цепочке.
Судя по тому, как преобразившаяся партнёрша по свиданию стала себя вести, приняв зеркальные меры, она не только прочитала мои мысли, но и желала того же. Естественно, по отношению ко мне.
«Лицемерка», — сказал ей взглядом, спросив вслух о здоровье.
«Ты сдохнешь раньше, кобель. Что, страшно стало?» — ответила тем же невербальным способом, вслух поблагодарив за беспокойство, сообщив, что прекрасно себя чувствует.
Наша незримая схватка продолжилась под всё ускоряющийся темп барабанного боя.
— А с вами, Мацумото-сан, всё хорошо? Что-то вы бледно выглядите, — проявила заботу и внимание к партнёру.
— Спасибо. Всё в порядке. Это моя естественная, благородная бледность. В этом году я довольно много работал. — «Не дождёшься, ведьма. Я ещё станцую на твоих похоронах, женившись на твоей внучке.»
— Как интересно. А чем вы занимаетесь? — «Или я на твоих. Что всё эти женщины от тебя хотят?»
— Работаю в крупной компании, — далее принялся громко расхваливать компанию Теннояма, слегка повернув голову в сторону Накамуры-сан, — «Не твоё дело!»
— О, это замечательно, — презрительно улыбнулась соседка, — люблю самостоятельных мужчин. Может, что-нибудь уже закажем? Как насчёт королевских омаров? Пробовали их раньше? Это вкусно, поверьте, — «Нищеброд. Откажешься — пожалуюсь на твою скупость. Согласишься — заставлю сожрать десяток и выставлю голодным дикарём. Будешь капризничать — назову обманщиком.»
— Благодарю…
— Мива-сан, — заметив чужие взгляды, она благожелательно улыбнулась и, про себя, но для меня, добавила, — «И не мечтай.»
— Благодарю, Мива-сан, — признательно кивнул. — Советую ничего не заказывать. Если только чашечку чаю. Я планировал пригласить вас пройти со мной в одно укромное место. Хочу кое-что показать. Не стоит перед этим наедаться, — «Да кому ты сдалась? Даже с доплатой не возьму, рыба старая.»
У неё дёрнулась бровь и сжались пальцы. То есть, сравнение с ведьмой её устроило, а тут сразу ручки зачесались. Похоже, эта атака достигла своей цели. Воображаемая катана располосовала ей рукав кимоно.
«Не засиживайся. Давай заканчивать этот цирк и расходиться», — продолжил наше «милое» общение.
— Очень интересно. Я уже хочу это увидеть, но давай ещё чуть-чуть посидим. Куда нам спешить? — «Не так быстро. Ты у меня будешь страдать, псина! Нашёл на кого поднимать голос. Команды ещё не было.»
В моей руке хрустнули сломавшиеся палочки для еды. Нагината, описав полукруг, оставила на наплечнике моего доспеха глубокую борозду. Её контратака тоже была успешной. Похоже, мы потихоньку приноравливаемся к битве, отыскивая слабости своего противника.
«Я сейчас ногу подниму, сама сбежишь!»
«Фу, как грубо. Собачьи привычки берут верх над человеческими? Косточку кинуть?»
Несколько увлёкшись, мы забыли, что нужно параллельно проговаривать вслух безобидный текст для любопытных слушательниц.
— Я бы всё-таки что-нибудь заказала, — настояла она на своём, сыграв каприз.
— Хорошо, Мива-сан, что-нибудь закажите, — позволил, нанеся катаной восходящий удар. — Только себе, а я, пожалуй, воздержусь. Не хочу испортить сюрприз. Кроме того, не переживайте, я за всё заплачу, если, конечно, это не доставит вам чувство неловкости. Всё же в этом ресторане цены довольно высокие, — проявил о ней заботу, интонациями намекнув на то, что у неё мало денег и много наглости.
В этот раз у Мивы дёрнулась щека, на мгновение показав белоснежный, верхний правый клык. На доспехе этой онна-бугэйся, женщины воина, до-мару, появилась бороздка.
Как показывали опросы, большинство японок, особенно молодых, предпочитали, чтобы за них на первом свидании платил парень, а вот парни считали, что их подруги должны покрыть хотя бы символические 20–30 % от ресторанного чека. Существовало и такое негласное правило, что основные блюда оплачивал парень, а десерты и напитки — девушка. Тех же женщин, которые предпочитали полностью переложить все расходы на плечи мужчин, последние считали бесчувственными, расчётливыми и скупыми. Впрочем, верно и обратное мнение. Поэтому чаще всего каждый платил сам за себя, подражая западной культуре.
Подозрительно довольная Токугава радостно захихикала в ладошку, делая вид, что не мои слова послужили этому причиной. Накамура и Такэути нахмурились, неодобрительно на меня посмотрев. Хаякава же осталась серьёзной, только кивнув каким-то своим мыслям. Вот поэтому я и хочу побыстрее отсюда свалить. Что ни скажи, обязательно найдётся тот, кому это придётся не по душе. Всем угодить не получится. Можно не обращать на них внимания, но мне это тоже припомнят. С текущей позиции нет удачных ходов.
Мива чуть зубами не заскрипела от злости, при этом посмотрев на мою шею. Немного подумав, она поблагодарила и… заказала несколько видов фруктового мороженого в самых больших ёмкостях, какие только нашлись. Партнёрша по свиданию, скорее всего, намеревалась попробовать каждого вида по чуть-чуть, тянув время до моего посинения, чтобы потом вынудить помочь расправиться с холодным лакомством, жалуясь, что ей неохота его выкидывать. Типа не будь букой, попробуй, составь компанию, не вредничай. Исходя из принципа, а вдруг я и правда простужусь, если такой умный. Должно же ей сегодня повезти. Одна из японских поговорок гласит: «Дураки не болеют». Поэтому, даже если я не чихну, ей всё равно найдётся чем меня уязвить.
Лишить девушку мороженого — это подло, прочитал в глазах окружающих. Конечно же, я позволил ей веселиться и ни в чём себе не отказывать. Сам же, достав телефон, под предлогом важного дела срочно принялся строчить сообщение недавно добавленному в контакты знакомому, прося вернуть услугу.
Раздолбай и повеса, на моё счастье, Сацуки Эйго влетел в ресторан словно Бэтмен на вечеринку панков-подрывников, устроенную в мэрии Готэм-сити по случаю Хэллоуина. Преисполненный надеждами и предвкушениями, он уже придумал «гениальный» план, надёжный, как швейцарские часы. Беря пример с меня, парень уверенным шагом подошёл к нашему столику, держа в руках полный стакан Кока-колы. Так получилось, что появился он со спины Мивы и не видел её лица до самого последнего момента. Наигранно запнувшись, с фальшивым испугом произнеся, — простите, Сацуки собрался облить мою партнёршу по свиданию. Вот только женщина резко обернулась на шум и мгновенно побледневший смертник, скорректировавший план буквально на ходу, пролил газировку на себя, всё же удержавшись на ногах. Да что там удержавшись, он тут же развернулся и с похвальной скоростью скрылся в обратном направлении, на прощание буркнув что-то вроде, — простите, извините, сам дурак. Похоже, Готэм-сити в этой вселенной обречён.
«Что это было?», — подумав об этом, я ошеломлённо переглянулся с Мивой.
