– Туда-сюда побежал, – Алешка махнул рукой в дальний конец улицы. – Далеко очень.
Сержант вскочил на ноги и, тяжело топая, помчался по дороге. Из здания милиции выскочили двое дежурных, расстегивая на бегу кобуры пистолетов.
– Вон он! – завизжал им Алешка. – Вон там! В калитку завернул!
Дежурные бросились вдогон.
Я заглянул в арбу.
– А дальше чего? – спросил немного ошалевший Гена.
– Через забор!
– Понял!
Гена вылез из арбы, вскочил на ее высокое колесо, оттуда – на забор. Обернулся:
– Это… Пацан, а зачем вы меня?..
– Мы тебя спутали, – пояснил подбежавший Алешка. – Не сажать же тебя обратно. Дуй к… – Он чуть было не сказал: «Дуй к своему Шварцу!»
Гена махнул рукой и рухнул с забора, прямо в собачий лай, который скоро затих вдали.
Мы тоже перелезли через забор, благо грозная собака умчалась за Геной, и другими улицами вернулись в гостиницу.
– Класс? – спросил Алешка, когда мы отдышались.
– Круто, – согласился я.
– Мы ничего не знаем, – предупредил меня Алешка. Хотя мог бы и не предупреждать. – Мы давно спим и видим мирные сны.
Не успели мы раздеться и нырнуть в кровати, как по окнам полоснул яркий свет – приехали родители.
Они вошли в номер тихонько, чтобы не разбудить нас. Только мама все время шепотом делилась с папой своими впечатлениями.
– Вот это музей! – с восторгом вздыхала она. – Чего в нем только нет. Больше, чем на любом рынке.
Папа хмыкнул, но тут ему стало не до смеха. По окнам вновь полоснули светом фары, и через секунду в нашу дверь постучали:
– Товарищ полковник! Побег!
– Иду, – вздохнул папа.
Утром нам жуть как не терпелось начать расспросы. Но ведь мы «ничего не знаем». Пришлось ждать, когда папа сам заговорит об этом.
Но он очень долго принимал душ, брился, умывался, чистил зубы и свой камуфляж. И наконец сел завтракать.
Мы пристроились рядом и смотрели ему в рот.
– Я сейчас подавлюсь, – не выдержал папа. – Вы что, не завтракали?
– Завтракали, – выручила нас мама. – Это они от любопытства глаза таращат. Расскажи им про музей. Им очень хочется.
Вот только не это!
– Какой там музей, – вздохнул папа, наливая себе кофе. – Мне и без музея не скучно.
– А что случилось? – спросил Алешка с участием. – Неприятности?
– Задержанный бежал из-под стражи. Приняли меры, объявили его в розыск, но пока без результата. Боюсь, что он где-то в степях затерялся.
– Так ему и надо! – безжалостно заявил Алешка. – Пусть его там шакалы съедят.
– Он сам почище всякого шакала, – сказал папа, вставая из-за стола.
– Как же он удрал? – удивилась мама.
– Я так толком и не понял. Говорят, у отделения какие-то близнецы вертелись. Возможно, сообщники. Сеня и Женя.
– Может, это наши геологи? – подсказал Алешка.
– Вряд ли, – вздохнул папа. – Те гораздо мельче были. А один из них был одет в приметную футболку – со скорпионом на груди.
– Как у нашего Алешки, – заметила мама. – А кстати, где твоя новая футболка? Почему ты опять в этом рванье?
– Да, почему? – спросил и папа.
– А у меня ее, кажется, украли на базаре, – начал выворачиваться Алешка.
– А ты даже и не заметил, – скептически ухмыльнулся папа, – как ее с тебя сняли? Да, Алексей?
Папа умеет, конечно, спрашивать. Но и Алешка умеет отвечать.
– Да она не на мне была, – терпеливо объяснил он. – Я ее снял и на прилавок положил.
– Это еще зачем? – грозно спросил папа.
Алешка виновато нахмурился, потупился. Пролепетал:
– Я ее продать хотел…
– Что?!
– Чтобы подарить маме замечательные южные розы. Как ты… – И он вскинул на папу свои огромные, прекрасные, чистые, мамины глаза.
– Солнышко ты мое, – умилилась мама. Чуть ли не до слез.
И тут уж папа безмолвно сдал свои позиции.
– Ничего, Ленечка, – утешила мама Алешку. – В Москве что-нибудь продашь.
– Только не телевизор, – буркнул побежденный папа. – И не мой парадный мундир.
…Позже мы узнали, что наш любимый Гена почти без потерь удрал от собаки, разыскал своих местных братков. Они снабдили его новой одеждой, деньгами и документами. Изменили его внешность: прилепили прозрачным скотчем уши, чтобы не очень торчали, и приклеили усы. Посадили на поезд.
Гена благополучно прибыл к дядюшке Шварцу и привез ему те самые сведения, которыми мы рассчитывали заманить этого жулика в ловушку, намного круче той, куда попались Шкорпион и его амбалы.
Глава XXII
Маленький сюрприз для г-на Шварца
В дороге папа был задумчив и рассеян. Все думал какую-то думу. И первые дни в Москве тоже не мог скрыть своей озабоченности.
А когда ему позвонили с работы и что-то сообщили, папа положил трубку и с горечью произнес:
– Так я и знал! Что-то такое чувствовал.
Он тут же стал перезванивать еще каким-то своим людям, даже в далекий Аральск. А мы с Алешкой нахально уселись напротив него на тахте и откровенно слушали все его разговоры, после которых папа все больше и больше мрачнел.
Скажу откровенно: мы не очень-то поняли, о чем шла речь. Тем более что слышали только папины реплики да такие мудреные для нормальных людей слова, как «транш», «тендер», «траст», «аукцион», «акции».
Но понять, что бандитский шеф Чернов давно затеял и недавно осуществил какую-то хитрую воровскую махинацию, нам удалось. Тем более что мы об этом и раньше немного догадывались.
За все это время он сумел организовать с помощью своих казахских друганов какое-то хитрое совместное предприятие по кличке «Варан» по разработке нефтяного месторождения. К тому же изменил свое подданство и стал господином Шварцем – гражданином одного европейского государства. И главой этого «Варана».
С помощью всяких хитростей и огромных взяток, на которые ушли все награбленные им раньше деньги, г-н Шварц добился права на изыскательские работы и дальнейшую разработку нефти. Местонахождение которой он особо оговорил во всех необходимых документах, подчеркнув, что его «специалисты» отметили это место специальными знаками.
То, что похищенные им ранее документы попали в руки милиции, Шварца не беспокоило. Его друзья-чиновники обещали затребовать их в распоряжение совместного предприятия «Варан».
Таким образом бывший крупный жулик Чернов стал крупным предпринимателем. И, учитывая мировые цены на нефть, был уверен, что очень скоро станет самым богатым человеком в мире. Правда, сейчас он был пока самым бедным. Потому что после всех взяток ему еще пришлось крупно рассчитаться с южными братками за вертолеты и джип, да еще громадные деньги он занял у своих коллег, обещая расплатиться с ними первыми же доходами от нефти.
И он, наверное, уже потирал от радости свои загребущие руки…
– Вот так, – глухо сказал папа. – Проворонили… Буду подавать в отставку.
Мы с Алешкой расхохотались.
– Бессердечные! – упрекнула нас мама. – У отца такое горе, а они хихикают.
А папа вдруг широко улыбнулся и с надеждой в голосе сказал:
– Не зря они, кажется, хихикают.
Мы не стали торопиться с ответом, но я все-таки спросил:
– Пап, ты не можешь проверить по сводкам МВД – не случилось ли чего-нибудь необычного за последнее время?
– Что именно?
– Ну, например, не бросился ли со скалы в море какой-нибудь гражданин. Какой-нибудь Шварц?
Папа сорвался с места и стал дозваниваться в Геологическое управление. А мы сидели рядом, перемигивались и слушали. А мама изо всех сил делала вид, что уж она-то все поняла. И нежно поглаживала по костяной спинке свою черепашку, которая так и не избавилась от привычки заползать нам за шиворот. (Геру, кстати, пришлось оставить на попечение дяди Сержа – мама почему-то не согласилась взять его домой. Он так и прижился на аэродроме и с удовольствием, когда это надо, таскает на буксире борт двенадцать.)
– Да не знаю я их фамилий! – кричал папа в трубку. – Да! Сеня и Женя! Любого из них. Сеня? Как дела, Сеня?
Он долго слушал рассказ Сени. И лицо его все время менялось: то на нем – удивление, то – недоумение, то – искренняя радость. И огромное облегчение, с которым он положил трубку.
– И вы молчали?
– Сюрприз, – сказал Алешка.
А сюрприз был прост. Когда Алешка догадался, в чем дело, вы помните, мы помчались с ним в пустыню. И там сделали очень простое дело – переставили в другое место геологические вешки.
Так что бедный жулик и бандит господин Шварц потратил все свои средства на приобретение многих тонн отличного, высококачественного, мелкого сыпучего песка. Да еще и остался должен кучу денег своим преступным подельникам.
Когда он прибыл на место, чтобы своими глазами увидеть свою первую нефть, то застал непонятную картину. Его рабочие и техники, на его драгоценном участке, лениво играли в домино. А рядом оживленно готовились к пуску всякие буровые и другие установки – там кипела трудовая жизнь.
Не сразу дошло до г-на Шварца, что на свои миллионы денег он купил миллионы тонн песка. Куличики из него лепить, да?..
