люди смотрят на нее. Она почти не видела своих старых друзей, и ей стало интересно, не избегают ли они ее. Даже маркиза редко отвечала на ее письма. А что, если они все смеются над ней? Может быть, она еще одна из жертв Мовьера, которая до сих пор не поняла, что над ней подшутили?
Но что она могла сделать?
•••
В первый раз он ударил ее в спальне. Ему всегда нравилось грубое совокупление, и она стала носить платья с длинными рукавами и высоким воротом, чтобы скрыть укусы и царапины, оставленные его любовными ласками. Поэтому, когда он ударил ее по лицу, она решила, что он слишком увлекся. После этого у нее остался синяк вокруг рта, и она не могла выйти на улицу в течение недели. Она притворилась больной.
Во второй раз в его намерении не было сомнений. Они были в его столовой и завтракали - теперь она была менее требовательна к возвращению домой - когда он небрежно спросил - "Кто был тот мужчина, с которым вы разговаривали вчера днем на Понт-Неф?”
Констанция выглядела удивленной. - Какой мужчина?”
- В синем полосатом пальто.”
- Это был Шевалье де Монфор.”
- “Вы были с ним хорошо знакомы. В какой-то момент я увидел, что вы смеетесь совершенно неудержимо.”
- Он рассказал мне анекдот. Я была просто вежлива.”
- “Я видел, как ты дотронулась до его руки.”
- “Возможно. - Она нахмурилась. - “Это могло быть только на мгновение. Я удивлена, что ты это заметил. Ты почти не обращал на меня внимания.”
Его кресло с грохотом откинулось назад, когда он вскочил с него. В два шага он уже стоял над ней.
- “Я все вижу” - прошипел он. - “Неужели ты думаешь, что можешь флиртовать и жеманничать без моего ведома? Неужели ты думаешь, что можешь сделать из меня посмешище?”
- “Я только ... ”
Он ударил ее так сильно, что она упала со стула. Она упала на пол, ударившись о свою руку с такой силой, что ей показалось, будто она сломала ее. Мовьер подошел к ней и пнул ногой в ребра. Она вскрикнула и сжалась в комок, ожидая следующего удара.
Но этого не произошло. Мовьер стоял над ней, тяжело дыша, его тело подергивалось от усилий сохранить самообладание. Это было самое страшное. Он хотел ударить ее снова.
- Иди в свою комнату, - приказал он. - Его голос дрожал от напряжения. - “Я собирался взять тебя сегодня на охоту, но ты разрушила мои планы. Если я не могу доверять тебе в компании, ты останешься здесь, пока не научишься хорошим манерам.”
Она убежала в свою комнату. Она услышала, как снаружи повернулся ключ в замке.
Через неделю в ее комнате в особняке появился сундук со всеми вещами из ее квартиры. - “Не было никакого смысла платить за квартиру, когда тебя там никогда не было, - небрежно объяснил Мовьер. - “Теперь это твой дом.”
•••
Она редко выходила из дома. Однажды к ней пришла маркиза. Она приехала без предупреждения, когда Мовьер был в городе, иначе ее бы наверняка прогнали. Слуги пытались удержать ее. Только когда Констанция услышала ее голос в холле и пришла посмотреть, слуги перестали притворяться, что ее нет дома.
Констанция и маркиза отправились на прогулку в сад. Шел дождь, и с разросшейся листвы капало на неухоженные дорожки.
- “Как ты догадалась найти меня здесь? - спросила Констанция.
Маркиза посмотрела на нее почти с презрением. - Весь Париж знает, что Вы любовница полковника Де Мовьера.”
Констанция вздрогнула от этого слова. - “Мне никто ничего не говорил.”
- “Конечно, нет. Они подыгрывают тебе в этой шараде, потому что им забавно видеть тебя тако рассеянной, с таким желанием притвориться.”
- “Но вы должны мне помочь, мадам. Он держит меня фактически в плену. Он меня бьет. - Она задрала рукав платья, обнажив багровый синяк в том месте, где Мовьер чуть не сломал ей руку. - Я боюсь, что однажды он убьет меня.”
Маркиза холодно рассмеялась. - “Он не убьет тебя. У него на уме более жестокая судьба. Когда вы ему наскучите, он найдет самый публичный и унизительный способ разоблачить ваш роман. С тобой будет покончено.”
- “Зачем ему это делать?”
Маркиза пожала плечами – «Разве жестокости нужна причина? Я же говорила тебе, что он опасен. Тебе следовало бы последовать моему совету.» - Она не добавила, что проигранное пари обошлось ей в сотню ливров, которые она уже заплатила.
- “А что я могу сделать?”
“Мы же женщины, моя дорогая. Слабый пол. Человек может совершить сотню завоеваний без упреков, но если мы потеряем бдительность, тогда мы закончим.”
Она видела отчаяние в глазах Констанс, но она и раньше видела погибших молодых женщин и, несомненно, увидит это снова. Она не могла жалеть Констанцию больше, чем жалела соперницу, потерявшую свое состояние за карточным столом. Это было правилом всех игр, в которых кто-то должен был проиграть.
Дальше они шли молча.
- “Ты должна идти” - наконец сказала Констанция. - “Если он вернется и найдет тебя здесь, то очень рассердится на меня.”
Ее голос был так пуст, так полон страха и отчаяния, что даже маркиза почувствовала, как ее сердце слегка дрогнуло. Она попыталась найти хоть какое-то утешение для девушки. - “Единственный способ победить мужчину - это быть с другим мужчиной, - сказала она. И, не удержавшись, она продолжила - Но я не думаю, что вы его найдете.”
Констанция боялась, что слуги расскажут своему хозяину о визите маркизы. Она знала, что он побьет ее, если узнает. Но слуги знали, что он накажет и их за то, что они впустили гостя, поэтому ничего не сказали.
Когда Мовьер вернулся вечером, он был в игривом настроении. Он привез подарок для Констанс. Она развернула его в своей спальне.
Это было платье. Алое, с таким глубоким вырезом на лифе, что его как будто и не было. У нее перехватило дыхание.
- Примерь его, - сказал Мовьер, развалившись на кровати.
Она разделась до корсета, чувствуя, как его взгляд скользит по ней. Она старалась не смотреть
