Я поднялся на ноги и ощупал себя. Вроде бы все кости целы. Я отряхнул брюки и беспечно произнес;
— До чего же приятно встретить такого человека в таком месте.
— Вполне согласна.
— И давно ты здесь сидишь?
— Нет. Только что прилетела. Точь-в-точь, как ты. Ничего не сломал?
— Похоже, ничего. Правда, маленько ушибся. — Я подошел к Реган и сел. — Надеюсь, я не нарушу приличий, если поинтересуюсь, чем ты здесь занимаешься?
Сказать, что в ее глазах отразилось негодование, — значит, не сказать ничего.
— Ну конечно, я, как пай-девочка, должна была ждать в гостинице! Ты уж извини, но не в моих привычках позволять, чтобы за меня решали другие. Как только я сообразила, что ты меня надул, заказала чартер. И вот я здесь.
Я достал «Лаки». Должно быть, именно пачка спасла меня от переломов — сигарета напоминала палочку от эскимо.
— И как же тебе удалось меня опередить?
— Возможно, пилот достался порасторопней. А может, я вылетела раньше тебя.
Я глотнул табачного дыма и предложил затянуться Реган. Она взяла, явно не собираясь отдавать. Я разыскал еще одну уцелевшую сигарету и закурил.
— Ну а все-таки, зачем ты прилетела?
Реган курила, глядя в одну точку. Через минуту она повернулась ко мне.
— Я поняла, что от тебя проку не будет. Ты связался со старыми придурками. Господи, да что они понимают? Мой отец совершил величайшее открытие, способное изменить судьбу мира, а они твердят: опасно, надо избавиться… Хоть бы задумались о том, сколько денег можно выручить! За один только антиводород АНБ заплатит миллиарды!
Сделав последнюю затяжку, Реган щелчком отбросила окурок. От нее исходили почти осязаемые волны злости. А я глядел в прекрасное лицо и не мог понять, почему она так упорно не желает видеть дальше собственного носа.
— Да, ты права. За этот корабль можно получить кучу денег.
— Вот именно! Почему же мы должны…
— Потому что иначе нельзя. Ты сама слышала, что сказали Уитт и Фицпатрик. Мы не готовы к такому подарку. Мы сами себя уничтожим.
— А если не уничтожим? Какое мы имеем право решать за все человечество? С чего ты взял, что суровый урок не пошел ему на пользу? В руках таких людей, как мой отец, инопланетная наука — это ключ к возможностям, о которых мы пока даже мечтать не смеем!
— Видишь ли, Реган, вся беда в том, что опасные вещи всегда попадают в опасные руки. Это закон природы. Таких людей, как твой отец, на свете слишком мало. Мы не вправе рисковать.
Реган молча смотрела в потолок. Через несколько минут она встала и отряхнулась.
— Давай лучше поищем выход.
Я тоже встал. Видимо, мы исчерпали тему, хотя я вовсе не был уверен, что убедил Реган. Но это уже не имело значения. Жребий был брошен.
Я обошел зал по кругу. Ни единого отверстия в стене, кроме окна под самым потолком и темного квадрата, из которого мы с Реган вылетели. Может, найдется потайная дверь или люк, вроде того, в который я провалился наверху?
Статуя в центре зала достигала пятнадцати футов в высоту — что-то подобное я видел в уфологических изданиях, на рисунках и фотографиях памятников древним космонавтам. Лицо типично детское, невыразительное, но большие глаза, нимб вокруг головы и диковинное одеяние придают изваянию таинственный, если не сказать зловещий, вид. На полу вокруг статуи — резной узор, на равном расстоянии от нее и друг от друга — четыре камня идеальной кубической формы. Я подошел к одному из них и хорошенько рассмотрел. Затем разгреб помет вокруг камня и убедился, что куб не лежит на полу, а выступает из него. Я попробовал его поднять, но он даже не шелохнулся. Однако едва я встал на камень, он утонул целиком. Напрашивалась догадка, что это неспроста. Я поочередно забрался на остальные камни. Под моей тяжестью каждый из них погружался до уровня пола, а стоило сойти с него, поднимался на прежнюю высоту.
— Эй, Тэкс, ну-ка, взгляни.
Пока я возился с камнями, Реган очистила узор под статуей от мусора и теперь показывала на четыре изображения неземных существ — стройных, с длинными конечностями, большими глазами, без носов и ртов. У всех были подняты руки и запрокинуты головы. Похоже, каждое из этих созданий указывало на одну из сторон света. А еще они указывали на кубы, и я решил, что это вовсе не случайно. Возможно, рисунок намекал, как отсюда выбраться.
Я снова постоял на каждом из камней, затем, не сходя с одного из них, велел Реган встать на другой.
Никакого эффекта. Может, надо утопить разом все четыре? А вдруг мы добьемся вовсе не того результата, какого хотим? Вдруг мы приведем в действие смертельную ловушку?
Черт побери, все равно деваться некуда. Надо найти два тяжелых предмета. Я порылся в рюкзачке Реган и извлек туристский топорик. Конечно, его веса недостаточно, но, может быть, с его помощью удастся отколоть от статуи несколько кусков?
Я довольно долго калечил статую, зато разжился грудой довольно крупных обломков. Я накладывал их на кубические камни, пока те не сравнялись с полом. Затем велел Реган встать на третий и, набрав полную грудь воздуха, вскочил на последний.
Сначала ничего не происходило. Через несколько секунд все кругом затряслось, и я со страхом увидел, как стена пошла вниз. Реган вертела головой — она не могла понять, что происходит. Я вдруг сообразил, что это не стена тонет, а поднимается весь пол. Мы уже были на полпути к освещенному солнцем окну. Может, сойти с камня? Нет, лучше не рисковать. Я крикнул Реган, чтобы стояла на месте. Быстро приближался потолок. Когда между полом и окном осталось примерно шесть футов, я сошел с камня. Реган тоже шагнула в сторону, но пол непоколебимо двигался вверх. Оставалось лишь надеяться, что нас не пронесет мимо окна и не расплющит.
Как только пол поравнялся с нижним краем окна, дрожь утихла. Движение прекратилось так резко, что мы не удержались на ногах. Я встал и помог Реган подняться. В нескольких шагах от нас виднелся проем выхода, а за ним — небо.
Реган крепко ухватилась за мою руку. Мы направились к проему, вышли из зала. Секунд за двадцать мои глаза мало-мальски привыкли к яркому свету. Оказалось, что мы стоим на скале, на широком уступе. Далеко внизу начинался и уходил к горизонту зеленый ковер джунглей.
Услышав возглас, я повернулся и проследил за взглядом Реган.
В пятидесяти футах левее, под толщей переплетенных лиан, стоял космический корабль.
ГЛАВА 31
Добрую минуту мы не шевелились. Корабль был довольно большой — в длину не меньше семидесяти футов и все десять в высоту. С нашего наблюдательного пункта он казался треугольным: впрочем, я бы не взялся в тот момент судить о его форме. Так или иначе, на бумеранг он не походил, в отличие от своего розвиллского собрата. Металлический корпус поблескивал на солнце. Я разглядел под лианами несколько черных пятен в корпусе — должно быть, иллюминаторы. Все они были закрыты.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
