Да, это наша "Родина", только уже наши дни, когда ... - начала она, и вдруг возбуждённо затыкала пальцем в экран, - Что это? Почему? Тут написано не "Родина"! Тут написано "Кинотеатр Звезда"! Как это? Это что, поддельные фотографии? Я ведь не помню, чтобы наша "Родина" когда-то называлась "Звездой"! Не было такого!
Гектор лишь подсмеивался над её изумлением. Наконец, он спросил:
- Сдаёшься?
Маша сдалась.
- Это не наша "Родина" на снимках. На первом фото ты видела его копию - кинотеатр "Родина" в Москве, который строился по одному проекту с нашим, потому и трамваи на переднем фоне. А на второй фотографии - кинотеатр "Звезда" в Твери, построенный по тем же чертежам. Здорово, да?
- А я-то думала - что за фантастика! - засмеялась Маша, - Думала, нашу "Родину" переименовали - полвека назад была "Звездой", а теперь - "Родина"! Полвека назад - "Звезда", а теперь - "Родина". Полвека назад...
Маша вдруг застыла, уставилась в пространство и секунд десять, как мантру, повторяла эти два названия. А затем схватила Гектора за руку и бегом потянула за собой.
- Маша, ты что? Куда? - запищал тот, немало удивлённый результатом собственного розыгрыша.
- В офис! - только сказала она.
Через полчаса, с помощью попутного троллейбуса, оба входили в знакомую обоим дверь.
- Ты мне объяснишь уже, в чём дело? - уже заругался на неё Гектор, успевший за обоих поздороваться и с охранником, и с секретарём приёмной, и с бухгалтером, попавшимся на пути.
- В документе, который я читала в архиве управления спиритионики, - кратко ответила Маша, направляясь в свой кабинет, - было описание площадки и ещё кое-что. Это кое-что я сначала не приняла во внимание, а зря, очень зря.
- Про что ты говоришь?
Маша уже сидела за своим компьютером и искала в нём историю детской площадки Лунной базы. Истории детской площадки в файлах агентства не было - видно, это была слишком незначительная часть жизни межгалактического сообщества, документировать которую не было ни у кого ни времени, ни желания.
- Придётся идти и разбираться на месте, - устало выдохнула она, откинулась на кресле и, наконец, снизошла до Гектора:
- Там, в распоряжении, было написано: "Некоторое время назад, когда моей малышке Бренде исполнилось три года, я посетил удивительную детскую игровую площадку".
- И?
- Что и? Гектор, сколько лет сейчас его дочери Бренде?
- Ну, не знаю...
- Тогда давай заглянем в биографию Гордона!
Биография Вильгельма Гордона была в электронном виде, и была она доступна всем. Полминуты - и Маша с Гектором читали: "У Вильгельма Гордона было двое детей: сын Шон, родился двенадцатого января одна тысяча девятьсот шестьдесят девятого года, и Бренда, родилась шестого июня одна тысяча девятьсот семьдесят седьмого года. Жена мистера Гордона..."
Про жену Маша читать не стала.
- Она родилась в семьдесят седьмом году, значит, Гордон был у площадки примерно в восьмидесятом. Восьмидесятом! Пошли на площадку.
Она опять взяла его за руку и потащила в трансферную.
На площадке сидели и отдыхали три мамы и один папа.
- Добрый день! - обратилась Маша ко всем трём мамам сразу, - Подскажите, с кем-то из вас родители нянчились на этой площадке?
Все только покачали головами.
- Это Вам надо спрашивать у Фернандиты, она тут полбазы отнянчила, - сказала одна, в ярком жёлтом платье с горошком.
- Кто это, Фернандита?
- Это няня, ей уже под сотню лет, - сказала та, что в жёлтом с горошком, - Она уже не работает. Она тут работала ещё в допотопные времена, её еще наши деды, небось, помнят.
- А как её найти?
- Фернандиту-то? - задумалась та, что в жёлтом, и обратила вопросительные взгляды на двух других мам.
- Это надо в кадрах спрашивать, - ответила мама в форменной одежде базы, - я слышала, что её домой отправили в дом престарелых, или хоспис - как это там сейчас называется? Здесь за ней ухаживать некому было, база оплачивает земные услуги.
- Благодарю! - И Маша, зажав руку Гектора, потащила его за собой в кадры.
Беготня по инстанциям продолжалась полдня, и в итоге вечером взмыленная Маша стояла в хосписе португальского города Порту перед согбенной в три погибели старушкой.
Фернандиту очень порадовало, что кто-то из её прошлого вспомнил и посетил её - особенно то, что это такая молодая девочка и молодой мальчик. Машу же очень порадовало, что Фернандита была в своём уме и твёрдой памяти.
- Я на той площадке, моя маленькая Мэри, полжизни прожила, да, - отвечала она Маше, - все главные на базе моими руками, вот этими самыми, выращены, да... Раньше? Да, меняли площадку, причём несколько раз. Убрали карусели, которыми однажды сынку замдиректора по воспитательной работе до крови заехало.
Что ещё? Меняли покрытие, сделали такое мягкое и резиновое, потому что предыдущее часто рвалось. Единорогов этих при мне завезли. Не нравятся они мне, эти животные. Я с детьми никогда не играла в единорогов. Ещё? Да много что, не помню.
Да, трансферную башенку меняли. Нет, башенку-то не меняли. В другой цвет её красили, табличку меняли. Почему табличку меняли? Там, дочка, одно время скандал был - мятежная планета та оказалась. Сначала, говорили, отказались торговать с Галактической Федерацией по прежним ценам, потом оказалось, что пираты там своего выдвигают на выборах... Я, дочка, не особо-то понимаю во всей этой власти, я всё больше по детишкам...
А планету ту потом и выкинули из Федерации. Вот и перенесли ту, вторую часть площадки, на Альтаир. Тогда и табличку на площадке поменяли. Только зачем, спрашивается? Деткам-то какая разница, что там написано? Когда это было? Да недавно совсем, лет двадцать назад. Как же та планета-то называлась, дай бог памяти...
Маша сидела на корточках у инвалидного кресла старушки и молилась всем богам, чтобы память не подвела старушку и на этот раз. И боги оказались милостивы к Маше.
- Фелита-на-Веритате... Фелита-на-Веритате...- повторяла Маша заветные слова, чтобы не забыть. Созвездие Андромеды, звезда Веритате, планета Фелита. Вот что было написано на табличке трансферной кабинки, когда Вильгельм Гордон посетил детскую площадку. Вот что означает "почти точная копия" из документа.
И ещё один кусочек головоломки встал на место, когда она узнала историю смены таблички: с мятежными планетами Федерация не поддерживает контактов, и никакая информация о происходящем там не становится известной
