— С твоим-то списком гостей… Мы с Тайлером даже испугались, что в Шерринг Кросс комнат на всех не хватит. Если честно, Мег, то я сомневаюсь, что сегодня в Лондоне остался хоть один приличный человек.
Меган рассмеялась.
— Уж от тебя-то я никак не ожидала сомнений относительно достаточности комнат в этом доме! Кстати, не волнуйся. Прежде чем уехать в Лондон, я приготовила одну комнату исключительно для твоего пользования. Тебе ее уже показали?
— Ты имеешь в виду тот крохотный склеп внизу? Да, я была там. Служанка сейчас развешивает там мое бальное платье. Кстати, а где твое? Мне не терпится увидеть, что же ты решила надеть по случаю такого большого праздника?
Меган прошла в свой будуар, где лежало ее бальное платье. Оно было великолепно, но Меган не могла пробудить в себе обычного по такому случаю восторга: она не привыкла к экстравагантности, которая требовалась именно для этого бала. Старая герцогиня, догадываясь о чувствах Меган по отношению к платью, волновалась. Глазам Тифани открылся изумительный наряд: роскошное и вместе с тем элегантное платье из шелка цвета сапфира и слоновой кости; лиф расшит жемчугом, жемчужные нити и на шлейфе платья; небольшой венок из белых роз приколот сбоку к собранной в оборки юбке.
— О, Боже! Похоже, ты будешь выглядеть в нем как принцесса! — воскликнула Тифани.
— Нет, всего лишь как герцогиня.
Тифани удивленно взглянула на подругу: ее слова прозвучали довольно удрученно. Впрочем, она тут же догадалась о причине.
— Ты все еще не решилась рассказать Девлину, да?
— Сегодня расскажу.
— И ты мучаешься этим весь день, — уверенно заключила Тифани и снова оказалась права.
Меган слабо улыбнулась.
— Мучаюсь.
— Тогда отложи разговор до другого дня! У тебя и так сейчас много хлопот, чтобы терзаться еще и этим…
— Что вы тут собираетесь откладывать? — спросила, появляясь в будуаре, Люсинда.
Меган сделала попытку уйти от ответа и сама спросила:
— Девлин уже приехал?
— Только что. И уже успел мне надоесть. Стоило мне забыть одну вещь, так он… А, ладно! Надо было ему все-таки отослать список приглашенных на бал.
— Зачем? Или вы пригласили кого-нибудь, кто ему не нравится?
— Это было неизбежно, но дело не в этом. Дело все в том, что эту ночь он провел в конюшне.
— Ты шутишь! — не веря своим ушам, проговорила Меган.
— А я говорю, в конюшне, — вздохнула старая герцогиня. — Сначала он попытал счастья в трех гостиницах, но ни в одной из них не нашлось свободной комнатки. А час, по его разумению, был слишком поздний, чтобы навязываться на ночлег к знакомым. Если бы он выехал из Лондона всего на часок раньше — проблемы бы не было. Хотя, с другой стороны, как сказать… Он просто не ожидал такого наплыва, хотя я никак не могу понять, почему он этого не ожидал. Последний бал мы проводили, насколько мне помнится, лет десять назад, но он все равно отлично знал, что балы в Сент-Джеймсе всегда отличались грандиозностью и размахом! Особенно, когда мы сами этим занимаемся.
Меган вспомнила, что и она до сих пор не видела списка гостей. Поэтому спросила:
— А сколько народу мы пригласили?
— Около шестисот человек. Думаю, никто не откажется. Нужно учитывать еще несколько тех, кого я забыла внести в список и кто своим появлением сделает мне упрек в том, что я о них забыла.
Наступила продолжительная тишина. Названная цифра оглушила. Наконец Тифани произнесла:
— Хорошо еще, что в Шерринг Кросс две смежные бальные залы.
— Я изумлена, — страшным шепотом отозвалась Меган. — Я и представить себе не могла, что когда-нибудь потребуется вторая зала…
Герцогиня сделала вид, что не заметила того изумления, причиной которому были ее слова. Она любила устраивать сюрпризы. Именно поэтому старуха не указала в пригласительных открытках повод бала. Даже самым своим близким подругам она не рассказала о женитьбе Девлина. Знала об этом только ее сестра Маргарет, но герцогине удалось заставить ее не распускать слухи, что было довольно трудно проделать с такой говорушкой.
— Да, и еще чуть было не забыла, — сказала Люсинда, передавая Меган ларец с драгоценностями. — Девлину пришлось напомнить мне открыть этот фамильный склеп. Хотя я не понимаю, почему он решил, что к твоему платью больше всего подойдут рубины.
Меган прекрасно понимала. Она засмеялась при мысли о том, что ей придется красоваться в розовом. У Люсинды еще была целая куча вопросов к Меган. Она хотела бы расспросить ее и об этом смехе, но, переборов себя, лишь предложила:
— Дорогая моя, тебе, наверное, хочется вздремнуть.
С этими словами старая герцогиня повернулась, чтобы уйти.
Но Меган пока еще была лишь на полпути к нервной истерике и не теряла над собой контроль, поэтому она крикнула вслед бабушке:
— Неужели правда, что будет королева?
— Конечно, — донесся до нее ответ из коридора.
— Конечно! — простонала Меган.
Глава 43
— Господи, бабушка! Либо ты наконец сделаешь заявление, либо ты станешь свидетельницей того, как герцог Ротстон учинит неприличный скандал!
Люсинда с подозрением покосилась на внука, потом поискала взглядом Меган. Та стояла на другом конце залы и ее едва было видно — настолько плотно она была окружена молодыми людьми.
— Ох, Дев, ну что ты говоришь, — с упреком вздохнула она. — Бал только начался. А для того, чтобы увести ее из той толпы, вовсе не требуется учинять скандала, достаточно пригласить ее на танец. Это допустимо, понимаешь?
— Нет уж, вряд ли приглашения на танец будет достаточно, — сурово промычал Девлин, однако решительно направился в сторону Меган.
Глядя ему вслед, старая герцогиня качала головой. Она не знала, что Девлин решился сделать заявление самостоятельно. И она услышала его. Она не могла не слышать его, как и большинство гостей, так как герцог сознательно сказал свои слова во весь голос:
— Прошу прощения, джентльмены, но я хотел бы потанцевать со своей женой.
А те, кто не слышал этих слов, в течение минуты все узнали от своих соседей. Герцогиня тяжко вздохнула. Еще минуту назад она была чуть ли не единственной посвященной в этот радостный секрет. Но в следующий момент она улыбнулась самой себе. Да, ее сюрприз провалился, но все равно лучше и получиться не могло. Что же касается Девлина, то мальчик определенно весь позеленел от безумной ревности, и только слепой не смог бы этого увидеть.
Исключением среди присутствующих была одна Меган. Она расценила вмешательство Девлина (да еще в такой форме) грубостью, но не догадалась, что она была продиктована ревностью. Девушка настолько привыкла к восхищению и вниманию со стороны мужчин, что не заметила ничего необычного в том, что, едва она спустилась в залу из своих комнат, как ее окружили молодые люди. Просто на балу присутствовало много мужчин, значит, много и тех, кто хотел бы увидеть ее, познакомиться с ней. А что тут такого?..
