Так свихнувшийся меняла тщательно обустраивает лавку, отказавшись от барыша.
Смешно, но это помогло. Вскоре, посетив геенну, Цвях уловил слабый привкус лаванды. Потом — еще раз. И еще. Самого демания он не видел, но это уже было дело техники. Главное, нащупать ниточку. Пойманный и обузданный, деманий не должен погибнуть. Наивно ждать, что с первой попытки ты ухватишь «детеныша» Яноша Кручека. Охотник не любил, когда малознакомые люди звали его Фартом, зная: истинный фарт ему заменяют мастерство и подготовка. Отловив демания, надо отследить истинного «родителя», провести ряд опытов, нащупать ниточки соответствий — прежде чем заняться лечением малыша Янека.
Ловить демания венатор решил классическим методом: снаружи.
Смущала трудность с Именем. Лаванда давала побочное звучание, стержень бессмыслицы добавлял структуру интервалов, но в целом Имя демона оставалось загадкой. Ничего, ученику Гарпагона Угрюмца не впервой тащить инфернала, основываясь на косвенных данных. Подсечем, подведем сетку… Здесь Фортунат столкнулся со второй трудностью. В обычном состоянии, находясь снаружи и проницая маной Преисподнюю, он опять терял чутье к лаванде. Наличие цели сбивало нюх.
Оставалось последнее. Согласиться на акцию СоБеЗа, и во время проведения, насквозь пропитавшись бессмысленностью идиотского покушения… Рискнуть, надеясь, что чутье не оставит тебя.
— Ничего не делай без меня, — сказал охотник Матиасу. — Я скоро вернусь.
— Хорошо, — скупо ответил приват-демонолог.
— Ты не станешь делать глупости?
— Нет.
Яношу Кручеку тогда исполнилось двенадцать лет.
CAPUT XII
«Цари, рабы, в руках судьбы мы все мечтаем: „Если бы…“ — и дышим ядом грез…»
Свеча догорела.
Отчаянно замигав в агонии, фитиль угас. К красильной вони, пропитавшей комнату, подметался легкий запах гари и горячего воска. Загляни кто-нибудь сейчас в апартаменты Андреа Мускулюса, он смог бы, прищурясь, различить два смутных силуэта. Два сугроба густого, как кисель, мрака. Вот левый сугроб слегка подтаял. В тишине громко забулькало: Фортунат наполнил кружку квасом. Всю ночь проговорить — у кого угодно во рту пересохнет!
— Я тянул наобум, коллега. Допахивает безумием, не находите? Это и было безумие. Выстроенное в систему. Знакомая шутка, правда?!
…Ткань Тварного мира пошла рябью. Расступилась зияющей раной: плоть под лезвием ножа. Сочась сукровицей, открыла темный андрон, проход в княжество Нижней Мамы. Фортунат Цвях раздвоился: оставаясь на лесной поляне, он душой скользил вниз по андрону, впитывая миазмы Преисподней. Лаванда! Поисковое щупальце ринулось на запах. Бессмысленность скользила рядом, ободряюще подмигивая. Ближе, ближе… Есть! Щупальце захлестнулось вокруг жертвы. Врешь, не уйдешь!.. Ушел. Ничего, и не таких вытаскивали. Отрастим-ка присоски, как у морского зверя спрута… Ага, попался, голубчик! Добыча показалась заметно крупнее, чем предполагалось. Аромат лаванды буквально пропитывал тварь. Формируя Имя на ходу, охотник наращивал хватку. Вот так, за ушко да на солнышко.
Поглядим, каков ты, деманий шмагии?
Глазам магов-заговорщиков предстало дивное зрелище. Облик извлеченного наружу демона расплывался, мерцал, все время меняясь — пока не сформировался в чушь собачью. В кольце нимбус-факелов стояла девочка лет восьми, дергая подол желтого платьица!
— И это твой демон?! Ну, знаешь…
— Коллега, извольте закрыть рот. Я работаю.
Разумеется, девочка была коренным деманием. Облик?
Ерунда. Тварям геенны личину сменить — что человеку другую шапку нахлобучить. Правда, облик весьма своеобычен для демона. Считываем профиль, специализацию… Ха! Демон с магическим даром! Теория Кручека блестяще подтверждена опытным путем. Способности демонов — врожденные, как кожа у хамелеона или яд у кобры. Маной они не обладают, наподобие шмагов, к чародейству не приспособлены…
Выходит, слом, инвертирован переходом из геенны на земной диск, дает в итоге реально действующую магию?
Смотрим угол наклонностей… Мама твоя Нижняя, крошка-одуванчик! Цвях чудесно помнил 2-й Постулат Верума Непогрешимого. «Изменить Судьбу невозможно. Ибо силы, движущие Судьбой, и силы, используемые в Высокой Науке, равно как в любых других делах человеческих, никоим образом не взаимодействуют между собой». До сих пор «Постулатика» Верума сохраняла значение в полном объеме, за что великий аксиомат и получил прозвище Непогрешимого. Но демон, если верить спектру его ауры, взаимодействовал именно с Судьбой. Этого не могло быть, так же, как «шмагия» не могла в Тварном мире обрести реальную силу.
Минус на минус дал плюс. Прошу любить и не жаловаться.
— Судари коллеги, перед нами Судьбокрут.
Дурацкое словцо как нельзя более подходило твари в кольце факелов.
— Не надо крутить пальцем у виска. Я в здравом уме и трезвой памяти. Если моя квалификация что-нибудь да значит, я утверждаю: это дитя способно издали дотянуться до Эдварда II, изменив судьбу Его Величества. Приступим?
Втайне Фортунат от всей души желал, чтобы заговорщики сочли за благо покинуть скорбного рассудком товарища с его никчемным демонишкой. Однако Судьбе было угодно распорядиться иначе. Видимо, бессмысленность деяний накладывает на человека определенную печать.
Коллеги, на свою беду, не избежали заразы безумия.
— Приступим, — согласились они.
— В дальнейшей потехе вы принимали непосредственное участие, мастер Андреа. И своими глазами видели результаты действий Судьбокрута. Работу шмагии в преломлении. Если бы не вы с Просперо…
Фортунат помолчал, глядя в окно.
Ночная темень светлела. В зябкой мути порхали розовые перья зари.
— На самом деле я рад провалу заговора. Лично я ничего не имею против Его Величества. Хорошо, что Эдвард II остался жив. Когда вы накрыли лес «черным днем», а мастер дальнего боя Просперо снес защиту… Знаете, с нами Судьбокрут не церемонился, не то что с королем. Там он работал из-под палки, а тут рвался на свободу. Понимал, сволочь: просто так уйти ему не дадут. Вам не хуже меня известно: действие чар, кроме узконаправленных когерентных заклинаний, обратно пропорционально квадрату расстояния. Со шмагией, в ее реализованном виде, эффект аналогичен. Мы находились рядом, деманий был изрядно зол на ловцов…
— Что именно он сделал?
— Полагаю, скрутил наши судьбы в жгут. Прошлое, настоящее и будущее, все варианты сразу. Перетасовал, как колоду карт. Только у Сэптимуса с Элмером он еще и спрессовал судьбу в одной точке континуума: здесь и сейчас. Ничье тело не выдержало бы такого насилия…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
