сильнее нас. Ты знаешь, кто такие пожиратели Смыслов, пасущие и возделывающие чужие культуры, ведущие их через тысячелетия страданий и мучений? Ты видел иные версии земного завтра?
— А ты? — вновь закричал я. — Ты, придумавшая Слаживание, во имя чего это всё?
— Я видела такое, что тебе и не приснится, маленький бессмертный, — ответила Слаживающая.
— Си-лучи, разрезающие мрак у врат Тангейзера? — спросил я зло.
— Я знаю вашу культуру, Никита Самойлов. Я не репликант, а ты не бегущий по лезвию. Я видела будущее, в котором ани растворили человеческую плоть и заполнили земные океаны. Я видела будущее, в котором хопперы обратились в нематериальные сущности, правящие окрестными цивилизациями. Я видела будущее, в котором легионы Тао строили кольцо вокруг своей звезды, извлекая металл из соседних систем… не брезгуя даже железом в человеческой крови. Ты думаешь, мы жестоки, Никита? Ты ничего не знаешь о мире.
— Может быть и не знаю, — кивнул я. — Откуда мне, неудачному эксперименту! Но Тао-Джон мой друг, ани — несчастные рабы, а вы бросили нас на растерзание касамни. Не бывает меньшего и большего зла, зло — всегда зло.
Слаживающая рассмеялась, сжимая пальцы на моей руке.
— Ах, Никита, как же мне нравитесь вы, люди… Не я бросила вас на растерзание, я вас спасла… Хорошо. Давай заключим сделку.
Я обнаружил, что лёд под ногами исчез.
Как и небо, ветер и холодное солнце над головой.
Мы со Слаживающей сидели за столом посреди зала, полного людей, хопперов, рили и прочих гуманоидных видов Слаживания. Перед нами были тарелки, полные какой-то еды, в руке я держал бокал с белым вином, а Слаживающая — бокал с шампанским.
— Блин, — сказал я, рука дрогнула, и я облил вином лучший костюм, который у меня когда-либо был.
— Ты не бываешь всерьёз голоден, — сказала Слаживающая, беря палочками из тарелки что-то, похожее на розовую креветку. — Как и я, конечно. Но пища — инстинкт, который остаётся навсегда. На вашем Олимпе боги тоже пили амброзию… — она забросила креветку в рот, прожевала. Улыбнулась. — Ну и занимались сексом как не нормальные. Обычное дело для богов, поверь. Кстати, твоя повышенная любвеобильность — совершенно нормально. Твоё тело понимает, что несёт в себе чрезвычайно мощный потенциал и пытается передать его по наследству. Поверь, так это и работает, с начала времён. Материя сражается за первенство, материя пытается захватить Вселенную.
Теперь на ней было красивое, но строгое платье бежевого цвета. Она выглядела как очень красивый человек или хро, ну или как рили. На неё поглядывали с интересом, но спокойно. Идеальной Слаживающая была только для меня.
Жаль, всё-таки, что она тюлень, да ещё не простой, а с сознанием миллиона тюленей.
— Прежде чем мы с тобой договоримся об условиях сотрудничества, — сказала Слаживающая, беря ещё одну креветку, — я хочу тебе кое-что разъяснить. Кое-что, о чём ты, вероятно, не догадался.
— Ну? — спросил я настороженно, перебирая в руках столовые приборы. Были тут и палочки, и ножи, и вилки. Замечательные четырехзубцовые вилки, безотказные в ближнем бою.
— Да, мы играем со временем, обеспечивая свою безопасность и развитие, — сказала Слаживающая. — И мы уничтожаем миры, одновременно оставляя их существовать. Но ты не понял главного. Это мы живём по направлению в прошлое! Мы уничтожаем планеты, пресекая всю их линию в прошлом, но оставляя их жить в будущем. На твоей Земле, Никита, никто не пострадал. Появление Стерегущих, забор населения — всё это осталось в прошлом как странное непонятное нашествие инопланетян. Понимаешь? И вы, Обращённые, живёте по времени своей родины, потому и молодеете. Целы все ваши миры, города, ваши святыни, храмы и столицы.
Она взяла ещё одну креветку.
— Но зачем? — прошептал я. — Вы уходите назад, к началу времён? Это же нелепо, это стыдно!
— О, тебя проняло, — кивнула Слаживающая. — Да, я не спорю. Но мы бежим, понимаешь, Никита? Мы убегаем от зла, которого испугались. От того, что убьёт вас всех — людей, рили, хро… всех вас. От того, что поглотит цивилизации пожирателей Смыслов. От того, с чем мы не в силах бороться. И теперь, когда ты это знаешь, ответь: ты по-прежнему хочешь вернуться на Землю? На твою планету, целую и невредимую, устремленную в будущее — где ей придёт конец?
Она отпила глоток вина и с иронией посмотрела на меня.
— Видишь, Никита, всё не так, как кажется на первый взгляд… И какого будет твоё решение?
Часть третья
Глава 5
5
Кто как, а я люблю классические детективы. В этом я специалист, за последние двадцать лет прочитал тысяч восемь-девять. Очевидная причина — моя старомодность, я же из поколения «зиллениалов», мы с одной стороны очень адаптивные, а с другой — с прибабахом.
В общем, я не очень люблю детективы, где главный злодей в конце оказывается невиновным и даже положительным персонажем.
Так что я смотрел на Слаживающую и думал, врёт она или нет.
Ха. Как будто это что-то меняет.
Земля жива! Люди живы!
У них есть завтрашний день. И даже если они столкнутся с опасностью… что ж, люди её встретят. Победят или погибнут. Но не кинутся прятаться в прошлом.
— Я хочу домой, — сказал я. — На свою планету. Туда, где миллиарды людей, и нет никакого Слаживания. Где мы сами решаем, как жить.
И неожиданно для себя добавил:
— Пожалуйста.
— Я могу это сделать, — сказала Слаживающая. — Я даже могу выбрать момент времени, где ты окажешься. Время — лишь точка на оси координат.
Она подняла из тарелки жареную креветку. Посмотрела на неё. Креветка стремительно позеленела. Шевельнулась, блеснули крошечные черные глазки. Креветка изогнулась. Вцепилась лапками в палочку, пытаясь вырваться.
Слаживающая неторопливо внесла дергающуюся креветку в рот и прожевала. Улыбнулась.
— Это как воспоминания из далёкого детства, землянин. Холодное море, проворное тело с плавниками, охота на всякую мелочь в глубине. Чистый незамутненный восторг.
— Понимаю, — сказал я безразличным голосом.
— Теперь вопрос оплаты. Если я верну тебя и твоих друзей на Землю — чем ты собирался расплатиться? Именем врага? Так назови его.
— О, я блефовал, — ответил я.
— Никита… Я не могу прочитать твои мысли, но уже достаточно хорошо знаю тебя, чтобы увидеть ложь. Ты что-то знаешь. Может быть
