— Ну и?..
— Если вражеские формирования не изменят векторы тяги, то… через 17:35:04… 17:35:03… 17:35:02…
— Да рожай уже, блин! — не выдержал я.
— Через семнадцать с небольшим часов Ульи выйдут на дистанцию поражения плазменным оружием, ещё через четверть часа — гравитационным, а ещё через семь минут — термическим, мсье.
— Где это произойдёт⁈ — выдохнули мы с Эмилией чуть ли ни хором.
— Вывести в «дополненную реальность», сяньшэн? — опередил своего «отпрыска» Лиу Цзяо.
— Обязательно! — рявкнул я. И сразу посмурнел: — Да чего их всех к аномалиям тянет⁈ Мёдом, что ли, намазано⁈
— Взгляни на это с другой стороны, дорогой, — успокаивающе накрыла Милли мою ладонь своей, — зато оттуда они до Гессионы не достанут!
— Хм… пожалуй, это даже обнадёживает, душа моя! — благодарно кивнул я зазнобе. — Но зато возникает другая проблема…
— Боишься за станцию? — удивлённо вздёрнула брови Эмилия. — Так она же внутри «пузыря»! Что ей гексы сделают⁈
— Понятия не имею, но наверняка что-то поганое! — заверил я. — И ты ошиблась. Речь сейчас не о станции.
— А о чём тогда⁈
— Скорее, о ком, — вздохнул я. И перевёл взгляд на возникшую в «дополненной реальности» иконку вызова: — А вот, кстати, и он!
— Тэнфэй⁈ А я о нём и забыла уже…
— А я нет, — сообщил я собеседнице. — И потому был гружёный. Сейчас будет что-то интересное. Постарайся сильно не отсвечивать, душа моя.
— Хорошо, дорогой, — покладисто согласилась Милли.
Но я её уже не слушал, успев подтвердить приём и перевести вопросительный взгляд на подозрительно бесстрастную физиономию Цзяна Тэнфэя:
— Ну что? Определились?
— Если бы! — поджал губы Цзян. Такое ощущение, что с трудом при этом сдержав крепкое ругательство. — У меня к тебе другой вопрос, Елагин. Видишь, что вокруг творится?
— Допустим, — не стал я излишне конкретизировать.
— И что собираешься делать? — выдержал мой испытующий взгляд Тэнфэй.
— А ты с какой целью интересуешься, Тэнфэй-сяньшэн? Неужто решил предложить сотрудничество?
Блин, улыбка скорее кривоватой получилась, нежели циничной, как я намеревался.
— Опять ёрничаешь! — укоризненно покосился на меня Цзян. — Нашёл время! Я, вообще-то, серьёзно спрашиваю.
— Что, на начальство надежды никакой? — посочувствовал я.
— Без комментариев! — поморщился вайгожэнь. — Считай, что совет кланов — моя, и только моя, проблема. А здесь и сейчас давай работать вместе. Ты и я. Без посторонних.
— Это будет зависеть… — сделал я вид, что задумался.
— От чего? — напрягся Цзян.
— От твоего поведения! — ухмыльнулся я. — Для начала давай-ка, дружок, выкладывай: что сказало начальство?
— Мне приказали действовать по остановке, — страдальчески скривился Тэнфэй.
Такое ощущение, что целый стручок жгучего перца только что сожрал. Впрочем, от таких указаний и у меня бы острое несварение желудка моментально приключилось. Потому что, по сути, руководство только что официально назначила Цзяна «стрелочником». Или, как говорили предки, козлом отпущения. С этого мгновения и до разрешения ситуации — любым способом — вся ответственность целиком и полностью лежит на Тэнфэе. И даже если он угадает с действиями, его, скорее всего, по-тихому грохнут, предварительно отсыпав положенную порцию почестей. Потому что в таких делах лишние свидетели, тем более, такие высокопоставленные, никому не нужны. Ну а если не угадает, то тогда его грохнут прилюдно, с позором, да ещё и как-нибудь затейливо. Короче, куда ни кинь, всюду клин. Похоже, придётся его, кхм, брать под крылышко. Момент этому весьма благоприятствует. Другой вопрос, что нам потом с целой кучей кораблей с экипажами-перебежчиками делать? По-любому у альянса к нам претензии возникнут по этому поводу. С другой стороны, а не пофиг ли? Претензией больше, претензией меньше — мы и не заметим. Н-да. Как минимум повод задуматься.
— Сочувствую, друг мой, — не очень искренне погоревал я чужой беде. — А про гексов они что думают? Ты ж им наверняка наябедничал, да и картинку переслал?
— Гексы их и напугали, — нехотя признался Цзян. — А я ведь почти дожал! Ну почему всегда вот так, через одно место⁈
Ты гляди-ка, опять на путунхуа сбился к концу фразы! Видимо, это у него такой индикатор раздрая чувств. Учтём на будущее. Ну а пока, чтобы Тэнфэй лишний раз мысль не терял, пожалуй, тоже стоит перейти на родной язык вайгожэнь. Мне несложно, а ему приятно. Наверное.
— Именно факт их появления? — уточнил я. — Или какие-то ещё… признаки?
— Они не ответили на запрос.
Хм… и здесь ничего нового. Нас они тоже проигнорировали. Но мы для них чужие, а альянс — верные союзники. По крайней мере, были таковыми до недавнего времени.
— А вы все каналы задействовали? — позанудствовал я ещё немного.
— Все, какие только знаем! — заверил Тэнфэй. — И никакой реакции.
— А раньше уже такое было?
— Нет, всегда хоть что-то, но отвечали, — помотал головой мой собеседник. — Хотя бы в общих чертах говорили, что нам делать. А сейчас — ни слова!
— Может, просто не успели ещё? — предположил я.
— А ты, Елагин, думаешь, что мы с ними записками обмениваемся через тайники⁈ — горько хмыкнул Цзян. — Есть у нас и экстренные способы! И ни один не сработал!
— То есть ты тоже пытался? — пытливо прищурился я.
— Много раз! Бесполезно! — в сердцах грохнул Тэнфэй кулаком по подлокотнику кресла. — Такое ощущение, что нас тоже списали!
— Тоже? — удивлённо вздёрнул я бровь.
— Как и вас! — отрезал Цзян. И снова перешёл на росский: — Так что давай, друг мой Елагин-сяньшэн, думать, как нам из этой задницы выбираться.
— Уверен насчёт задницы? — спросил я почти спокойно. Ну а чего? Сам уже примерно к такому же выводу пришёл. — Думаешь, всем несладко будет?
— Ну, если мои навигаторы не ошиблись, и Ульи устроят бойню в расчётной точке, то до Гессионы может и не дотянутся, — на миг задумался Тэнфэй. — Но, если судить по тем данным, что у нас есть про инцидент в «золотом треугольнике», пространство они тряхнут так, что это обязательно отразится на балансе центров масс внутри системы. Моментально эффект от этого не проявится, но, боюсь, в относительно близкой перспективе вам придётся с Гессионы убираться. И чем быстрее вы к этому начнёте готовиться, тем больше людей успеете спасти.
— Спасибо, блин! Обнадёжил!
— Не суетись, Елагин-сяньшэн, у тебя и твоего клана время ещё есть, — типа «успокоил» меня Цзян. — А вот мы тут в ловушке, и можем не успеть.
— То есть ты согласен принять мою помощь? — с трудом, но абстрагировался я от мрачного пророчества собеседника. — Уверен, что не хочешь отсидеться в аномалии?
— Я ни в чём не уверен, Елагин! — отрезал Тэнфэй. — Но у меня такое чувство, что аномалия ещё преподнесёт нам сюрпризы. Особенно если гексы начнут в ближайших окрестностях из гравиорудий палить.
— Ли? — с намёком позвал я, даже не посчитав нужным скрываться от Цзяна.
— Есть довольно высокая вероятность, что аномалия среагирует на гравитационное воздействие, Ван-сяньшэн, — незамедлительно отозвался «мини-гекс». — Возможно как смещение её равновесия относительно основного центра масс системы, так и уменьшение в размерах вплоть до полного схлопывания.
— Слышал? — снова перевёл я взгляд на предводителя вайгожэнь.
— Давай договариваться, — тяжко вздохнул тот.
— Давай, — кивнул я. И добавил безо всякого злорадства: — Но, боюсь, мои условия тебе не понравятся.
— А у меня есть другой выход? — в который уже раз скривился Цзян.
— Выход есть всегда, Тэнфэй-сяньшэн, — усмехнулся я. — Даже когда тебя сожрали, у тебя их целых два!
— Ладно, добивай меня! — окончательно смирился с поражением мой собеседник. — Имеешь право. Переиграл по всем пунктам.
— Значит, так! — начал я, вперив в Тэнфэя — вернее, его изображение — жёсткий взгляд. — Первое, оно же основное: на Гессиону я вас не пущу. Даже не проси. Силовую завесу мы убирать не будем, особенно в свете тех перспектив, что ты описал. Да и нечего практически полнокровному боевому соединению на нашем домашнем мире делать. Поэтому вариант укрыться у вас ровно один — пояс астероидов. Как только выходите из «пузыря», сразу же мчитесь туда что есть мочи. Думаю, у вас это выйдет минимум втрое быстрее, чем у гексов, вам строй держать не нужно. Опять же, чем сильнее рассредоточитесь, тем выше вероятность, что хоть кто-то уцелеет.
