Читаем без скачивания Песня для Корби - Эгис Румит

Корби молчал. Комар бросил кроссовок на пол. Звук падения вышел глухим и слабым, потонул в ватной тишине звукопоглощающих стен.

— А теперь, — сказал Комар, — выходит, что мы все еще друзья, раз ты вернул мне мои шмотки. Ты ходил с окровавленным ножом в моем кармане. И я начинаю париться.

— Ты знаешь обо всем, что случилось, — ответил Корби. — Погиб мой одноклассник. Его убили какие-то люди. А мы трое это видели.

Он обернулся и показал на своих друзей.

— Потом убили моего деда, — добавил Корби. — Это главные вещи.

— А Ане утром ты сказал другое, — напомнил Комар. — Про похищение, про сумасшедшего психиатра.

Корби стянул с головы кепку и бросил ее на стол. Алая прядь высвободилась и упала на лоб.

— Все это связано, — сказал он. — В ночь после смерти Андрея у меня поехала крыша. Дед нанял черного психиатра, и они не дали мне покончить с собой.

Ара тихо зазвенел тарелкой. Корби вдруг осознал, что черный брат до сих пор ничего не знал об этом.

— Потом я сбежал из отделения, — продолжал он. — Думал, что найду способ убить себя, когда никто не будет мне мешать. Но меня похитил сумасшедший отец погибшего мальчика.

— Карточка, — сказал Ара. Он встал из-за ударной установки, снова нечаянно звякнув тарелками, подошел к Корби и выложил в центр стола белый прямоугольник «West Wind».

— Да, — подтвердил Корби. — Помнишь, я тебе, Паше и Ане рассказывал, что было пари?

Комар кивнул. Он переводил сосредоточенный взгляд с Корби на его друзей и обратно.

— Это магнитный ключ, — сказал Корби. — То, что украл Андрей. Его отец — бизнесмен, работает в сфере строительства. Его люди отвезли меня в строящийся небоскреб в Москва-Сити, где все открывается такими же карточками.

— Зачем ты ему все это рассказываешь? — вдруг взорвался Ник.

Корби удивленно посмотрел на него.

— Кто он такой? — спросил Ник. — Какое он ко всему этому имеет отношение? К этой истории? К нам?

Комар подобрался. Наступила тишина.

— Ты вернул ему его одежду, — уже тише сказал Ник. — Ну и пойдем отсюда. Он не часть банды. И все это не его дело.

— Не мое? — негромко спросил Комар. — А по-моему, оно уже стало моим. Здесь могут быть два основания. Замешанность в истории. Она есть, потому что моя одежда в чьей-то крови. И личная заинтересованность в Корби. Она есть, потому что он мой друг уже десять лет. А сколько ты его знаешь? Четыре года?

— Хочешь посоревноваться, кто знает его лучше? — спросил Ник.

Ара переглянулся с Корби. Он казался испуганным.

— Это бессмысленный спор, — сказал Корби. — А Комар единственный человек, который может нам помочь. Нам больше некуда идти.

— Значит, вот почему ты вернулся? — спросил Комар.

Корби мгновенно осознал, как прозвучали его слова. Его руки вспотели.

— Вы все мои лучшие друзья, — сказал он.

Комар рассмеялся.

— Нет, — возразил он. — Так не бывает. Лучший друг может быть один. Ну, максимум два. Мы все твои друзья. Но не все лучшие.

Комар повернулся к Нику.

— Что ты знаешь о его жизни? — спросил он. — Он хоть что-то тебе рассказал про свое прошлое? Нет.

— Только потому, что я не спрашивал, — ответил Ник. Корби по-прежнему не мог понять, что с ним такое. Он иногда смотрел на Комара, но потом его взгляд отвлекался, а лицо искажалось, будто к нему подступали призраки.

— То есть, ничего, — подвел Комар. — Ничего ты про него не знаешь.

— Я знаю, что он жил эти четыре года в аду, — сказал Ник.

— Я знаю, как он резал вены, — ответил Комар, — а что ты об этом знаешь? Ведь это центр ада.

— Хватит! — закричал Ара. — Хватит его делить. Мы здесь не для того. Хватит сориться.

— Да? — переспросил Комар. — А для чего? Чтобы вместе целовать ему задницу? Нет уж, извини.

Корби вскочил и влепил ему пощечину. Она вышла звонкой и жесткой. Голова Комара мотнулась в сторону. Корби уронил стул, повернулся и пошел на Ника.

— А теперь ты! — крикнул он. — Бешеный! Успокойся. Будешь отвечать за все, что сказал.

Ник стоял неподвижно и смотрел то на него, то мимо. Корби до него не дошел. На нем сзади повис Ара, и они вместе повалились на пол. Комар по-прежнему сидел за столом. Его щека покраснела. Корби перестал вырываться.

— Отпусти меня, — попросил он.

Ара его отпустил.

— Вот что, — сказал Корби. — Мы примем Комара в банду.

Он встал с пола и посмотрел на Ника.

— Где здесь туалет? — неожиданно спросил Ник.

— Направо, прямо и налево, — глухо ответил Комар. — Там мальчик с девочкой нарисованы.

Он пошевелил челюстью и попробовал тронуть щеку кончиками пальцев. Корби поднял опрокинутый стул.

— Ник, ты вообще в порядке? — спросил Корби.

— Да. — Ник на мгновение зажмурился. — Я вернусь, мы с ним пожмем друг другу руки, — последние слова он сказал с напором, — и все будет нормально.

С этитми словами он вышел из комнаты.

— Ты сказал про банду? — переспросил Комар.

— Мы трое дали клятву стать лучшими, настоящими, не такими, как наши предки, — Корби взглянул на Ару. — Помнишь?

— Да, — ответил черный брат.

— Мне нравится, — сказал Комар.

Ара посмотрел на него.

— Ты говорил, что есть пиво, — напомнил он.

— Оно за ударной установкой, — ответил Комар. — Ты на нем практически сидел.

Ара принес четыре бутылки. Корби сел за стол и отодвинул все лишние вещи, так что посередине столешницы осталась только лампа и карточка Андрея в круге ее света.

— На чем я остановился? — спросил он.

— Отец твоего одноклассника — богатый перец, — напомнил Комар, — имеет какое-то отношению к небоскребу.

— Да, — подтвердил Корби. — У него личная служба охраны. Они поймали меня, отвезли к этому небоскребу, подняли на верхний этаж и угрожали сбросить с крыши, если я не расскажу, кто убил его сына. Но я не знал.

Он потер лоб, отбросил прядь.

— Отец Андрея оставил меня на крыше и сказал, что едет ловить моих друзей. Меня спас сумасшедший чувак, который поднимался на параплане с крыши соседнего небоскреба. Он прилетел и дал мне парашют, чтобы я мог спрыгнуть на землю.

— И потом тебя тащило за грузовиком? — спросил Ара.

— Да, и потом вы все знаете, — сказал Корби.

Комар кивнул.

— Ты приехал обхитрить жильцов из своей старой квартиры, — сказал он, — но они обхитрили тебя. Ты упал в обморок, и мы принесли тебя в Анину квартиру. Ты очнулся на следующий день, а через час стало известно, что у нас в подъезде порешили твоего деда.

— Потом я заново собрал банду. И мы убежали от полицейских, которые очень хотели с нами поговорить, — добавил Корби. — Здесь дело еще в том, что после смерти Андрея я стрелял в его убийц из пистолета, который украл у деда. С тех пор у меня проблемы с законом. Дед меня почти отмазал, но теперь его нет.