На завтрак герцогу подали глазунью с беконом, варёный говяжий язык, бульон и фрукты. Пили квас и яблочный компот, Олистер приказал убрать со стола вино. "В обед и вечером напьёмся, - сказал он. - Не хотим же мы быть похожими на дорогого нашему сердцу графу Морграну". Эти слова были восприняты, как шутка.
Пока герцог с семьёй завтракали, Велион, стоящий за его креслом, молча глотал слюну, ему завтрака не подали. Наверное, Олистер это заметил.
- Голоден? - спросил он.
- Да, - после секундного раздумья ответил Велион.
- Ключник не подал тебе завтрак? - в голосе герцога прорезалась ярость. - Чёрт, если бы он не служил столько моей семье, я бы приказал всыпать ему розог. Я приказал ему разбудить тебя и подать завтрак, на что он ответил мне, что не кухарка, чтобы таскать завтраки всяким проходимцам. Ладно, садись, поешь. - Он похлопал по креслу слева от себя, именно на этом кресле вчера сидел Моргран. - Надеюсь, среди близких мне людей нет того, кто хотел бы меня убить.
Виллита, ещё не закончившая завтракать, рассмеялась и зло покосилась на жену герцога, сидевшую по правую руку от него. Взгляд был очень театральным. Олистер пригрозил ей пальцем.
Велион уселся рядом с герцогом и быстро заглотил завтрак. Олистер, уже закончивший столоваться, ждал. Когда Велион, наконец, поел, герцог поднялся из-за стола и проследовал в сопровождении семьи на улицу.
Во дворе празднество уже шло полным ходом - толпа разноголосо шумела, отовсюду доносилась весёленькая музыка, верещал скот. Олистер продвигался по толпе, принимая льстивые поздравления от приближённых, хваля музыкантов и бросая им монеты. К нему со всех сторон лезли поэты, умоляя, чтобы герцог послушал оды в свою честь, несколько базарных провидец бесплатно предрекали Олистеру долгую и счастливую жизнь. Весь этот сброд сдерживали не меньше двух десятков солдат в доспехах, расчищающие путь. Наконец, герцог выбрался за ворота, где уже был сооружён помост, окружённый множеством людей. На этот помост Олистер и начал взбираться в сопровождении только жены, дочери (старший сын ещё спал) и, конечно же, Велиона, проклинавшего всё и вся. Хуже ситуации придумать было просто невозможно, его лицо видели все. Оставалось только твердить себе, что обратного пути нет.
Когда Олистер забрался на помост, толпа, собравшаяся здесь, притихла.
- В первую очередь, - закричал Олистер с помоста, - я бы хотел поблагодарить всех собравшихся здесь за поздравления. Спасибо, мои подданные, за всё. И, в качестве благодарности, я снижаю налоги за этот год вдвое!
Раздался оглушительный рёв, у Велиона заложило уши. Да, налоги вдвое - это превосходно, особенно, если учесть, что урожай ещё не собран, а многие будут выплачивать налог именно продуктами. Государство забирало десятую часть от доходов, Олистер не меньше пятой, а значит, крестьяне здорово сэкономят. А герцог получит их любовь.
Наконец рёв толпы затих. Улыбающийся герцог продолжал:
- И это касается не только крестьян, но и торговцев, владельцев таверн, мануфактур и всей разношёрстной компании, которая нас здесь развлекает.
Последние слова герцога утонули в рёве толпы, но Велион расслышал слова Виллиты.
- Учитывая, что все мануфактуры принадлежат тебе, - буркнула она. - А они приносят наибольший доход. И вряд ли это касается новых твоих земель.
Олистер сделал вид, что не слышит её. А может быть, он и не слышал. Впрочем, Виллиту это не расстроило. Видимо, главным было просто протестовать, а эффект был не так важен.
- А пока развлекайтесь, верные мои подданные, - заговорил Олистер, когда толпа снова поутихла. - Надеюсь, трактирщики тряхнут мошной и выставят всем бесплатной выпивки...
- Потому что деться им некуда, - прокомментировала Виллита. - К тому же, им надо куда-то деть протухшие продукты.
- ... и вы гульнёте, как следует. Счастлив народ - счастлив герцог. Я посмотрю на ваши гуляния со стен замка. А барды, факиры, музыканты и многие-многие другие, собравшиеся здесь, помогут вам в этом! За что, конечно же, получат доход.
Герцог начал спускаться с помоста, ревущая толпа не затихала.
Обратная дорога была ещё сложнее - народ рвался к обожаемому, по крайней мере, сегодня, владыке. Даже Велиону пришлось заехать по лбу какому-то наиболее ловкому фокуснику. В прочем, тот не сильно на него за это обиделся, особенно если учесть то, что другие стражники намяли ему бока посильнее. До стены замка удалось добраться только через четверть часа. Здесь уже стояли кресла и несколько накрытых столиков. Одно из кресел занимал сын герцога, Овилен, на другом сидел Моргран, Иллу пока не было, остальные семь были свободны.
- Овилен, - сухо сказал герцог.
- Отец, - кивнул юноша.
- Если ты ещё будешь до утра заниматься шлюхами, а не сном, и пропустишь такое мероприятие, я не посмотрю, что тебе восемнадцать, прикажу отстегать розгами. Или сам ремнём пройдусь.
- Тебе ещё раз даруют герцогский титул? - усмехнулся Овилен. Олистер в ответ бросил на него устрашающий взгляд.
Они расселись по креслам, Велион занял место за креслом герцога.
- Сейчас и сюда притащат помост, - сказал Олистер Велиону. - Только развлечение будет на порядок лучше, чем за воротами. А в обед пойдём на пир, там тоже будет весело, к сожалению, не для тебя.
Велион хотел сказать какой-то бред вроде "это моя работа", но посчитав, что это прозвучит глупо, промолчал. К тому же, ему действительно было интересно - он редко попадал на праздники. А если и попадал, то чаще всего его гнали оттуда камнями.
Следующие четыре часа прошли быстро. Факиры, фокусники, танцовщицы, барды, скоморохи и музыкальные ансамбли промелькнули, как один, их лица перемешались и плохо запомнились. После представления был обед, на который Моргран уже почти полз, а Иллу не было - на стене сидели только мужчины, если, конечно, не считать семьи Олистера, только самые приближённые. За обедом, который, слившись с ужином, затянулся глубоко за полночь, представление было ещё лучше, а между столов снова шлюхи и танцовщицы. Барды были великолепны, факиры глотали горящие клинки, короче, было всё, что душе угодно.
Наконец, всё кончилось. Велион, порядком подуставший и полуголодный, только расслабился, но, как оказалось, для него ещё ничего не кончилось. Олистер, почти даже трезвый, приказал ему следовать за ним. Они поднялись в знакомую уже могильщику комнатку. За столом стояло несколько тарелок закусками и графин с вином.
- Садись, - кивнул Олистер. - Закуси пока, потом поешь нормально, Иллу уже ждёт тебя в твоей комнате, оголившаяся и с ужином. Отдыха тебе не предвидится - мне доложили, что к нам на праздник едет граф Ульский. Официально - выразить почтение господину. Проблема в том, что Ульский - мой бывший конкурент, самый опасный из тех трёх графов, что теперь стали моими вассалами. Подставляться пока он не будет, скорее всего, он замыслил что-то на турнире, который состоится в мою честь через неделю. А если он не будет подставляться, значит, его подставим мы. Моргран сослужит мне последнюю службу. Понимаешь о чём я?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
