— Возьмите. — Он протянул свою визитную карточку. На ее обороте я заметил написанные от руки имя и видеофонный номер. — Смитти — надежный парень. Я ему позвоню, договорюсь, чтобы завтра утром вас отвез. Идите домой, выспитесь. И едой запаситесь дня на три. Думаю, в этот срок уложитесь.
Я кивнул.
— А девчонку не берите. Не верю я ей, что бы вы с Фицпатриком ни говорили. Учтите, нет у нас права на ошибку. Ошибка — это смерть. Сейчас все зависит от того, сделаем мы, что задумали, или не сделаем. Должны сделать. Во что бы то ни стало.
ГЛАВА 29
Гостиничный бой подогнал к парадному спидер; садясь в него, я был готов обнаружить на заднем сиденье парочку костоломов из АНБ. Но, видимо, день выдался удачный.
Я полетел к «Ритцу». Неимоверная усталость и тревога состязались с азартом и жгучим любопытством. Мэллою не помешало бы хоть чуть-чуть представлять себе, какую ношу он взваливает на плечи своих друзей. Если бы не его проклятая одержимость, летающая тарелка (если она действительно существует) простояла бы еще сотню, а может, и тысячу лет, и никто бы ее не нашел. Возможно, человечество исчезло бы с лица земли, так и не обнаружив инопланетный звездолет. А теперь мы собираемся достать из мешка представителя семейства кошачьих. И готов поспорить, он гораздо больше будет смахивать на саблезубого тигра, чем на безобидного домашнего мурлыку. Как ни крути, Уитт прав. Если на борту корабля хранится антиводород, от него нужно избавиться. Без таких подарков Земля прекрасно обходилась и сейчас обойдется.
И вот я вновь у себя в офисе. Не могу вспомнить, доводилось мне когда-нибудь так выматываться. Завтра я лечу в Перу — надо помочь с поиском и уничтожением инопланетного корабля. Такое событие, безусловно, стоит торжественного завещания благодарным потомкам. Увы одна только мысль об этом выжала последние капли энергии из моего изношенного сорокавосьмилетнего тела. Я на негнущихся ногах прошел в спальню — и застыл как вкопанный.
На моей кровати возлежала Реган. Ее кремовая кожа просвечивала сквозь тончайший шелк пеньюара. О Господи! Ну почему именно сейчас?! Я вовсе не был уверен, что и на этот раз сумею устоять перед ее чарами.
Я прислонился к дверному косяку и закурил сигарету.
— Полагаю, ты уже посидела на моем стуле и съела мою кашу.
Реган томно смотрела на меня. Ее глаза сияли.
— Что-то ты долго. Я уж боялась, что придется начать без тебя. Надеюсь, ты не в обиде. Я решила: уж если ждать, так с комфортом. А здесь очень даже уютно.
— Оно и видно.
Она все время шевелилась. И не старалась, чтобы это выглядело благопристойно.
— Сколько времени у тебя уходит на сигарету?
— А ты разве торопишься?
— Какой догадливый.
Я подошел к ней и потушил окурок в пепельнице на прикроватном столике. Реган провела ладонью по покрывалу, внимательно следя, за каждым моим движением. От нее исходил жар, как от космического челнока при возвращении в атмосферу. Я шагнул назад и окинул взором самую соблазнительную женщину в мире.
— Реган, скажи, ты всегда получаешь то, что хочешь?
— Только если на самом деле хочу.
Ее учащенное дыхание оказалось заразительным. Я без малейших усилий повернулся, пересек спальню, снял пальто и шляпу. Придерживаясь за платяной шкаф, оглянулся на Реган.
— Я всегда плохо понимал женщин. Тебя не затруднит объяснить, что тут происходит?
— Только не говори, что никогда еще этим не занимался.
— Да нет, занимался разок… сам с собой. Потом было стыдно и мокро.
Реган чарующе улыбнулась.
— Ну, иди ко мне, малыш.
Я пересек спальню в обратном направлении и опустился на краешек постели. Реган приподнялась и расслабила петлю моего галстука.
— Если мы собираемся заняться этим вместе, я должна знать, что ты никуда не сбежишь.
— Хочу тебя предупредить: в колледже я прогулял все занятия по этике.
Пальцы Реган неторопливо погладили мне ухо и зарылись в волосы.
— Я могу обучить новым фокусам даже старую цирковую собаку.
— Не сомневаюсь.
Ее лицо было совсем рядом с моим, взгляд не отрывался от моих губ.
— Тэкс, дай мне слово. Поклянись, что не бросишь меня, что будешь со мной до конца.
— Реган, в Перу я тебя не возьму.
— Ты можешь получить и меня, и все, о чем когда-нибудь мечтал. Только за то, что возьмешь меня с собой.
В тот момент я мечтал лишь об одном. Я стоял на краю бездны, из-под ног выскальзывали камешки и пропадали без звука. Внезапно перед мысленным взором появилось лицо женщины. Челси.
Я встал и отступил от кровати. Реган смотрела на меня, ее лицо исказилось от стыда.
— Тэкс, не смей этого делать! Я уже потеряла отца. Я не хочу потерять тебя!
Она меняла тактику на ходу. Неужели ей и раньше попадались мужчины, способные выдержать ее «атаку в неглиже»? В это слабо верилось. Как бы то ни было, она припасла в рукаве и другие козыри.
— Реган, ты мне очень нравишься. И не думай, пожалуйста, будто мне все равно, что с тобой может случиться. Мне не все равно. Беда в том, что ты, кажется, заставляешь меня выбирать между тобой и тем, что я должен сделать.
Реган снова пошла на приступ:
— Так ты на стороне этих болтливых старцев? Черт побери, Тэкс, что с тобой творится? Я способна дать тебе все! Могу любить тебя так, как никто не любил! Я неважно разбираюсь в антиматерии и не очень поняла, что там наговорил отец, но знаю: его открытие стоит огромных денег. И эти деньги достанутся нам.
— Я не хочу с тобой спорить. Думаешь, легко отказывать такой женщине, как ты?
Реган спрыгнула с кровати, подхватила одежду со стула и смерчем пронеслась мимо меня. Я проводил ее взглядом.
Возле двери она обернулась:
— Тэкс, ты проиграл!! А ведь мог бы получить все!! — С этим прощальным выстрелом она распахнула дверь и исчезла в ночи.
ГЛАВА 30
Обещанного Уиттом пилота звали Смитти. Вопросов он не задавал. Более того, он вообще не имел привычки открывать рот без крайней необходимости. Меня это вполне устраивало.
Закинув мой рюкзачок на заднее сиденье «аватары», Смитти буркнул, что там еще есть свободное место, можно дрыхнуть. Я охотно поймал его на слове. Вероятно, Уитт подробно объяснил ему, куда лететь. Я перебрался на заднее сиденье и, едва мы взлетели, провалился во мглу беспамятства.
Не знаю, сколько часов я провел в отключке. Когда продрал глаза, увидел Смитти он по-прежнему неподвижно, точно статуя, восседал за штурвалом. Я перелез на пассажирское сиденье и достал пачку сигарет.
— Ты не против?
К счастью, он кивнул. Я откинулся на спинку сиденья и, глядя в окно, глубоко затянулся. Мы летели высоко — мне еще ни разу не доводилось так подниматься на спидере. Впрочем, «аватара» — спидер необычный. Внизу стелился океан.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
