по 50 иен каждая, и ему доверили три экземпляра. Две книги он уже продал, а последняя была пока у него, но и она была продана, и он должен был отдать ее на следующий день в обмен на деньги. Утияма осторожно вытащил из шкафа тонкую книгу в 92 страницы, напечатанную на японской бумаге. На обложке был наклеен листок с написанным на нем вполне подходящим названием «Энханроку» («Блеск и обиды»).
Муцуо прочитал это с восхищением. Там были подробно описаны сексуальные игры Сады и Исиды. Сада также рассказывала судье о гениталиях Исиды, которые она в конце концов отрезала.
– Интересно? – спросил Утияма.
– Да, – ответил Муцуо, не отрывая взгляда от книги.
Он был в полной прострации.
– Это подлинная вещь, точная копия, – сказал Утияма.
– Я тоже так думаю. Это не кое-как скопировали. Сколько это стоит? – спросил Муцуо. – Она ведь действительно дорогая, не как другие непристойные книги.
– Всего пятьдеся иен.
– Пятьдесят иен? – Муцуо был искренне поражен этой цифрой.
Пятьдесят иен были ошеломляющей суммой. Муцуо немного подумал.
– Хорошо, Утияма, ты продашь ее мне? – сказал он.
На этот раз настала очередь Утиямы удивляться.
– Ты хочешь ее купить?
– Именно.
– И у тебя есть такие деньги?
– Сейчас нет. Но я пришлю их тебе из дома. Продай ее мне. Пока заплачу столько, сколько есть с собой.
Муцуо достал из бумажника купюру в десять иен и положил ее на стол.
Утияма удивился. Он не ожидал, что Муцуо так увлечется Садой Абэ. Книга, конечно, любопытная, но прочитать ее достаточно один раз. Он даже представить не мог человека, который готов был бы заплатить дикую сумму в 50 иен за то, чтобы ей владеть. За такие деньги можно пятьдесят раз заполучить настоящую женщину.
– Прости, Тои, но у меня уже есть на нее покупатель. Если она когда-нибудь снова мне попадется, тогда уж продам тебе.
Услышав это, Муцуо ужасно расстроился. Утияме стало его немного жаль.
– Ты действительно так сильно хочешь эту книгу? – спросил он.
– Конечно хочу. Даже за такие деньги.
– Почему бы тебе ее не переписать?
– Переписать, говоришь?
– Сделай это сейчас. Я отдаю ее покупателю завтра, так что у тебя достаточно времени, чтобы скопировать.
– Это здорово. А можно? – Лицо Муцуо оживилось.
А у Утиямы возникла отличная идея.
– Ну, я не могу просто так разрешить – в конце концов, это такая ценная вещь. Так что надо заплатить за копирование.
Муцуо погладил десятииеновую купюру, которую только что вынул из своего бумажника.
– Просто переписать обойдется мне в 10 иен? – осторожно спросил Муцуо.
– Не нравится – не надо.
Когда Утияма это сказал, лицо Муцуо сразу же посерьезнело, и он решился.
– Хорошо, если ты действительно так решил, пусть так и будет. Я сбегаю купить где-нибудь тетрадь, – сказал Муцуо и быстро встал.
Очень уж ему понравилось содержание этой книги.
Муцуо купил в канцелярском магазине тетрадь для учеников начальной школы. Вернувшись в комнату Утиямы, он сразу же начал переписывать «Энханроку». Однако какой бы тонкой ни была книга, переписать все за одну ночь казалось нереальным. Муцуо быстро это сообразил и начал переписывать в первую очередь показания, касающиеся секса и убийства. А остальное он решил копировать настолько, насколько позволит время.
Просидев всю ночь, он не успел переписать все. Тем не менее Муцуо, казалось, был очень доволен, сказав, что дело стоит десяти иен.
Глава 10
1
Хотя Муцуо Тои посещал молодежные вечеринки еще со времени учебы в школе, он никогда не поддерживал отношений с деревенской молодежью. Поэтому его ночные визиты не были следствием пагубного влияния молодежной тусовки. Сексуальные приключения Муцуо были совсем иного рода. Его развитый интеллект, да и страх перед болезнями, побудили его избрать более мягкий вариант.
Расскажу по порядку. Первой деревенской женщиной, с которой Муцуо вступил в связь, была Кимиэ Сэра. В первый раз они встретились в 1936 году, когда ей было тридцать три года. Она была внебрачным ребенком Тоси Имамуры, жившей в той же деревне. Тоси растила двоих детей: Кимиэ и ее старшего брата Сюдзи.
Кимиэ была идеальной женщиной для Муцуо, чтобы сделать первый шаг. На молодежных вечеринках о ней часто рассказывали. Многие парни в деревне пытались сделать вид, что у них есть отношения с Кимиэ. Хотя и не особенно красивая, она была миниатюрной, светлокожей, имела хорошую фигуру и приятное лицо. Мужчинам она нравилась. Немного портили ее нехватка интеллекта и привычка воровать мелкие вещи. Одним словом, она имела репутацию жадной женщины, готовой сразу дать в обмен на деньги или подарок.
У Кимиэ и ее мужа, крестьянина Тамоцу Сэра, было трое сыновей – 13-летний Масао, Мамору девяти лет и Сабуро шести. Весной 1936 года Кимиэ, ведя Сабуро за руку, пришла в дом Тои, чтобы забрать плату за электричество. В это время Инэ не было дома, а Муцуо лежал один на татами.
Когда она сказал ему, что пришла забрать деньги за свет, Муцуо внезапно встал и заговорил с ней:
– Мне скучно, может, поболтаем немного?
Она согласилась и села.
– Слушай, парень, раз в поле ты не ходишь, чем тогда занимаешься? – спросила Кимиэ.
В деревне еще никто не знал о туберкулезном плеврите Муцуо.
– Учусь, – сказал Муцуо.
Всем было известно, что Муцуо – самый лучший ученик в деревне и бессменный староста класса.
– Я собираюсь сдать экзамен «сэнкэн».
Муцуо уже отбросил эту мысль, но он солгал, чтобы лучше выглядеть в глазах Кимиэ, которая училась неважно.
– Да ты гений, – сказала она.
– Тебе не нужны деньги? – внезапно спросил Муцуо.
– Очень нужны, я ведь за ними и пришла, – сказал Кимиэ.
– Я не об этом. Я про карманные деньги, – сказал Муцуо.
Когда Кимиэ оглянулась, чтобы понять, о чем он говорит, Муцуо покраснел и посмотрел вниз.
– Что ты имеешь в виду? – спросила Кимиэ.
– Тут столько накопилось, удержу нет.
– Ты о чем?
– Сама не понимаешь? – сказал Муцуо, указывая на переднюю часть своих штанов.
– Почему ты это мне говоришь? – спросила Кимиэ, сообразив, что он имеет в виду.
– Потому что ты как раз годишься, – ответил Муцуо.
Эта фраза могла означать «потому что ты красивая».
Кимиэ на самом деле могла выглядеть очаровательно – это зависело от выражения лица.
– Сколько дашь? – спросила Кимиэ.
– У меня сейчас больше нет, – сказал Муцуо, вытаскивая из кармана 50 сэн и показывая их Кимиэ.
Она на мгновение замолчала, словно размышляя, и взглянула на лицо Сабуро, которого держала за руку.
– Пожалуйста, – сказал Муцуо.
Кимиэ задумалась:
– Сейчас нельзя,
