И рассказывать о них своей жене я не собираюсь!
Чего только мне стоило расторгнуть магический договор между ней и Энтони, подослав к мальчишке девиц легкого поведения.
А как мне пришлось просчитывать её действия на балу, но благодаря Цицерону всё прошло как по маслу. Этот интриган всех за пояс заткнёт своими методами!
Он очень успешно отваживал всех от моей красавицы на террасе, чтобы дать побыть в одиночестве перед встречей со своим будущим супругом. Той встречей, которая всё решит и ловушкой захлопнется вокруг маленькой графини, что больше никогда не отпущу.
Я хотел, чтобы всё было идеально, и мы уже тогда выглядели как пара. Хотя, с шейным бантом всё же перегнул, и она заподозрила неладное. Но её модистка оказалась умной женщиной и держала язык за зубами.
Как я готовил брачный контракт и искал родовое кольцо, вообще отдельная тема! Филипп просто обхохатывался надо мной, когда я с ним консультировался, чтобы не оставить ей ни одной лазейки, чтобы от меня уйти.
Да, я поступил не благородно, воспользовавшись ее сложным материальным положением, и надеясь, что в будущем удастся не только к себе расположить девушку, но и влюбить. По-другому и быть не может!
А чем больше узнавал мою смелую и гордую Мариночку, тем большим уважением к ней проникался. Собранная на неё информация и так была ошеломительной: особенно та часть, где указывалось как девушка зарабатывает на жизнь, печатаясь под псевдонимом в столичной газете, держит знакомства с рабочими и нищими, нелегальными торговцами и контрабандистами. Вот только при более близком знакомстве оказалось, что планов у нее намного больше и они очень масштабны даже для столицы Шамбалы.
Даже Филипп после близкого знакомства, был очарован моей красавицей и её умом. Хорошо, что он переключил своё внимание на Амалию, иначе ещё немного и мне пришлось бы наглядно демонстрировать кому девушка принадлежит! Руки так и чесались! Что, несомненно, недостойно аристократа, но так заманчиво!
Сейчас она смотрит только на меня! Такая искренняя и любимая, что когда смотрю на неё, то чувствую себя глупым мальчишкой, влюбившимся первый раз. Я дышу и живу ею. И у нас с ней на двоих одно дыхание!
Вот она поднимается по ступенькам, поддерживаемая под локоть её странным харизматичным дворецким Герасимом, что относится к ней как к дочери. До арки, где стою я, вместе с Императором, остаётся всего несколько шагов, а я вспоминаю…
Вспоминаю, как решил тогда в парке, что она будет принадлежать только мне одному!
Вспоминаю, как переживал, что слишком стар для неё, ведь она ровесница моего сына и как осторожно, шаг за шагом деликатно приручал, как дикого зверя к себе, к своему присутствию, к своим объятиям, к своей защите, к своим поцелуям.
Вспоминаю, как стал жестоким и расчетливым мужчиной, потому как в моём возрасте упустить свой шанс быть счастливым — позор и дурость! Этого Филиппу не понять, ему только тридцать исполнится и разница с Амалией всего одиннадцать лет. У меня же с Мариной пропасть в двадцать лет и если сочтет меня старым, то… Боюсь, что сойду с ума без неё!
Да, я же просто голову от любви потерял! И даже не собираюсь её искать и ставить на место!
Даже Энтони, этот ребенок-не-знаю-чего-хочу взялся за ум и рядом с Мариной старался показать себя с лучшей стороны! Пусть и не стал женить его насильно, вспоминая свой обязательный брак и глядя на любимую, что с укором качала головой, предложив ему руководить Школой Шпионов. Сын сначала даже не поверил своим ушам, когда она предложила такую альтернативу, а я, скрипя зубами, согласился. Пусть будет как она хочет.
Вспоминаю, как пришлось давить на малышку, когда она сомневалась подписывать ли брачный контракт?! Да, нечестно. Только я готов к её ногам весь мир положить, лишь бы была рядом! Пусть она об этом тогда не знала, но я готов был добиваться её расположения, отвоевать у целого мира и стать настоящим мужем.
И дети у нас будут. Много!
Вспоминал, как склонял к согласию на брак, расписывая выгоду со всех сторон и для неё, и для сестры, которой она так дорожит. Улыбался про себя, когда она как опытный дознаватель выпытывала у меня ещё больше информации! Я тогда не сказал ни слова лжи, как чувствовал, что только правдой смогу завоевать её доверие. И правильно сделал, потому как позже узнал, что это её дар — чувствовать истину в словах. Я так от допросов в Тайной канцелярии не уставал, как вымотался по всем фронтам, уговаривая девушку стать герцогиней Авенарской. Меня потом чуть удар не хватил, когда понял, что все «многоходовочки» в интригах померкли на фоне «протолкнуть пару проектов и законов Императору». В какой-то момент показалось, что она только ради этого согласилась — так горели огнём азарта её глаза!
Потом, когда за бутылочкой крепкого алкоголя изливал душу Императору, тот ржал как лошадь целый час надо мной и моей влюбленностью. Думал, звать ли целителя или приступ сам пройдёт? В итоге пригрозил, что познакомлю жену с ним, так тот сразу притих…
Последний шаг по ступенькам и моё сокровище стоит рядом, маленькие ладошки держу в своих руках. Если такое вообще возможно, не отпускал бы от себя никогда!
В тот день, когда её похитили в ресторане, думал, что сойду с ума от ужаса, что больше не увижу её, или, что с ней что-то сделают… Я тогда всю Керчь перевернул, устроив облавы по всему городу. Хорошо, что Филипп был неподалёку и смог помочь её найти быстро, иначе… город бы захлебнулся в крови. Ледяному Эдварду было всё равно что и с кем происходит, если рядом нет его маленькой леди.
Потом, когда узнал, что её пытались похитить в парке, уже не смог вылезти из её постели! Да, держал себя в руках, но и её тоже не мог из них отпустить.
Когда произошёл камнепад в ущелье, решил, что жизнь моя завершилась и смысла дальше жить нет. Хорошо, что тогда до меня докричался Император, когда я руками раскапывал завал и привёл в чувство, сказав, что она жива! Жива, и сейчас находится в моём доме под присмотром Цицерона.
