— Иди ты к черту! — пробормотала старуха и отвернулась, чтобы уйти, но тут же повернулась обратно. — И держись до конца вечера подальше от своей жены, если не научился до сих пор держать себя в руках.
Прошла большая половина вечера, ужин, прибытие и убытие королевы, официальное объявление о женитьбе и полторы бутылки шампанского, прежде чем Девлин почувствовал, что может наконец без особого риска приблизиться к своей жене, не становясь в глазах гостей третий раз ослом в продолжение одного бала.
Но прежде чем он смог подойти к ней, Девлин заметил другую женщину, которая каким-то непостижимым чудом умудрилась весь вечер остаться незамеченной. Вместо того, чтобы идти искать Меган, он направился к Сабрине Ричардсон и довольно бесцеремонно вырвал ее из небольшого кружка близких друзей, пригласив на танец и отведя в самую середину залы.
— Я говорил твоему брату, что, если еще хоть раз увижу тебя, сверну тебе шею. Разве он тебя не предупреждал?
Сабрина подняла на герцога округлившиеся глаза, но, видимо, была напугана не до самой крайности.
— Да, но мне необходимо было прийти, Девлин… Чтобы попросить прощения… Я должна была попросить прощения.
— Ты должна мне гораздо больше, чем просто просьбу о прощении, — холодно сказал он. — Почему бы не начать с того, что ты должна сказать мне правду?
— Просто я хотела стать герцогиней, а в округе кроме тебя не было другого молодого и неженатого герцога.
— Проклятье!
— Ты сам хотел услышать правду, — защищаясь, возразила она. — Мне остается только извиниться за то, что она оказалась так проста.
— Ребенок был?
— Нет, — тихо ответила Сабрина и залилась краской.
— А ты сказала об этом Фредди?
Сабрина кивнула.
— Когда он сообщил мне, что ты женился на другой.
— Надеюсь, он крепко всыпал тебе.
Краска стыда разлилась у нее по всему лицу.
— Да…
— В таком случае он может считать себя прощенным. Ты — другое дело. У меня до сих пор есть желание засветить тебе в ухо.
— Не будь брюзгой, Девлин. У тебя же все нормально, да? Фредди говорит, что не будь нас, ты не познакомился бы никогда с твоей женой. — Девлин не желал признавать справедливость этого факта, но Сабрина не обратила внимания на его гримасу и продолжала: — Сначала я думала, что она мне не понравится, что я невзлюблю ее, но все получилось по-другому. Кстати, ты знаешь, что Фредди влюбился в нее?
— Так я и поверил!
— Он сам сказал.
— Так я и поверил тому, что он сказал! — Девлин посмотрел в ту сторону, где была Меган, чтобы узнать, не ошивается ли там поблизости Фредди. — Черт, давно надо было послать к нему секундантов!
Глава 44
Логика подсказывала Меган, что сразу же после официального объявления о том, что она выходит замуж, ее оставят большинство поклонников. Однако, как выяснилось, логика не имела ко всему этому никакого отношения, так как никто ее не оставил. Наоборот, картина приняла теперь более пикантный оттенок: симпатичные, но безнравственные юнцы и повесы еще плотнее обступили ее, так как решили, что теперь, когда она стала замужней женщиной, как раз и настало самое время для соблазнения.
Меган думала сейчас, что ей очень повезло, что она не наталкивалась на людей такого сорта раньше. И хотя на нее посыпался целый ворох предложений самого разного рода, от любопытных до вульгарных, молодой герцогине удалось удержать себя в руках до самого конца и отклонить все эти предложения, не устраивая громких сцен.
Кроме того, Меган наслаждалась собой больше, чем ожидала, и думала, что в основном обязана этим бурному всплеску чувств, который в начале вечера продемонстрировал ее Девлин. Теперь у нее не оставалось никаких сомнений относительно причины того, что он хотел утащить ее из залы: просто Девлин горел желанием заниматься с ней любовью. И это в самом разгаре бала! Это грозило бы обернуться мощным скандалом. А сама выходка совершенно была не к лицу ее мужу, как герцогу, но была вполне в стиле Девлина-конюха.
Меган всегда таинственно улыбалась самой себе, когда думала об этом. А думала она об этом всякий раз, когда се ищущий взгляд останавливался на Девлине. Меган любила часами смотреть на Девлина. Особенно по ночам. И ее не заботило то, что, когда он переходил от одной группы гостей к другой, за ним тянулись всегда одни и те же женщины. И она не беспокоилась, когда он танцевал с другими женщинами, и когда они по-девичьи хихикали, флиртуя с ним. И все потому что как-то ей (совершенно случайно) удалось узнать, что герцогу отвратительны хихикающие женщины. Она также знала, что Девлин хочет ее, а вовсе не тех женщин. В течение всего вечера Меган ловила на себе его взгляды, которые лучше всяких слов убеждали ее в смысле его желаний.
Однако молодой герцогине становилось немного не по себе, когда она вспоминала о том, что этим вечером должна наконец сделать ему признание. Она и не ждала от Девлина того, что он сможет сразу ответить на ее чувства столь же горячо, но она готова была подождать, вооружившись надеждой. Относительно же другой части признания, то Меган думала, что герцог воспримет все мягче… Ведь она любит его…
— Да вы весь вечер только и принимаете поздравления, как я погляжу.
Меган повернулась к говорящей и увидела перед собой красивую блондинку со светло-серыми глазами. Меган даже стало немножко неловко перед незнакомкой за то, что у нее самой очень яркий цвет глаз.
— Да, но в такой день принято поздравлять, — проговорила она недоуменно.
— А я хотела бы выразить вам, в отличие от прочих, соболезнование. Самое искреннее.
— Простите, я вас не понимаю…
Женщина засмеялась. Неприятно, как-то ломано…
— Вы не знаете, кто я такая?
— А разве я должна это знать?
— Ну конечно. Меня зовут Марианна Этчисон. Я та самая женщина, которую отверг у алтаря ваш муж. Всего несколько месяцев тому назад.
Меган оцепенела. Она смотрела на незнакомку широко раскрытыми глазами и не могла произнести ни звука. Наконец к ним подошел какой-то джентльмен.
— Насколько мне известно, графиня, — сказал он прохладно, — вы никогда не приближались к алтарю. Припомните хорошенько: Ротстон расторг отношения с вами, когда дело еще не зашло так далеко.
— Тогда советую и вам припомнить, что он заставил меня ждать десять лет! — Марианна едва не накинулась на мужчину, посмевшего возразить ей. — Десять потерянных лет!
Меган была слишком потрясена для того, чтобы хоть что-нибудь сказать. Горечь Марианны была для Меган почти осязаемой. Десять лет?! Боже правый! Девлин был обручен с этой женщиной в течение десяти лет?! Почему же никто до сих пор не рассказал ей об этом?! Ведь судя по словам этого джентльмена, данный факт из жизни Девлина ни для кого не был секретом.
