоже выбираясь из салона. — Злые начальники заставляют их в ночное время шарахаться пешком по некомфортабельным пустырям. Это в наш-то век технического прогресса! Это вместо того, чтобы на бронированной технике…

— Вариант тот же, маршрут три, — пресек мои инсинуации полковник. — Вперед!

Мы с Джо послушно затрусили прочь от трассы, ориентируясь по мерцавшим где-то спереди огонькам периметра сталелитейного комбината и внимательно глядя под ноги. Вариант номер два — это пешком. Если бы Попцов поехал к себе на склад в дневное время, мы бы отслеживали его издали на машинах. Сами понимаете, такой способ наблюдения несравнимо комфортнее, нежели вариант номер два. Но все негодяи и представители спецслужб любят ночь — тут уж ничего не поделаешь.

Мы тут уже тренировались: за день до начала непрерывного сидения облазили окрестности и набили пять более-менее приличных маршрутов, имея в виду, что выдвигающийся в ночное время к складу супостат может периодически останавливаться и проверяться, используя ночной прибор. Поэтому следовало перемещаться короткими перебежками от одного естественного укрытия до другого поочередно: один бежит, второй непрерывно следит за движением объекта. Как только объект встал, все замирают и притворяются кучами мусора. Небольшими такими кучками, смутно различимыми даже в самый хороший ночной прибор. И не важно, что объект может остановиться для того, чтобы тривиально пописать, а проверяться и вовсе целью не имеет. В таком деле лучше переборщить, чем допустить хотя бы маленький ляпсус…

Огни медленно движущейся машины Попцова замерли на месте как раз в тот момент, когда я присел наблюдать — Джо трусцой припустил к очередной куче.

— Хоп! — тихо скомандовал я. Джо плюхнулся на брюхо и застыл, как камень.

Красные огоньки, остановившиеся прямо по курсу, мигнули и потускнели. Я мысленно чертыхнулся. До призрачно отсвечивающего впереди периметра сталелитейного комбината осталось совсем немного — каких-нибудь триста метров. Мог бы и не проверяться, вредный торговец смертью. Или действительно заподозрил неладное? Когда он возил сюда меня, насколько помню, вообще не проверялся. Или я просто не обратил внимания…

— Пропал, — прошептал залегший спереди зоркий Джо. — Может, все — приехал?

Я присмотрелся повнимательнее — действительно, красные огоньки «Ауди» пропали совсем. Представил себя на месте Попцова. Вот я останавливаю машину, достаю из чехла ночной прибор, выхожу из салона, включаю его, обозреваю окрестности… Так-так… А вот фонари гасить совсем необязательно. Достаточно отойти от машины на пару метров и не направлять объектив прибора на фары. Зачем погасил?

— Слушай! — скомандовал я Джо и, приложив к уху ладонь, повернулся боком к сталелитейному. В морозном вечернем воздухе прочно господствовал ровный гул оставшейся позади трассы. На его фоне невозможно было различить негромкий звук хорошо отлаженного мотора «Ауди». Достав из-за пазухи потертый бинокль, презентованный мне атаманом Литовской, я отрегулировал резкость по светящемуся периметру сталелитейного и принялся визуально шарить в том месте, где предположительно должен был находиться Попцов. Если смотрит в прибор, значит, будет слабенький зеленый отсвет. Пятнышко. Восклицательный знак для снайпера — вот он, конкурент. Нет, мы его сейчас снимать не собираемся, нам бы только обнаружить да зафиксировать место расположения.

Зеленого пятнышка не было. Зато я поймал в панораму хорошо различимое в отсветах периметра темное пятно, медленно удаляющееся куда-то влево. Ай да хитрый Поп! На ощупь движется, без фар. Мы теряем его! Барин и Север сейчас таким же макаром, что и мы, лежат себе и скучают — ждут, когда супостат зажжет огни и поедет.

— Твою мать, Попцов! — невольно вырвалось у меня. — Ты хитрее меня, что ли? Или это я такой весь перемудренный?

— Чего? — тревожным эхом отозвался Джо. — Ушел?

— Вперед! — скомандовал я, пряча бинокль за пазуху и устремляясь к сталелитейному. — Он и не думал проверяться! Он, сволочь, с потушенными огнями движется — на ощупь. Мы его теряем, Саша, мы его теряем!

— Дефибрилляция! — дурашливо забубнил Джо. — Разряд! Еще разряд! В операционную?

— Ты чего? — озаботился я. — Перевозбудился?

— «Скорая помощь», — пояснил Джо. — Сериал. Там они постоянно орут:

— «Мы его теряем, мы его теряем!», когда кто-то загибается. Не смотрел?

— Я вообще телевизор целый год почти не смотрел — как-то недосуг было, — сердито ответил я. — И замолкни — приближаемся к объекту…

Осторожно приблизившись к комбинату, мы с Джо прилипли к высокому забору и медленно подъехали к распахнутым настежь воротам, одна из створок которых была безнадежно погнута чем-то крайне тяжелым — танком, например, или, на худой конец, бульдозером. А не торгует ли Попцов танками? — мелькнула на миг абсурдная мысль. Да нет, не должен. На вид парень скромный, манией величия вроде не страдает. Ну, разве что пару-тройку толкнул по случаю…

Присев за погнутой створкой, заглянули краем глаза во двор. Периметр в этом месте был освещен примерно так же, как пригородное шоссе — на три положенных фонаря одна действующая лампочка. Интерьер двора разнообразием не отличался и в оперативном отношении навевал мрачное уныние. Длиннющий ряд складских корпусов, ангары, боксы — в общем, куча разнообразных запертых дверей. На весь трехсотметровый участок двора имелись два галогенных светильника, висевших над дверями складских помещений. Мрак, одним словом, — пойди поищи. И не забудь, между прочим, что супостат в техническом отношении не стеснен и вполне может пришпандорить неподалеку от своего схрона пару промышленных телевизионных установок.

— Ну, слава яйцам! — облегченно выдохнул Джо, выглядывая из-за моего плеча. — И на этом спасибо.

Да, одно светлое пятно на фоне всего этого беспросветного оперативного уныния — «Ауди» Попцова была здесь. Стояла довольно далеко от ворот, в тени складских помещений. А еще дальше, метрах в пятидесяти, в ограждении комбината имелся солидный пролом. Вернее будет сказать — вывалень. Целый блок отсутствовал в заборе — вывалился. И очень возможно, что «Ауди» заехала не в ворота, а именно через этот вывалень.

— Двадцать восемь дверей, — поделился своими наблюдениями математически грамотный Джо. — Двустворчатые за одну считал. Ну и куда этот хмырь нырнул?

В самом деле: наличие «Ауди» никоим образом не давало ответа на вопрос Джо. Куда этот хмырь нырнул? Если бы я отнесся чуть попроще к оценке оперативных способностей поднадзорного и мы с Джо не валялись бы как последние идиоты на пустыре, ожидая, когда объект закончит «проверяться», вполне возможно, что сейчас никаких вопросов не возникло бы.