философии. Такими категориями я не мыслю. Если вы хотите ответ, опишите какую конкретную цель и что за средства вы сейчас имеете в виду. Только тогда я могу сказать, стоят они друг друга, или нет.
– Хорошо, спрошу иначе. Насколько жестким или даже жестоким оправданно быть государю?
– Достаточно жестоким. Но при этом не следует ни в коем случае перегибать палку просто так, без нужды. Применять насилие надлежит лишь при необходимости. Лучше в начале своего правления вселить в подданных благоговейный страх перед своей силой, несколькими жесткими точечными ударами уничтожив основных врагов. Потом, с годами, можно понемногу отпускать вожжи, иногда демонстрировать доброту и щедрость. Тогда народ государя будет и уважать, и любить.
– И все-таки, что эффективнее для власти – любовь или страх народа? Кнут или пряник?
– Страх, конечно, более действенное оружие, чем любовь. Любовь по своему определению легковесна и непостоянна. Сегодня народ любит вас, завтра ему еще больше понравится ваш соперник. Страх, но основанный на уважении, а не на тайной ненависти – наилучшая основа власти.
– Чему правителям следует уделять особое внимание?
– Я бы хотел ответить, что благоденствию и счастью своего народа, но это не так. Народ безусловно не должен голодать, и хорошо, когда страна живет немного богаче соседей. Но и слишком высокое благосостояние граждан, безусловно, вредно. Тогда они почувствуют себя свободными, и могут решить, что правитель им и вовсе не нужен. Посему самое пристальное внимание государь должен уделять организации и финансированию сильной армии. Во все времена сила государства равнялась мощи его войска. Важно при этом, чтобы армия состояла из граждан своей страны, а не союзников-соседей или иностранных наемников. Наемники разбегутся при первой тяжелой битве, а солдаты союзников со временем захватят ваше же государство. И то, и другое много раз происходило в истории Италии, в том числе – за последнее столетие.
– Но если войны столь важны, то как определить, с кем стоит воевать, а с кем нет?
– За годы практики я заметил любопытный парадокс. Все страны делятся на две категории. Одни – слабые и плохо организованные. Их легко покорить, но ими крайне трудно потом управлять, ибо в них не на что и не на кого опереться. Другие наоборот крепкие – с ними крайне тяжело воевать. Но зато после победы достаточно поставить во главе надежного наместника, и они будут послушно подчиняться тебе многие десятилетия. Таким образом, разумнее воевать со вторыми, сильными.
– Все ли на самом деле зависит от правильности политики и решений государя? Или многое, несмотря ни на что, остается на волю случая?
– Это один из самых тяжелых вопросов в политике. Правда в том, что вы можете быть блистательным государем, поступать исключительно разумно, но волею судьбы все равно продержаться на троне недолго. Величайшие правители всех времен – Александр Македонский и Юлий Цезарь. Оба ушли из жизни в расцвете лет. Первый из-за неизвестной болезни, второй – из-за нелепого заговора, у которого даже не было шансов на успех. Но убийство в Сенате все же состоялось из-за роковой цепи случайностей. Таким образом, я оцениваю зависимость удачного правления от разумной политики государя и слепой случайности как примерно равную.
– Как бы вы кратко описали идеального властителя?
– Все люди, подданные – по своей природе скорее дурны, глупы и слабы, чем наоборот. Великий государь должен силой власти принуждать их к добродетели, просвещать их, делать надежными защитниками своей власти от внешних угроз. Он должен быть всемогущим львом и хитрой лисицей одновременно. Тогда он сможет успешно править в течение всей своей жизни и передать власть по наследству.
Наш разговор с Макиавелли мог бы длиться еще долго, но наступила уже глубокая ночь, и мне давно уже следовало покинуть крепость. Главное послание я приберег на конец беседы.
– Мое поручение от герцога Лоренцо II Медичи состоит в том, чтобы понять, стоит ли даровать вам свободу. Дело в том, что в связи с праздником восхождения его брата на высочайший папский престол, он подписал указ об амнистии политических узников Флоренции. Но с условием. За каждого освобожденного требуется немедленно внести в казну города тысячу дукатов – крупную сумму, которой, как я навел справки, вы не располагаете (что, кстати, лишний раз доказывает тот факт, что вы – единственный из чиновников Флоренции, за многие годы не бравший взяток). Лоренцо, которому я прямо подчиняюсь, сказал, что готов внести за вас эти деньги в казну из своего кармана, но только если вы окажетесь ему полезны. После нашей беседы я готов похлопотать за вас. Я также прикажу тюремщикам больше не пытать вас, и до выздоровления тщательно обрабатывать ваши раны.
Спустя несколько недель Никколо Макиавелли был освобожден. Однако взлета в его судьбе за этим так и не последовало. С новым правителем Флоренции они не сошлись характерами, тот так и не посчитал его ценным советником, после чего первый в истории человечества политолог пару лет прожил с семьей в глухой провинции. Там он оформил свои идеи в книгу «Государь». Вернувшись во Флоренцию, он преподнес эту работу в дар правителю, который ее даже не открыл, а самого Макиавелли вместо должности главного советника назначил придворным библиотекарем. В этом качестве на склоне лет тот написал еще немало ценных трудов на разные темы – от истории Флоренции и древнего Рима до театральных пьес. Он умер в возрасте около шестидесяти лет бедным, всеми забытым рядовым флорентийцем.
Как это нередко бывает, огромная слава к Макиавелли пришла посмертно. Найденная кем-то на библиотечных полках книга «Государь» была издана через год после его ухода из жизни, и сразу стала невероятно популярной и обсуждаемой не только в Италии, но и во всей Европе. На протяжении столетий ее то проклинали за цинизм и запрещали, то вновь «реабилитировали». В современную нам эпоху эта работа стала настольной книгой тиранов и диктаторов по всему миру.
Главный парадокс наследия Макиавелли в том, что его имя и образ для миллионов людей стали синонимами хитрости, двуличия, гимном достижения своих целей любыми способами, невзирая на мораль и интересы других. При этом реальный Макиавелли скорее был честным романтиком и пламенным патриотом Флоренции и Италии, который просто впервые в истории осмелился написать в подробностях, каким образом на самом деле работает власть и делается почти всякая «большая политика».
Остается лишь с сожалением признать, что и сегодня в принципах политики изменилось немногое.
Глава 20
Дорога к звездам (Николай Коперник)
Место: Фромборк, Польша
Время: 1516 год
Этот уголок, как
